Чокнуться можно! Дилогия (СИ) - Аржанов Алексей

Готов поклясться, что из‑за моего отказа она только сильнее загорелась. Теперь она уверена, будто я что‑то скрываю, а потому материал может выйти ещё сочнее.

И уж в этом она точно права. Вот только мне этот сочный материал ой как не выгоден.

– Доктор, ну посмотрите на ситуацию с другой стороны. Славу можно использовать как инструмент. Неужели вы этого не понимаете? – её голос смягчился. Она решила надавить на самолюбие. «Соблазнить» меня этой статьёй. – Если на вас обратят внимание, то и ваш кабинет и вся поликлиника только выиграет.

– Я уже всё сказал. Своё мнение я не изменю. Теперь позволите мне вернуться к работе?

– Ну, раз вы такой принципиальный… – хмыкнула она и потянулась к своему мобильнику. Я уж было решил, что она хочет меня на него сфотографировать, но Соколовой пришла другая идея. – Придётся решать вопрос через ваше руководство. Ваш заведующий Степан Аркадьевич мне лично обещал, что с вами проблем не будет. Вот пусть он с вами и разбирается.

Ну и цирк… Неужели она и вправду думает, что после этого скандала я как ни в чём не бывало стану участвовать в её затее?

Она набрала номер и приложила телефон к уху, но глаз с меня при этом не сводила. Будто боялась, что я от неё через окно сбегу. Ещё и Полины, как назло, нет. Может, при ней бы Соколова не стала так вызывающе себя вести.

Через три минуты в мой кабинет вбежал заведующий. Быстро же он откликнулся на её зов!

– В чём дело, Астахов? – сразу же возмутился Капитанов. – Почему задерживаем прессу? Ольга Александровна делает важное дело, а вы тут капризничаете!

– Степан Аркадьевич, какие капризы? Я лишь соблюдаю врачебную этику и право на частную жизнь. Не припомню, чтобы в моём договоре было прописано обязательное участие в интервью, – спокойно ответил я.

– Ну какая ещё этика⁈ – Капитанов всплеснул руками. – Губернатор уехал довольным, клиника ему понравилась. Мы теперь постоянно мелькаем в новостях. Нужно закрепить наш успех! Вы понимаете, что портите имидж больницы? Так, а ну живо сели за стол, улыбнулись и ответили на вопросы! Это приказ!

После слов Капитанова я и вправду улыбнулся. С трудом сдержал смех. Настолько абсурдным казалось мне его последнее высказывание. Разговаривает со мной как со школьником, который отказывается выходить к доске.

/Объект: Капитанов С. А. Действует через психологическое давление. Рекомендуется тонкое воздействие на заведующего через его главные страхи/

– Степан Аркадьевич, – я приготовился «обработать» коллегу. – Подойдите, пожалуйста, ближе.

Я намекнул, что мне нужно сказать ему кое‑что – да так, чтобы журналистка не услышала.

Заведующий, удивлённый переменой моего тона, подошёл ближе к столу. Соколова хитро ухмылялась, предвкушала, что вот‑вот станет свидетельницей скандала.

– У вас ведь большой опыт. Насколько я помню, вы на посту заведующего не один год, – прошептал Капитанову я. – Вы ведь прекрасно понимаете, что такое «избыточное внимание». Да, область выделила меня как перспективного специалиста – это правда. Но если статья с моей фотографией будет слишком часто мелькать перед носом у Минздрава, к нам через неделю приедет комиссия. Как обычно, будут проверять, соответствует ли хвалёный специалист тому, что говорится в рекламе.

Капитанов замер. Он услышал слово, которое боялся больше всего на свете.

– Комиссия? – прошипел он.

– Разумеется, – я продолжал ломать его оборону. Комиссия для любого руководителя из бюджетного учреждения – это самый жуткий ночной кошмар. – Они же начнут проверять отчётность, протоколы, условия труда. Вам это надо? Один неаккуратный снимок – и дело пойдёт уже не в Саратов, а в Москву. И весь престиж наша клиника тут же растеряет.

Когда‑то с помощью нейроинтерфейса я мог даже мысли людей читать. Для этого требуется стопроцентная совместимость, но прямо сейчас я мог проследить ход мыслей Капитанова и без помощи системы.

Он уже вовсю представляет проверяющих, которые перерывают его шкафы и вникают в каждую цифру списанных льготных лекарств.

– Кроме того, – я решил нанести последний удар, – если проект губернатора по реновации пойдёт через прессу раньше времени, это могут принять за попытку выпросить бюджет через СМИ. А губернатору вряд ли понравится, что о его потенциальном проекте кричат из каждого утюга.

Всё. Судя по взгляду, Капитанов сейчас эту Соколову прямо в окно выкинет.

– Кхм… – он медленно повернулся к журналистке. – Ольга Александровна, вы знаете… Мы тут провели короткий консилиум, и Алексей Сергеевич поднял очень серьёзный вопрос. Наверное, мы и вправду вынуждены отказаться от этого интервью. Сами понимаете, этика и секретность на первом месте. Прошу прощения, думаю, мы поторопились. Лишний шум нам сейчас ни к чему. Может быть, позже…

– Что⁈ – Соколова перешла на визг. – Вы же сами вчера звонили в редакцию!

– Ситуация изменилась, – Капитанов начал настойчиво выталкивать журналистку к выходу из моего кабинета. – Мы позже подготовим материал. Без имён и лиц, – он уже не знал, как от неё избавиться, а потому в отчаянии воскликнул: – Извините, у нас тут экстренное совещание!

– Это возмутительно! – взорвалась Соколова. – Я всё равно напишу об этом, Капитанов! И о вашем странном докторе тоже напишу! Вот только не уверена, будет ли на этот раз статья хвалебной!

Она вылетела из кабинета, чуть не прихлопнув себя же дверью. Капитанов устало провёл ладонями по лицу.

– За что мне всё это… Ну и удружили вы мне, Астахов! – простонал он. – Ладно. Сидите в своей норе. Но если вдруг из Саратова кто‑нибудь спросит, почему нет фото – будете объясняться сами.

Наконец Капитанов тоже покинул мой кабинет, и я смог перевести дух. Удар‑то я отвёл, но лишь временно. Соколова не из тех, кто прощает такие обломы. Она выложит статью. Скорее всего, это будет сухой текст о новом специалисте в Тиховолжске без особых подробностей. А может, и наговорит обо мне каких‑нибудь гадостей. Плевать!

Главное, что там не будет моего фото. А её статья без моего интервью вряд ли привлечёт чьё‑то внимание.

Тут дверь в мой кабинет опять приоткрылась. Я уж было подумал, что это Соколова вернулась, но в щели показалась голова Лены. Глаза у неё сияли.

– Лёш! Взяли! – крикнула она, а затем прикрыла за собой дверь. – Володин посмотрел эскизы, долго ворчал, но в итоге велел оформляться. С завтрашнего дня я официально выйду как дизайнер‑консультант.

– Поздравляю, – улыбнулся. – Видишь, как быстро решились все наши проблемы? Получается, приход завхоза нам только помог.

– Спасибо тебе. Если бы не ты… – она запнулась. – Ладно, не буду отвлекать. Пойду пока в отдел кадров. Увидимся дома!

Проблема решена, быт налажен. Но мне нужно разобраться с ещё одним хвостом, который остался с прошлой недели.

Александр Щербатов. Фельдшер затаил на меня обиду. И те визитки, которые Ангелина распечатала по его просьбе – это только начало. А чтобы не было продолжения, нужно осуществить мой план прямо сегодня.

Я нашёл Ангелину на станции скорой. Она переписывала протоколы, глаза у девушки закрывались. Видимо, прошлой ночью она была на дежурстве.

– Ангелина, – шикнул я. Фельдшер тут же вздрогнула. – Пора заканчивать эту историю с Щербатовым. Готова?

– А? Я? – занервничала она. – Конечно готова. Только не знаю, как мы…

– У тебя есть ключ от его шкафчика в раздевалке скорой? – перебил девушку я.

– Алексей Сергеевич, вы не понимаете… – она побледнела. – Я ведь говорила, что у него на меня компромат. Если он передаст ту запись начальству, меня не то что работы – меня лицензии лишат!

– Успокойся, – использовав свой интерфейс, я настроил интонацию так, чтобы передать девушке чувство безопасности. – План такой. Давай мне ключи и готовься к встрече с Щербатовым. Мы не будем воровать его телефон. А сделаем так, что он сам нам его отдаст. Мне нужно, чтобы ты пригласила его за гаражи у станции скорой. Минут через пятнадцать. Придумай что‑нибудь. Скажи, что узнала про меня какую‑нибудь гадость. Готов поспорить – он мигом прибежит.