Академия Ищущих и Следящих - Московских Наталия

Кифера же воодушевило то, что до этого рассказал Малкольм.

– Вот видишь! Ничего еще не решено! Так что и форму точно не стоит терять. – Он дружески хлопнул его по спине. – Ну что, начнем?

Малкольму все еще было слегка не по себе от шутки друга о Хейли и стычки с Лео, однако после слов Матиаса он почувствовал себя заметно лучше. Даже соревновательный азарт начал понемногу просыпаться.

– Давай. Проигравший купит победителю крендель из лавки старика Тома.

– Я люблю с корицей, – ухмыльнулся Кифер.

– Купишь мне соленый, – ответил Малкольм.

Они хлопнули друг друга по ладони и замерли на стартовой линии. Сокурсники стали по обе стороны от них.

– Приготовиться! – объявил невысокий бледнокожий Пол Гайден. – Пошли!

Кифер и Малкольм сорвались с места и бросились вперед.

Первым препятствием для каждого было круглое деревянное бревно, держащееся на двух невысоких постаментах по краям. По нему нужно было пробежать, сохраняя равновесие. Держать баланс на этом препятствии было куда важнее, чем двигаться быстро, потому что, по правилам академии, упавший с бревна считался проигравшим.

Малкольм сосредоточился только на равновесии. На этом препятствии Кифер обошел его, ведь шаг у него за счет высокого роста был шире, но оставалась возможность нагнать его на следующих этапах.

Кифер спрыгнул с бревна и, стараясь получить максимум от пары выигранных секунд, ринулся вперед.

– Давай, Кифер! – подбодрил кто-то из сокурсников. Малкольм не разобрал, кто это был, и не позволил себе обернуться. Злость придала ему скорости, и уже на втором шаге в лабиринте он поравнялся с другом и вырвался вперед.

Лабиринт представлял собой две деревянные стены высотой чуть меньше полутора метров с несколькими выступами, образующими змеевидный коридор. Здесь скорость сильно терялась на поворотах, и Малкольм, будучи более юрким, чем Кифер, прошел препятствие быстрее, намереваясь опередить его и на следующем этапе, который для курсантов с высоким ростом был одним из самых тяжелых. Препятствие называли «вверх-вниз». Оно состояло из поочередно стоящих друг за другом ограждений. Одно представляло собой небольшую балку, установленную на высоте чуть больше метра, а второе – узкую стену из деревянных досок примерно той же высоты.

Малкольм поднырнул под первую балку, выпрямился и перемахнул через вторую. Кифер отставал примерно на секунду или две. Малкольм быстрее проходил этап «вниз», а Кифер легче преодолевал этап «вверх», поэтому на шестом ограждении они сравнялись.

Выпрямившись, Малкольм помчался к снаряду, на котором мог победить Кифера только за счет скорости и быстрого перебирания руками. Препятствие состояло из двух плотно вбитых в землю балок, между которыми был натянут слегка провисающий канат. Кифер взобрался на балку быстрее и ухватился за канат, опередив друга на пару секунд. Малкольм едва не соскользнул с балки, но примерно на середине пути сумел развить хорошую скорость и вновь поравняться с Кифером.

До туннеля они добрались одновременно, и Малкольм постарался извлечь из своей юркости все, что мог, проползая по полому параллелепипеду длиной в два с половиной метра. Он знал, что Кифер будет двигаться быстро, но потеряет свою спасительную секунду, когда придет пора выбираться.

Теперь быстрее, – скомандовал себе Малкольм, распрямившись после последнего препятствия.

На короткой дистанции, отделявшей его от флага, нужно было перебирать ногами с огромной скоростью, чтобы обогнать Кифера, для которого бег был одним из любимых занятий.

– Давай! – завопил кто-то из сокурсников. Фаворит, которого он подбадривал, так и остался загадкой для обоих соревнующихся. В последний момент Кифер и Малкольм почти одновременно оттолкнулись и попытались добраться до флага в прыжке.

Налетев друг на друга, они сильно столкнулись и рухнули, крепко удерживая шесток флага и свободными руками потирая ушибы.

– Тьма тебя забери, Малкольм! – прогнусавил Кифер. – Ты из чего сделан?

– Тот же вопрос.

В голове немного загудело, и Малкольм с тихим стоном сел на землю, отпустив шесток.

Кифер тоже сел и снова крепко выругался, позволяя крови из разбитого носа потечь между распластанных ног, чтобы не запачкать новенькую униформу.

– Кажется, соревноваться со Следящими себе дороже, – усмехнулся он, решив, что это прекрасная шутка.

Малкольм с трудом не позволил себе съежиться, вскочил на ноги и протянул другу руку, чтобы помочь ему встать.

– Кажется, твой нос пострадал за правое дело. Ты опередил меня где-то на секунду, – неловко улыбнулся он, чувствуя, что его возненавидят все уставившиеся на него сокурсники, если он присвоит себе победу, которой не добился, ведь соревнование закончилось ничьей. – С корицей, говоришь?

Кифер зажал кровоточащий нос и досадливо уставился на друга. Он медлил несколько секунд, прежде чем принять его руку помощи и согласиться на победу. Однако все же сделал это.

– Давай, провожу в лазарет. Кажется, ты сильно приложился, – предложил Малкольм.

– Да ерунда, – гнусаво отмахнулся Кифер. – Уже останавливается.

– Не сломал? – обеспокоенно спросил Малкольм.

– У тебя не настолько крепкий лоб, – отозвался Кифер.

Сокурсники, видя, что вражда между ними не накалилась, заметно расслабились. Малкольм понял, что поступил правильно. Похоже, теперь ему придется постоянно следить за тем, что и как он делает, чтобы бывшие друзья и приятели не возненавидели его. Впрочем, часть все равно это сделает, как это сделал Лео Асгер.

Кифер достал из кармана чистый платок и зажал нос, который и впрямь уже переставал кровоточить. Малкольм виновато улыбнулся.

– Куплю тебе два кренделя, – пообещал он. – Один в качестве компенсации.

– Смотри, не перепутай и не купи с сахаром. Такие любит Хейли.

Кифер бросил это невзначай, но Малкольму снова не понравилось, как это прозвучало. Однако демонстрировать свою необоснованную ревность тому, кому только что случайно разбил нос, не стал. К тому же, Кифер дружил с Хейли еще до того, как Малкольм попал в академию. Их матери – подруги и даже когда-то были напарницами: Сабрина Йейтс была старше и обучала молодую Аманду Веллер, пока та не вышла замуж за прокурора Вильгельма Энкеля. Позже Аманда поменялась с коллегой, чтобы патрулировать окрестности Регенсбурга и быть поближе к дому. Так что у дружбы Кифера и Хейли богатая история. Глупо ревновать только из-за того, что он знает ее вкусы.

– Кстати, насчет Хейли, – прочистив горло, сказал Малкольм. – Не знаешь, где она сейчас?

Кифер высморкался и поморщился, глядя на кровавый платок.

– А то ты не знаешь, где можно найти несравненную Хейли Энкель в свободные часы, – с коротким смешком ответил он. – Наверняка штудирует архивы академии.

Малкольму в словах друга послышался осуждающий тон, но он не понял, почему, и не решился спрашивать. К совету он решил прислушаться и, неловко улыбнувшись, поблагодарил друга.

– Спасибо. Пойду поищу ее. Стоит объясниться, ведь я сегодня… ну, ты сам знаешь.

– Угу, – немногословно согласился Кифер.

– Точно не отвести тебя в лазарет?

– Да говорю же, ерунда. Прошло уже. Иди давай. – Он махнул рукой в сторону главного корпуса. Малкольм кивнул и развернулся. Когда он уже отошел шагов на десять, друг снова окликнул его. – И, Малкольм! – подождав, пока на него среагируют, он по-наставнически добавил: – Не веди себя с ней больше, как осел!

Малкольму оставалось только снова кивнуть.

Интересно, – подумал он, – Кифер специально подождал, пока я отойду, чтобы это услышали остальные?

Над двустворчатыми библиотечными дверями, которые никогда не скрипели петлями, но при этом открывались с тяжеловесным металлическим грохотом, висела предупредительная табличка:

СОБЛЮДАЙТЕ ТИШИНУ!

Малкольм подождал несколько секунд, прежде чем отойти от только что закрытых дверей и двинуться глубже в зал. Библиотека академии была внушительной и простиралась на два этажа, заставленных книжными шкафами высотой почти до потолка. В каждой секции имелась передвижная лестница на колесиках, которую тщательно смазывали, чтобы она не издавала лишнего шума во время перемещения.