Ага. Не ожидала, значит.
— Знаете, вам лучше не стоит пытаться забрать моё тело, — со вздохом говорю, вытягивая шею в сторону родичей Лимы. — Я вот-вот выйду замуж за во-о-он того старика. Видите? Заживо сожжёт, можно не сомневаться… Уверена, таких, как я, у него было с десяток. Может, забирает себе их жизнь, чтобы продлевать молодость? Кто его знает…
Несу откровенный бред, но старушка, от которой веет холодом, слушает внимательно, не перебивая.
— А ещё есть бывший Лимы, — кривясь, говорю я. — Они были официально помолвлены, она бегала за ним, а он ноги об неё вытирал. Но недавно это дракон узнал, — делаю глубокий вдох, — что я притворяюсь Лимой, и теперь бегает за мной, чтобы сдать на опыты. Понимаете? Нельзя вам меня забирать. Нельзя. Я… — осекаюсь, заметив, что она тянет ко мне костлявую руку.
Точнее, не ко мне, а куда-то вниз.
Рядом с соседним деревом барахтается нечто тёмное.
Птенец, что ли?
Ползу ближе. Маленький чёрный комок. Котёнок. Глазки ещё закрыты. Весь трясётся.
Кто его здесь оставил?
Осторожно беру его в ладони. Ему нужна помощь, он почти не дышит.
Бросаю быстрый взгляд в сторону родичей Лимы. Как сидели на скамье, так и сидят. Но если я сейчас вылезу из своего укрытия и вернусь в общагу, они тут же об этом узнают, потому что заплатили кастелянше, чтобы та оповестила их о моём приходе.
Что же делать?
Котёнка спасать надо…
— Простите, бабушка, но мне пора, — отрывисто говорю и, прижав комок к себе, вскакиваю и бегу к входу.
Влетаю в коридор общежития, едва не сбивая с ног двух адепток. Они возмущённо вскрикивают, но я уже пролетаю мимо, прижимая к груди крошечный тёплый комок. При виде меня губы кастелянши растягиваются в улыбке.
Игнорирую её, забегая в свою комнату.
Воняет так, что слёзы из глаз брызгают.
Горк и белки, варят какое-то зелье по книге, притащенной из библиотеки.
— Что случилось? — тут же подскакивает ко мне дух. — Ты же ведь должна была прятаться, зачем явилась?
— Тихо, — бурчу, подходя к столу и кладя на него котёнка. — Мне надо спасать это чудо. Есть идеи?
— Кота? — хмурится Горк. — Откуда у тебя кот?
Перевожу взгляд на белок и командую:
— Тащите скорее молоко. Будем отпаивать.
Что-то пропищав, они испаряются.
— Дай мне воды, Горк, — глажу кота по голове. — Пока нет молока, будем отпаивать.
Наливаю с кружки воду в чайную ложку и подношу к мордочке.
Котёнок не реагирует.
Сжимаю зубы и подношу ещё раз, ближе. Почти касаюсь края мордочки.
— Ну же… — шепчу.
Едва заметное движение. Слабое, почти воображаемое, но мне хватает.
Наливаю ещё. Аккуратно, по капле.
Котёнок судорожно сглатывает.
— Вот так… Держись.
Горк молчит. Стоит рядом, наблюдает, не вмешивается.
Я продолжаю упрямо поить, пока в какой-то момент котёнок не дёргается сильнее и не издаёт тихий, хриплый писк.
Живой.
Вытираю дрожащей ладонью пот на лбу и, повернувшись к Горку, говорю:
— Надо бы его к ветеринару. Есть поблизости?
— К кому? — удивляется он, хмурив куцые брови.
Открываю рот, чтобы ответить, но воздух в комнате вдруг становится холоднее, а потом… появляется старуха.
Колени предательски слабеют.
— Вася, что с тобой? — спрашивает Горк, не видя старуху.
Я прижимаю котёнка к себе и инстинктивно делаю шаг назад. Потом ещё один. Пока спина не упирается в стену.
— Ну вот… — тянет старуха, наклоняя голову. — Не зря я за тобой ходила.
— Чего? — глухо выдавливаю.
— Даже когда страшно. Даже когда опасно. Всё равно полезла спасать.
Я стискиваю котёнка сильнее.
— Что вам надо?
Она довольно щурится.
— Проверку прошла.
И прежде чем я успеваю что-то понять, она поднимает руку и щёлкает пальцами.
Котёнок в моих руках исчезает.
Потрясённо смотрю на пустые ладони и возмущённо выдавливаю:
— Эй! Куда он… куда вы…
— Тихо. Это был не настоящий кот.
— Кто вы вообще такая?
Она хочет что-то сказать, но грохот за дверью не позволяет.
— Открывай! — рычит отец Лимы, пиная ногой дверь. — Быстро!
Глава 17
— Открывай, Лима! Иначе я выломаю эту проклятую дверь!
Массирую виски и дышу через раз.
Итак, я в ловушке.
Выйду к жестокому папаше Лимы, и меня силком потащат прямо в объятия престарелого жениха.
Что же делать?
Прямо хоть в землю проваливайся…
Нащупываю в кармане вампирское кольцо.
А что, если…
Нет. Нельзя. Сбегать — не выход. Это лишь оттянет неизбежное. Я должна лицом к лицу встретиться с проблемой, иначе так и буду дрожащим желе на ножках.
— Может, прибьём его? — Горк подходит ближе, кивая в сторону двери. — Уверен, никто слёзы лить не станет.
— Нет, — качаю головой, смотря на старуху.
Уселась на моей кровати, смотрит себе под ноги и разглаживает несуществующие складки на своём балахоне. Чувствует себя как дома. И что же надо этому чуду от меня? Жизнь из меня явно не собираются высасывать…
— Ну а что тогда? — Горк нервно переступает с ноги на ногу. — И куда ты всё время смотришь?
— На неё, — киваю в сторону кровати.
— Как… — Горк белеет. — Я ведь ничего не…
— Не волнуйся. Сейчас у нас есть проблемы посерьёзнее. Мы…
Оглушающий стук в дверь заставляет меня умолкнуть на полуслове. Будто по ней бьют тяжёлым предметом.
Чёрт.
Ненормальный папаша Лимы и вправду готов выломать дверь.
Делаю глубокий вдох, расправляю плечи и решительно шагаю к двери.
— Постой, Вася… — пытается остановить меня дух, вставая между мной и дверью. — Может, не стоит? Снова прилетит кулаком по твоему носу, можно не сомневаться.
— Я себя в обиду не дам, — сжимаю кулаки и тянусь к замку.
Щелчок, и дверь резко распахивается.
Залетает разъярённый отец Лимы.
— Тварь… — шипит, яростно прищурившись. — Ты кем себя возомнила? Думала, сможешь скрываться? Да я тебе… — засучив рукава, он шагает в мою сторону.
Как ни странно, я его не боюсь, чувствую лишь злость и раздражение.
— Ещё шаг, и я вас покалечу, — цежу сквозь зубы.
Усмехается, блеснув жёлтыми зубами.
— Ты-то? Совсем ополоумела? Жалкая дрянь.
Сжав кулаки и ощущая, как ногти неприятно впиваются в кожу, стою и жду, пока он дойдёт до меня, чтобы врезать по его поганой морде.
Я не Лима. Я не позволю себя бить.
— Ты сейчас же пойдёшь к своему жениху и извинишься, а потом мы поедем к нему в поместье, и вы распишетесь. Поняла?
Когда между нами остаётся не больше двух шагов, он резко замахивается и…
Его руку кто-то перехватывает в воздухе.
Отец Лимы дёргается.
— Убрал руку.
Я поднимаю взгляд и на секунду забываю, как дышать.
Сартар.
Вздрагиваю и делаю шаг назад, больно ударяясь спиной о стену.
У папаши Лимы вытягивается лицо, желтизна уходит, взгляд мечется, словно он только что понял, что зашёл не в ту дверь.
— С… Сартар?.. — голос сразу становится тише. — Это… это недоразумение. Я просто… семейный разговор. Ничего серьёзного.
— Ты замахнулся на неё, — Сартар ловит мой взгляд и поджимает губы. — Что, ударить хотел?
— Да что вы, что вы! — отец Лимы нервно усмехается, облизывая губы. — Я же отец, я воспитываю. Перегнул, признаю. Бывает, вспылил. Но ведь вы же понимаете, дети сейчас такие… неблагодарные.
Я чувствую, как внутри всё сжимается от отвращения.
— Отпустите, пожалуйста, — продолжает он уже почти умоляюще. — Я сейчас уйду. Правда.
Сартар разжимает пальцы.
Отец Лимы тут же отскакивает на шаг, потирая запястье, кидает на меня быстрый взгляд — уже не злой, а расчётливый.
— Правильно ли я понимаю, что вы вновь решили сделать мою дочь своей невестой?
Сартар сжимает челюсти.
Я практически не дышу, во все глаза смотря на дракона.
Если он сейчас скажет «да», то родичи Лимы от меня отстанут. Но… зачем ему говорить «да»? Чтобы что? Он ведь мой враг.
