– А почему, кстати, на морозе нельзя? – уточнила я, когда мы чуть отстранились.
– Говорят, губы обветрятся, – просветил меня кавалер.
– О, не страшно! Попрошу у сестры увлажняющее зелье. С ним она неплохо справляется, – не задумываясь выпалила я.
28
Как мы сдвинулись с места и всё же добрались до города, я вообще не понимала. Не спрашивала даже, куда мы шли и зачем, хотя у Каса явно был конкретный план. Я же почему-то могла думать лишь о том, как горят мои губы.
Насторожилась я только тогда, когда мы свернули в сторону катка. Гирлянды весело подмигивали нам трёхцветными огоньками ещё издалека, из кристаллов-артефактов лилась приглушённая музыка, которую заглушал весёлый галдёж толпы.
– Только не говори, что мы на каток, – попросила я чуть настороженно.
– Почему не говорить? – ехидно отозвался Кас, который именно туда и напрялся.
– Потому что я не умею кататься, – честно предупредила я, недовольная тем, что вместо приятного романтического свидания мне сейчас предстоят спортивные тренировки.
И про себя отметила больше на свидания непонятно где не соглашаться, даже если очень нравится кавалер. Впрочем, появились шансы, что после сегодняшнего вечера симпатии к ректору у меня поубавится.
– Ничего страшного, я тебя научу, – не проникся Кас.
Это даже звучало ужасно, но я не стала ничего говорить вслух. В конце концов, отказаться варианта у меня всё равно не было.
В небольшой раздевалке стояли шкафы с коньками на разные размеры и ряды лавочек, чтобы удобней было переобуваться. На одну из них меня и усадил Кас, спросив:
– Какой у тебя размер?
– Пятёрка, – ответила я, с затаённым восторгом глядя на пустые ячейки с этой цифрой.
Кажется, у меня оказался самый популярный размер в самый пик посещений по времени, и наше свидание имело все шансы закончиться в другом месте. Возвращения Каса я ждала почти с предвкушением, глядя, как за высоким деревянным ограждением то и дело мелькают меховые шапки катающихся.
Вот только не успела я помечтать о смене планов, как ректор вернулся с коньками.
– Это же шестёрка, – проверив, заметила я с лёгким возмущением.
– Правильно, – ничуть не смутился Каспиан, ища что-то во внутренних карманах пальто. – Размер в размер у нас только драконы берут да стихийные маги. И дурни. Для остальных на улице мороз – нужно место под носки.
И не успела я опомниться, как эти самые носки он и достал. Молочные такие, славненькие. С коричневыми ромбиками и белочкой.
– Согревающий артефакт, прекрасно тянется, – успел отрекомендовать Кас, снимая с меня сапоги, пока я не опомнилась.
– Только не говори, что ты сам вязал, – попросила я, наблюдая за тем, как принц бережно их на меня надевает. А затем и коньки, на которых ответственно затягивает шнуровку.
– Нет, я только нитки готовил, – хмыкнул он. – А вязала бабушка Люси. Велела невесте подарить.
Конечно, я помнила, что сама являлась принцессой, но от того, что на мне артефакт собственноручно связанный вдовствующей королевой Артефактума, стало немного дурно. Даже позабылось, как я не хотела на каток, и я покорно позволила Касу меня вытащить.
Впрочем, опомнилась я, стоило ступить на лёд. Мир пошатнулся, ноги попытались разъехаться. Мужчина на коньках казался чем-то крайне ненадёжным, поэтому, взмахнув руками, я решительно вцепилась в бортик. Стоял бы здесь столб, я бы предпочла обхватить его как коала, но мы имели что имели.
– Цеса, – удивлённо и чуть насмешливо глянул на меня Кас, протягивая ладонь. – Пойдём. Научу тебя держать равновесие.
– Ты себя переоцениваешь, – с достоинством заявила я, намекая, что дело не только во мне.
– Ты хоть дай мне в этом убедиться, – предложил ректор, но я к таким жертвам была не готова!
Словно дразня меня, он решил немного покататься вокруг. Нарезал круги, как-то хитро разворачиваясь и покручиваясь, что мне лишь дурнее стало.
– Я думала артефакторы только в своих изобретениях ковыряться умеют, а не танцевать на льду как профессионалы, – съязвила я, желая задеть, но Кас только рассмеялся:
– Артефакторам, знаешь ли, много чего уметь приходится. А фигурное катание вообще наше местное развлечение. Мне кажется, все жители умеют. Это не сложно. Давай попробуем?
Вздох у меня вышел очень тяжёлым. Оглядев каток, я признала, что по искрящемуся в свете фонарей льду рассекают все, от мала до велика. И ребятишки мне по пояс, и почтенные бабушки в шерстяных шалях под руку со степенными дедушками. Последние катались неторопливо, размеренно, и я даже подумала, что так можно попытаться.
– Ну что? – спросил Кас, словно почуяв, что я готова оторваться от ограждения. – Дашь мне шанс?
29
Шанс-то я дала, вот только теперь вцепилась в ректора, как в ограждение до этого. С той лишь разницей, что теперь мы двигались. Упасть я пыталась несчётное количество раз, но Кас – чудом не иначе – умудрялся держать нас в вертикальном положении.
Я пыхтела, выдыхая горячие паровые облака в морозный ночной воздух, и в принципе почти научилась медленно ехать по прямой. И по очень большой дуге. Но прямо восторга от катания на коньках не испытывала, о чём и сообщила Касу.
– На скорости, конечно, интересней, – ничуть не удивился он.
– Боюсь, такими темпами ездить на скорости я смогу только в старости, – намекнула я, что занятие стоило бы сменить.
Ректор о чём-то серьёзно задумался, незаметно притормаживая. Когда мы подъехали к раздевалке, то и вовсе совсем остановились. Я уж было обрадовалась, что на этом мои мучения закончатся, но Кас лишь хитро попросил:
– Подождёшь меня две минуты? Попробуем немного сжульничать сегодня, чтобы поторопить события.
– Ладно, – вздохнула я, присаживаясь на лавочку у борта.
В принципе отдохнуть казалось не самой плохо идеей. Чуть прикрыв глаза, я опёрлась спиной об ограждение. С неба потихоньку начал падать мелкий снежок, и я бы сказала, что погода сегодня изумительно романтичная, если бы не это почти провальное свидание. Радовало только то, что у меня ноги не мёрзли.
– Барышня, а чего это вы здесь одна сидите? – вдруг раздался незнакомый мужской голос рядом со мной.
Обернувшись, я увидела компанию старшекурсников, среди которых не затесалось ни одной девушки. Я не могла с первого взгляда составить своё мнение о них по внешнему виду… но сразу определилась, что они меня не очень-то и интересуют. Поэтому просто буркнула:
