– Заряна, – муж недовольно покачал головой. – Прошу, не превращай нашу гостью в дракона или мышь.
Девушка побледнела и попятилась, быстро-быстро мотая головой:
– Т-т-только не в мышь!
«Мужчины!» – снисходительно вздохнула я.
Знала, что Райс не собирался запугивать несчастную, а попросил меня из ревности не делать глупостей. Это было бы даже мило, не дёргайся у несчастной глаз. Поэтому я поспешила вмешаться и деловито ответила:
– Не волнуйся, дорогой. На этой неделе я истратила все превращения.
И это оказалось самым действенным успокоителем. Если бы я разразилась тирадой о том, что даже не думала использовать магию, мне поверила бы разве что малышка Дивина. А так – лимит исчерпан. Все довольны!
Гостья всё же меня побаивалась. Возможно, поэтому и поспешила начать рассказ.
– Моя дорогая тётя умоляла никому не говорить, – торопливо сообщила она. – Но когда до нас докатилась весть о смерти леди Веттус, я решила рассказать лорду Адамарду правду о смерти его сестры.
Райс будто окаменел, а я поспешно прижала палец к своим губам и оглянулась на Дивину, которая всё ещё была в ипостаси дракона. Она весело играла с Деяном и не обращала на нас внимания. Я потянула гостью дальше от малышки, и муж последовал за нами с таким непроницаемым лицом, что заныло в груди.
– Когда я ещё была девочкой, мы с леди Веттус часто навещали Лейну Людерс, – шёпотом поделилась Роза. – В свой последний визит я стала невольной свидетельницей их ссоры. Лорд пытался забрать у леди небольшой портрет, но она не отдавала. Они некоторое время боролись, а потом Лейна оступилась и упала на большое зеркало. Оно разлетелось на осколки, и…
Она захлебнулась эмоциями и опустила голову. Райс сжал мою ладонь, и я успокаивающе похлопала мужчину по руке. Всё это было давно и, как ни прискорбно, уже ничего не изменить. Живым остаётся лишь помнить.
Я прожила долгую жизнь в своём мире и проводила в последних путь немало дорогих мне людей. Любые утешения тут бессильны, каждый сражается с болью потери один на один. Но если рядом есть кто-то родной, это сделать проще. И поэтому я продолжала нежно поглаживать руку мужчины.
Роза тем временем справилась с чувствами и тихо продолжила:
– Всё было в крови. На шум прибежала леди Веттус… Оказалось, что внутри зеркала был спрятан древний и очень опасный артефакт. Лорд сильно переживал и винил себя в её смерти, а тётя уговорила его скрыть настоящую причину и сообщить всем, что Лейна умерла от болезни. Иначе Людерса могли обвинить в смерти супруги, и пострадала бы маленькая дочь лорда.
Девушка смолкла, и я услышала, как весело пыхтит дракончик. Райс тоже посмотрел туда и негромко произнёс:
– Она всё равно пострадала. Гаин плохо обращался с моей племянницей.
– Даже заявил, что она никогда не была его дочерью, – возмущённо поддакнула я.
Роза испуганно сжалась и, с сочувствием глянув на ребёнка, виновато пролепетала:
– Простите… Но я не могла больше молчать. Эта тайна отравляла меня изнутри. Я до сих пор во снах вижу, как отчаянно рыдал над телом лорд Людерс. Уверена, ему было нелегко. Леди до последнего вздоха не выпускала тот портрет из рук.
Райс тут же спросил у девушки:
– Ты видела, кто на нём был изображён?
Гостья торопливо замотала головой:
– Нет, мой лорд. Никто не видел. Портрет был испорчен драконьей кровью или магией артефакта. Он стал пуст. Пока я жила у леди Веттус, она часто на эмоциях восклицала, что Гаин ошибается насчёт Лейны, а потом вздыхала и переводила тему. С того дня она посещала замок Людерса одна, а вскоре меня отправили обратно в провинцию. Уверена, это было для того, чтобы я не проболталась.
Она замолчала и посмотрела на дракончика.
– Пф-ф! – фыркнула Дивина и обратилась в ребёнка.
– Невероятно! – театрально изумился Деян и одобрительно хлопнул в ладоши.
– Мне срочно нужно отлучиться, дорогая, – неожиданно сообщил Райс.
– Не лучше ли сначала… – попыталась предложить я.
Муж молча поцеловал мне руку и стремительно направился к окну, через которое явно хотел «отлучиться». Дейн и Дивина проводили его удивлёнными взглядами, а Райс выпрыгнул наружу и, обратившись драконом, взмыл в небо.
– Ничего не слушает, – вздохнула я и прошептала: – Куда же тебя понесло?
– Госпожа Адамард, – позвала Роза.
– А?
– Слышала, что у юной леди нет гувернантки, – смущённо потупилась девушка. – Может, я сгожусь на это место? Леди Веттус лично обучала меня.
Она осторожно подняла голову и глянула на меня со щемящей надеждой.
Ну как тут отказать?
Глава 48
Райс
Слова Розы будто выжигали в сердце каждую строчку и приносили невыносимую боль.
Рваный ветер бросался на меня, осыпал ледяным дождём, но мне было жарко. Пламя ярости бушевало в груди, сводя с ума моего зверя. Дракон жаждал крови, и в этом мы были солидарны.
Гаин оплакивал смерть моей сестры и был готов понести наказание, но леди Веттус отговорила его. Зачем? Он виновен! Толкнул Лейну, и должен быть наказан. Не важно, что послужило причиной их ссоры. Моя хрупкая сестра умерла в муках из-за опасного артефакта, который Людерсы зачем-то прятали в зеркале.
Наставница сестры волновалась за малышку? Я бы позаботился о племяннице. Она не одинока. У Дивины кроме отца есть дядя!
Думая об этом снова и снова, я не мог сдержать яростного рыка, и он прокатывался по воздуху, распугивая птиц. Они стаями взмывали в небо с деревьев, которые встречались на моём пути до замка Людерсов. Когда показались его чёрные башни, я замедлил полёт.
Окна были темны.
«Его нет? – в отчаянии вспылил я. – Этот трус прячется в королевском дворце?»
Такое могло быть, ведь Людерса коснулась магия цветка, что силой связывает судьбы. Должно быть мой враг ни на шаг не отходил от принцессы. Если так, то Жаннета уже до смерти ненавидела свою истинную пару.
Но этой мести мне было недостаточно.
Опустившись на круглую, мощёную разноцветными камнями площадку во внутреннем дворе, я сменил ипостась и широкими шагами направился к дому. Намереваясь найти и расспросить слуг, всех без исключения, ворвался в дом, но внутри царила тишина.
Гаин распустил челядь?
– Даже магические заслоны не поставил? – не поверил я.
Кто-то же в доме должен быть, и я направился на поиски. Эхо разносило звук моих шагов по безлюдным гостиным, где не горели свечи, не светили магические шары. Везде царили безрадостные сумерки.
Будто дом, как древний дракон, впал в спячку. Безжизненно блестели зеркала, задёрнутые шторы напоминали поникшие крылья, а тускло мерцающий паркет – потёртую чешую. С каждой новой комнатой росли сомнения.
«Может, Гаин поджидает меня, чтобы поговорить без свидетелей?»
Это бы объяснило отсутствие слуг и магических засовов.
Воодушевившись догадкой, я направился к лестнице, ведущей в башню. Три сотни ступенек поднимался и представлял, как вырываю у врага сердце, чтобы не растерзать Гаина сразу, как увижу. Несмотря на все преступления, Людерс всё ещё дракон древней крови. Я не имел права казнить его. Только король мог отдать такой приказ.
«Мне нужна только правда», – обманывал себя.
Уцепился за эту мысль с таким отчаянием, что сам поверил, поэтому не набросился Гаина, а тихо произнёс:
– Ждал меня?
Людерс стоял у окна спиной ко мне. Справа от его неподвижной фигуры темнела огромная кровать, а слева блестела серебряная оправа для зеркала. Должно быть того самого, где некогда прятали опасный артефакт.
– Да, – просто ответил Гаин, но не обернулся. – Ты задержался. Полагаю, Роза рассказала тебе о случившемся с моей женой. Я знал, что эта деревенская простушка не удержит язык за зубами, но леди Виттер полагала иначе.
– Ты поэтому убил её? – негромко поинтересовался я.
Людерс обернулся и с сарказмом спросил:
