— Это что ещё такое?!
Кажется, я ещё никогда не была так рада видеть свою свекровь.
Хотя вру, конечно. Сильно радости её возглас мне не добавил. Зато позволил переключить внимание.
— Сейчас же отойти от Вивьен, гадкий мальчишка! Она замужняя дама! Ишь что удумал!
Выражение лица Каса не поддавалось описанию. Кажется, он только что изобрёл новую эмоцию. Тут и недоумение, и заинтересованность, и даже восхищение вопиющей наглостью моей экс-свекрови.
— Глубоко не уважаемая Ирма, я всё ещё отказываюсь обслуживать вас в своём заведении, поэтому было бы хорошо, если бы вы покинули его добровольно. В противном случае я кликну стражу.
— Ой, Вивьен, ну что ты начинаешь, — отмахнулась она. — Пообижалась и хватит. Давно пора вернуться в семью.
— Ни в какую семью я возвращаться не собираюсь. И с вашим «сыночкой» я благополучно развелась, так что предъявлять какие-либо претензии мне или этому… человеку вы не можете.
Свекровь начала пыхтеть как паровоз. Казалось, вот-вот пар из ушей повалит.
— Вот ещё! Это вы не подумав сделали. Всегда всё можно назад вернуть. А ты, гадкий мальчишка, чего улыбаешься? Ничего тебе здесь не светит. Вивьен так моего сыночка любит. Это ведь на века любовь! Видел, как заведение называется? Не просто так две «К» девочка написала, видно же, что наш род прославить хотела. Сирил Кальдер и Вивьен Кальдер. Вот тебе и две «К»!
— Логика железная, — хмыкнула я.
И даже не стала ничего пытаться ей объяснить или снова указывать на дверь. Знала, что Кас её сейчас тонким слоем по паркету размажет.
— Нет, — отмахнулся Кас. — Название такое явно из-за меня.
— А?
Свекровь опешила. Стоит отдать ему должное, он умел сбивать людей с толку.
— Меня зовут Кас, так что кофейня в мою честь названа.
— А где тогда вторая «К»?
— Повторить никогда не помешает.
Ирма закипала. Лицо пошло красными пятнами.
— Совесть бы поимел! К чужой женщине приставать, да ещё и на глазах у остальных! Тебя за домогательства арестовать нужно!
Ох, какие, оказывается, свекровь слова знает. Домогательства…
— И снова ошибка. Прямо как с выводами относительно названия. Эх, кажется, у нашей аристократии явная нехватка качественного образования. Нужно будет заняться этим вопросом.
— Что ты…
— Вивьен — моя женщина, — пояснил он.
— С чего это?!
— С того, что она — моя истинная пара.
Он сказал это так просто, словно это ни для кого не являлось секретом, а потом снял перчатку, демонстрируя и свой чёрный маникюр, и татуировку колючей проволоки на запястье.
— Не поможешь? — Спросил Кас у меня.
Вздохнув, я решила, что убить его могу и позже. А сейчас неплохо было бы утереть нос свекрови.
Улыбнувшись, я тоже закатала рукав, сняв браслет.
По залу пронёсся коллективный удивлённый вздох. А экс-свекровь вообще выглядела так, словно её сейчас инсульт накроет.
— А ты… вы... что…
— Очень информативно, — хмыкнула я.
— Кассиан ЛеГранд, — представился он с лёгкой, почти доброй улыбкой на лице. — Есть ещё желающие усомниться в моих словах или продолжить оскорбления?
Глава 41
Немая сцена длилась чуть больше минуты. А потом свекровь всхлипнула, прикрыла лицо руками и выбежала из моей кофейни.
Признаюсь, захотелось расцеловать Каса хотя бы за то, что Ирму отвадил. Причём, похоже, навсегда.
Но я всё ещё помнила, что, вообще-то, убивать его собралась.
Я закатила глаза, а потом посмотрела на посетителей. Кто-то ещё переваривал информацию, кто-то уже склонился в почтительном поклоне.
— Ваше Сиятельство, прощу прощения, что не признал сразу. Примите мои искренние извинения, — сказал один из моих постоянных клиентов — преподаватель в академии.
— Встаньте. Если бы я хотел, чтобы мне кланялся каждый встречный — представился бы раньше.
Люди, согнувшиеся в поклоне, выпрямились, ожидая дальнейших указаний. И они последовали:
— А теперь оставьте нас.
Уже через пару секунд кофейня была пуста. А я поняла, что нужно закрываться.
До конца дня так точно. А скорее всего — насовсем.
— Готовься, я собираюсь тебя убить.
— Знаешь, с одной стороны, умно, что ты не стала озвучивать это при свидетелях. Но с другой — очень опрометчиво предупреждать меня об этом.
Я смерила его злобным взглядом, а потом развернулась и, не говоря больше ни слова, ушла.
— Эй! Ты что, действительно обиделась? — Послышался сзади испуганный голос. — Это ведь ты первая начала меня игнорировать и прикрывать метку истинных. Я просто принял правила игры.
Не обращая внимания на то, что там говорит Кас в другой комнате, осмотрелась, а потом достала из ящика свою прелес-с-с-сть.
— Не злись, Вивьен.
— Я не злюсь, — сказала я, выходя из кухни.
— Правда?
— Чистейшая. Я в ярости.
Достав из-за спины скалку, я замахнулась ей как бейсбольной битой, готовая снести его глупую голову.
Увернулся, разумеется, сволочь такая. Зря я его, что ли, Джеки Чаном прозвала.
— Какого хрена ты меня за нос водил столько времени?
— А ты как могла не понять, что перед тобой дракон?
— Вопросы здесь задаю я!
Ещё раз замахнулась, и с тем же успехом.
Кас скакал по комнате, уворачиваясь от моей тяжёлой руки. Ничего, я знала, что рано или поздно я загоню его в угол.
— То есть ты совершенно случайно начал носить перчатки на людях?
— Поддерживал инкогнито. Если бы все узнали, кто я, так просто к тебе заходить уже бы не получилось.
— Зачем был этот фарс с партией круассанов? Мне без проблем было мало?
— Решил, что совместная работа нас обязательно сблизит, — ответил Кас, приседая, чтобы пропустить скалку над своей головой.
— Тебя убить мало! Уже весь город знает, что наш сиятельный правитель свою истинную нашёл, только я не в курсе. Представляю, что те стражники несчастные подумали.
— Успокойся, Вивьен! — Попытался воззвать к моему разуму Кас, но чуть не получил скалкой в лоб и снова сосредоточился на главном — сохранении своей головы в целости и сохранности.
— И про то, что моя астма вылечилась, тоже знал?!
— Разумеется.
Его улыбка сделала только хуже. Я прищурилась и решила, что как минимум шишку я ему поставлю, даже если придётся за ним до ночи по кофейне гоняться.
— А про то, что меня бывшая свекровь достаёт?
— Не сразу, ты ведь молчишь как партизан. Но получилось очень удачно, заодно судебную систему почистил. Дядюшка развёл бардак. Так что все, кому она взятки раздавала, сейчас уже счастливые безработные.
— Я тебя убью!
— Да брось, ничего ведь страшного не произошло. Я слышал, как ты её в суде размазала. Красиво, кстати!
У меня получилось! Я всё же загнала Каса в угол и, улучив момент, когда он говорил, всё же врезала скалкой по макушке.
— Ай!
— Не притворяйся, что тебе больно, засранец чешуйчатый. В книге сказано, что вы крепче людей раз так в пятьдесят.
— Но это же не повод меня бить, да ещё и в полную силу.
— Это ещё слабо! — Заявила я и замахнулась ещё раз. — Тебя убить мало.
Кас выпрямился, перехватив мою руку так быстро, что я даже пикнуть не успела.
Стало понятно, что все эти танцы и игры в догонялки были для него лёгкой забавой. И ударить себя он банально позволил. Потому что реакция и сила у него были такими, что не стоило и мечтать о том, чтобы его даже случайно стукнуть.
— Если ты меня убьёшь, кто будет тебе помогать?
— Ты не помогаешь!
— Ладно. Кто тогда будет тебя смешить?
— Очень похоже, что мне сейчас смешно?
— Чуточку похоже, — улыбнулся Кас, а потом окончательно отобрал у меня орудие несостоявшегося убийства и притянул к себе за талию.
Что это такое? Даже позлиться толком не дают!
Он держал крепко, не дёрнешься. А хуже всего, что мне и не хотелось.
Я шмыгнула носом, спрятав лицо у него на плече.
— Зачем ты это сделал? Мог бы просто сказать. Объяснить мне всё. Зачем издевался?
