Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 3 (СИ) - Некрасов Игорь

— Прости, Лёш… — её голос был полон искреннего сожаления. — Мне кажется, я уже не смогу помочь тебе. — она снова облизнула губки и тихо добавила: — Не смогу.

Я открыл рот, чтобы ответить, но она вдруг опустила взгляд на трусики в моей руке и улыбнулась — той самой хитрой, дерзкой улыбкой, от которой у меня всегда подкашивались колени.

— Но зато… — она сделала паузу, подмигнула и закончила: — … разрешаю оставить их себе.

Я моргнул, не успев осознать услышанное, а она уже подхватила с пола сумку и, бросив на меня короткий, озорной взгляд, побежала по коридору. Её шаги стихли за поворотом, а я остался стоять на месте, всё ещё сжимая в кулаке влажную ткань.

Прошло несколько секунд, прежде чем я смог выдохнуть и посмотреть на мокрющие трусики.

Млять… — пронеслось в голове. — Это надо спрятать. Но куда? Не в карман же… они такие мокрые, что через минуту на джинсах будет пятно. Чёрт…

Я беспомощно огляделся и затем пробормотал:

— Чёрт… чёрт-чёрт-чёрт!

Я судорожно соображал, но в голову ничего не приходило. Пока всё-таки не пришло, и я не взял трусики покрепче в руки. Затем я сложил их в несколько раз и принялся скручивать — туго, методично, выжимая лишнюю влагу.

Тоненькая струйка соков полилась вниз, сверкнув в тусклом свете лампы. Затем сорвалось ещё несколько капель, оставив тёмные точки на полу, и я машинально сглотнул, провожая их взглядом.

В голове пронеслась глупая, извращенная мысль подхватить парочку пальцем и попробовать, но я одёрнул себя. Однако через секунду всё же не удержался — поднёс скрученные трусики к лицу и вдохнул. Терпкий, густой, сводящий с ума запах резко ударил в нос, и член, который только-только начал успокаиваться, снова подал признаки жизни.

Млять, Орлов, ты совсем уже… — я тряхнул головой, отгоняя наваждение, и просто сунул этот мокрый комок поглубже в карман джинсов. — Теперь самое главное — не встретить никого по пути, — пронеслось в голове, и спустя несколько нервных минут я в быстром темпе добрался до двери, и, к моему счастью, в кабинете никого не было.

Вытащил трусики из кармана — они уже успели оставить там небольшое влажное пятно — и принялся искать укрытие.

Шкафчик с маслами? Под полотенца? Под столом? Нет, всё это тупость…

В итоге я просто сунул трусики в самый дальний угол пустого ящика и с облегчением захлопнул его.

Всё. Теперь можно выдохнуть. Но нервяк от всей этой ситуации, конечно, остался. И стояк тоже.

Я просидел в кабинете ещё минут пять, пытаясь унять сердцебиение и привести мысли в порядок. Трусики Ирины были надёжно припрятаны в ящик, стояк постепенно утих, а разум, хоть и с неохотой, возвращался в рабочее русло.

Всё, Орлов, тебе пора возвращаться к работе. Ты, вообще-то, массажист, а не секс-терминатор по вызову. Хотя… судя по последним событиям, одно другому не мешает.

Я усмехнулся, поправил футболку и вышел из кабинета.

Уже закрывая дверь, я бросил последний взгляд на ящик, где покоился мой «трофей».

Главное — не забыть их здесь, — мелькнула мысль. — Не знаю, конечно, что я буду с ними делать, но… думаю, как-нибудь да пригодятся. Не выбрасывать же… столь ценный подарок.

Прикрыв дверь до конца, я развернулся и направился к ледовой арене.

Пора было узнать, что там происходит. А то в коридорах — никого, а тишина стоит такая, будто все просто испарились. Только где-то вдалеке слышался приглушённый гул голосов.

Спустя несколько секунд я поймал себя на мысли, что «Ледовая Корона» сейчас ощущалась иначе. Словно здание само по себе готовилось к чему-то важному.

У входа на арену я заметил Низовича. Он стоял с Леной и оператором и, активно жестикулируя, что-то объяснял про точку съёмки. Рядом с ним, скрестив руки на груди, стояла Татьяна. Она слушала молча, изредка кивая, и выглядела при этом как генерал перед решающей битвой — сосредоточенная, собранная, готовая в любой момент отдать приказ.

Чуть поодаль, у бортика, стояла Елена Захарова. Заметив меня, она едва заметно кивнула — коротко, сдержанно, но в этом жесте была какая-то… теплота. Или мне просто так показалось.

А вот дяди Вити нигде не было. Я обвёл глазами арену, потом холл за стеклянными дверями — пусто.

Видимо, он уже уехал, — решил я. — Ну да, он же говорил, что поедет домой после того, как обсудит детали с журналистами. Обсудил — и поехал. И даже не попрощался. Хотя… может, оно и к лучшему. После нашего разговора мне нужно было время, чтобы переварить всё услышанное. Особенно ту часть, где он намекал на свои «ошибки молодости».

Я прошёл к своему обычному месту у бортика — туда, где я всегда стоял во время тренировок девушек на льду, — и облокотился на ограждение.

Низович в этот момент всё продолжал что-то втолковывать своей команде, и я прислушался.

— Значит так: сначала общие планы арены и девочек на разминке, потом — крупным планом элементы. И ради бога, Игорь, не смазывай кадры, как в прошлый раз. Лена, держи микрофон ближе к бортику, мне нужен звук лезвий — этот хруст, понимаешь? Зритель должен слышать лёд. А как тут закончим, нам еще за вечер нужно будет отсмотреть кадры и выбрать лучшие для основных съёмок. Вопросы?

Лена и оператор переглянулись и дружно замотали головами — мол, никаких вопросов, всё ясно. Татьяна, стоявшая чуть в стороне, даже не пошевелилась. Её взгляд был устремлён куда-то на лёд, а руки скрещены на груди в привычном жесте — она выглядела так, будто этот разговор её вообще не касался.

Вскоре под ожидание всех присутствующих на лёд одна за другой начали выходить фигуристки.

Первой, разумеется, появилась Ирина. Она вылетела на арену так, будто только и ждала, когда на неё направят камеру. Яркая, дерзкая, с сияющими довольными глазами — она была в своей стихии. Она скользнула к центру катка и тут же начала разминку — быструю, резкую, с элементами, которые она явно вставляла специально для появившихся зрителей.

Низович, увидев её, тут же оживился.

— Снимаем! — скомандовал он оператору, и тот вскинул камеру на плечо. — Ирина, можете сделать ещё один прокат? Только помедленнее, чтобы мы успели снять с разных ракурсов.

— Медленнее? — Ирина усмехнулась и озорно сверкнула глазами. — Конечно! Без проблем!

Она оттолкнулась и понеслась по льду — сначала простой шаг, потом ускорение, потом прыжок. Я засмотрелся. Она двигалась так, будто лёд был её родной стихией — плавно, мощно, с какой-то животной грацией. И при этом, чёрт возьми, умудрялась позировать. Она точно знала, где стоит камера, и каждый раз, пролетая мимо, бросала в объектив короткий, дерзкий взгляд.

Низович был в восторге.

— Великолепно! — бормотал он, делая пометки в блокноте. — Просто великолепно. Эта девочка — прирождённая звезда.

— Согласен, — буркнул я себе под нос, не отрывая взгляда от Ирины.

Ещё бы мне не быть согласным… — подумал я и усмехнулся. — Ведь мои пальчики только что побывали «ёлкой» для этой звезды с её трусиками в качестве мишуры.

Интересно, а как бы зрители отреагировали, узнай они всю правду? — мелькнула вдруг мысль, и я с трудом сдержал смешок. — Узнай Низович, чем на самом деле занимается массажист «Ледовой Короны» в перерывах, он бы, наверное, забыл про свой дурацкий сюжет и начал снимать уже совсем другое кино.

Так и вижу название… «Интимное закулисье ледового дворца: эксклюзивные кадры с участием восходящих звёзд фигурного катания, которые, как выяснилось, любят покататься не только на льду». Да уж… рейтинг бы, наверно, просто зашкаливал. А я потом стал бы звездой всех анонимных форумов, где обсуждают, как низко пали современные фигуристки и как баснословно повезло одному массажисту.

Чёрт… а ведь это совсем не смешно, если вдуматься. Ведь я прекрасно знаю, какими безумными бывают фанаты…

Млять! А ведь правда!

Допустить утечку всего этого компромата нельзя ни в коем случае! Если хоть один скелет вывалится из шкафа, моя жизнь превратится в реалити-шоу с очень высокими ставками. И очень коротким сезоном. Один эпизод — и титры. Фанаты Ирины захотят меня кастрировать и поджечь. Фанаты Алисы — заморозить и разбить. А поклонники Софьи… да у неё, наверное, самые тихие фанаты, но и они, узнав, что я видел её грудь, тут же захотят мне глаза выколоть. И это я ещё молчу про Татьяну. У неё, конечно, фанатов меньше, но зато она сама может организовать мне такие проблемы, что никакие форумы не понадобятся.