— Как твой малыш? — спросила Сильвия, кивая на мой живот. — Ты уже чувствуешь?
— Рихард уже сказал? Иногда, — я прижала руку к животу. — Пока только лёгкие толчки. Но Рихард говорит, что это уже что-то.
— Он будет хорошим отцом, — уверенно сказала Сильвия. — Я помню, как он нянчился с племянниками, когда мы были детьми. Всегда терпеливый, заботливый. Даже слишком.
— Ты была знакома с его семьёй?
— Да. Мы выросли в одном кругу. Я помню его родителей. Они были… другими. Не такими, как наши. Честнее, что ли. — Она вздохнула.
— Рихард сильный, они воспитали его достойным человеком — тихо сказала я. — Выдержал столько потерь и не сломался.
— Да, — согласилась Сильвия. — Он всегда был сильным. Даже слишком. Иногда мне казалось, что у него вместо сердца кусок гранита. Но теперь я вижу, он просто прятал его. До тебя.
Я улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди.
— Спасибо. За то, что приютила нас. За то, что говоришь со мной. За всё.
Сильвия махнула рукой.
— Не благодари. Я делаю это не ради тебя. И не ради него. Я делаю это ради себя. Чтобы когда-нибудь, оглядываясь назад, не чувствовать стыда. Хватит с меня стыда.
Мы просидели так до позднего вечера, разговаривая ни о чём и обо всём сразу. О жизни, о смерти, о мужчинах, о будущем. И в какой-то момент я поймала себя на мысли, что эта женщина, которую я когда то считала врагом, становится мне почти подругой.
Когда Рихард вернулся, Энзо плёлся за ним, потирая плечо и жалобно поскуливая.
— Ничего не нашли, — устало сказал Рихард, падая в кресло. — Блэквуд как сквозь землю провалился. Но мы заявили о поджоге, опросили соседей. Кто-то видел подозрительных людей у дома за час до пожара.
Я подошла к нему, села на подлокотник кресла, обняла за плечи. Он прикрыл глаза, и я почувствовала, как напряжение уходит из его тела.
— Ты молодец, — прошептала я ему на ухо. — Мы справимся.
Глава 55
«Бедный Энзо, крутая Сильвия»
Утро в особняке Крешенци началось с криков. Я проснулась от звука, который сначала приняла за кошачий вой, но, прислушавшись, поняла, это Энзо. Причём кричал он, похоже, не от боли, а от ужаса.
— Нет! Только не это! Я не могу! Рихард, умоляю!
Я накинула халат и вышла в коридор. Звуки доносились из внутреннего дворика, где, судя по всему, Рихард устроил утреннюю «тренировку». Сильвия уже стояла у окна с чашкой кофе, наблюдая за происходящим с выражением глубокого удовлетворения.
— Доброе утро, — поздоровалась она, не оборачиваясь. — Твой дракон снова мучает моего мужа. Это начинает входить в привычку. Оставайтесь у нас жить навсегда.
Я подошла к окну и не смогла сдержать улыбку. Внизу, Рихард в одной рубашке с закатанными рукавами гонял Энзо с деревянным мечом в руках. Энзо, одетый в какой-то старый тренировочный костюм, явно снятый с чужого плеча, неуклюже отмахивался и постоянно спотыкался.
— Держи спину прямо! — рявкнул Рихард, нанося очередной удар, который Энзо едва отразил. — Ты не капусту рубишь, а защищаешься! Если бы я был врагом, ты бы уже лежал лицом в снегу!
— Я не воин! — взвыл Энзо, потирая ушибленное предплечье. — Я аристократ! Я должен сидеть в кабинете и подписывать бумаги!
— Аристократ, который не может защитить свою жену, гроша ломаного не стоит! — Рихард сделал выпад, и Энзо, споткнувшись, рухнул в лужу. — Вставай! Будем учиться вставать после падений. Это тоже полезно.
— Я замёрз! Я хочу есть! У меня аллергия на холод!
— У тебя аллергия на ответственность, — поправил Рихард, протягивая ему руку и рывком поднимая на ноги. — Давай, ещё десять минут. Потом завтрак.
— Десять минут⁈ — голос Энзо сорвался на фальцет. — Ты говорил, что сегодня будет теория!
— Теория закончилась. Началась практика. Защищайся!
Я рассмеялась и отошла от окна.
— Бедный Энзо, — сказала я без капли сочувствия. — Хотя, может, это пойдёт ему на пользу.
— Обязательно, — кивнула Сильвия. — Я уже заметила, что после вчерашней прогулки он спал как убитый и даже не храпел. Раньше храпел так, что люстра дрожала.
— Прогресс, — усмехнулась я.
Мы позавтракали в компании женского половин, мужчины так и не появились, судя по звукам, Рихард устроил Энзо полосу препятствий где-то в саду. Сильвия рассказывала о своих планах по восстановлению семейного бизнеса, а я слушала и удивлялась, как сильно она изменилась. Вместо прежней светской пустышки, деловая, расчётливая женщина с ясными целями.
— Кстати, — сказала она, допивая чай. — Я собираюсь в город. Нужно купить кое-какие ткани для новых штор, а заодно заглянуть в несколько лавок. Не хочешь составить компанию? Тебе явно нужно проветриться, а не сидеть в этих мрачных стенах.
Я задумалась. С одной стороны, выходить в город после вчерашнего было страшновато. С другой, Рихард был занят, а сидеть взаперти целый день не хотелось.
— А это безопасно? — спросила я осторожно.
— В центре города, да, — уверенно ответила Сильвия. — Там полно народу, патрули, да и я, если что, смогу за нас постоять.
Я удивлённо подняла бровь.
— Ты?
— А ты думала, я только в платьях щеголять умею? — усмехнулась она. — В детстве отец нанимал мне учителей фехтования. Хотел, чтобы я умела защитить себя. Правда, потом решил, что это не женское дело, и запретил, но базовые навыки остались. А несколько лет назад, когда я жила одна в чужой стране, пришлось вспомнить. Так что не бойся, подруга.
— Подруга? — переспросила я, и это слово прозвучало неожиданно тепло.
— А кто же? — Сильвия улыбнулась. — Врагов у меня и без тебя хватает. А подруг… честно говоря, никогда не было. Может, начнём?
Я улыбнулась в ответ.
— Давай попробуем.
Город встретил нас привычной суетой, но теперь она не казалась такой пугающей. Сильвия уверенно вела меня по улицам, рассказывая, где лучшие магазины, какие лавки стоит обходить стороной и у каких торговцев можно выпросить скидку.
— Вот здесь, — она указала на неприметную дверь между двумя роскошными витринами. — Лучшее ателье в городе. Шьют так, что никто не отличит от столичных модных домов, а цены в два раза ниже.
Мы зашли внутрь. Запах тканей, ниток окутал нас. Пожилая портниха с сантиметром на шее всплеснула руками, увидев Сильвию.
— Госпожа ди Сантис! — воскликнула она. — Давненько вас не было! А это, никак, ваша подруга?
— Да, — кивнула Сильвия. — Нам нужно всё самое лучшее. Для моей подруги, особенно. Она скоро станет мамой, так что ткани нужны мягкие, удобные, но красивые.
Портниха засуетилась, вытаскивая рулоны тканей, предлагая фасоны. Я рассматривала кружева, шёлк, мягкую шерсть, и на душе становилось тепло. Впервые за долгое время я занималась чем-то обычным, женским, мирным.
— Вот это, — я прикоснулась к нежно-голубому шёлку. — Для платья на выход.
— Прекрасный выбор, — одобрила портниха. — А для повседневности советую вот эту шерсть. Мягкая, тёплая, не колется.
Мы провели в ателье больше часа. Сильвия тоже выбрала себе несколько отрезов, для деловых костюмов и одного вечернего платья. Когда мы вышли, у меня было ощущение, что я заново родилась.
— Спасибо, — сказала я, когда мы шли по улице. — Мне давно не было так… нормально.
— Не за что, — отмахнулась Сильвия. — Тебе нужно отдыхать и радоваться жизни, а не прятаться по углам. И малышу твоему тоже нужны положительные эмоции.
Мы зашли ещё в несколько лавок, купили сладостей в той самой булочной, где были вчера (эклеры и правда оказались божественными), заглянули в книжный, где я нашла несколько книг для будущих мам и детских сказок. Сильвия посмеивалась над моей запасливостью, но сама купила пару книг в подарок.
— От тётушки Сильвии — сказала она, и я замерла.
— Ты хочешь быть тетушкой?
— Если ты не против, — она вдруг стала серьёзной. — Я понимаю, у нас сложная история. Но я бы хотела… ну, быть частью вашей семьи. Если позволишь.
