На два голоса выше - Плотникова Алена

Прежде чем я успела что‑то ответить, он уже отошёл к другой группе сотрудников. Не прошло и десяти минут, как телефон зазвонил. Номер был незнакомым.

— Добрый день! — ответила я машинально, стараясь скрыть волнение.

— Добрый день, Анна. Мне отправили ваш контакт, чтобы вы встретили меня. Я подъехал, жду около входа в офис, — раздался в трубке мужской голос.

На мгновение я замерла. Наш коллектив состоял в основном из молодых девушек, и услышать мужской голос в такой ситуации было неожиданно. По интонации я предположила, что собеседнику лет двадцать пять — тридцать пять.

— Да, конечно, буду через пару минут, — ответила я и поспешила вниз.

Погода поменялась и стала чудесной: солнце пробивалось сквозь лёгкие облака, а ветер едва заметно шевелил листья на деревьях. Прежде чем выйти на улицу, я заглянула в гардероб за пальто. Зеркало на стене отразило моё бледное лицо и напряжённый взгляд — я и не заметила, как сильно разнервничалась.

Возле входа стоял высокий парень лет двадцати пяти. Он посмотрел на меня пару секунд, улыбнулся и направился в мою сторону.

— Здравствуйте, я Александр, — представился он.

Он выглядел уверенно и солидно: дорогое пальто, стильные часы, аккуратный костюм. От него пахло древесным парфюмом, а в глазах читалась спокойная уверенность человека, который привык быть в центре внимания.

Во время собрания Александр внимательно слушал генерального директора, записывал что‑то в блокнот, стараясь не упустить ни одной детали. Жаль, что это было почти невозможно: все, кто работал с нашим генеральным, знали — он мог забыть о собственных распоряжениях, а потом требовать совершенно иного.

Собрание началось. Генеральный директор встал у трибуны, обвёл взглядом зал и произнёс:

— Цифры компании стремительно падают, что не может не огорчать. Мной было принято решение провести рокировку сотрудников и пригласить новых директоров, которые смогли бы поднять другие западающие регионы. В течение двух недель старым директорам необходимо передать свои дела новым сотрудникам.

Он сделал паузу, а затем произнёс то, от чего у меня перехватило дыхание:

— Анна, твоим новым директором становится Александр. Прошу ознакомить его с объёмом работы в ближайшие две недели.

Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова. В голове билась одна мысль: «Только не мой руководитель… Только бы его не тронули». Но надежда рухнула в тот же миг: оказалось, что под сокращение попали почти все заместители, кроме руководителя Идди.

Я не могла поверить, что это происходит со мной. С этими людьми я начинала карьеру, под их руководством выросла из простого промоутера в заместителя директора. Всё, чему я научилась, — их заслуга. А теперь мне предстояло собрать всю информацию и передать её незнакомцу.

Настал день, который изменит многое.

Глава 2.

Вечер растворился в тумане — словно сквозь плотную завесу, через липкую пелену усталости и беспокойства. Для того, чья душа и без того постоянно балансирует на грани тревоги, внезапная перемена обстановки неизбежно сулила поток беспокойных мыслей, груду сомнений и переживаний — а это совершенно не вписывалось в мои планы.

Я постоянно перезванивалась с коллегами — теми, с кем меня связывали не просто служебные контакты, а нечто глубже: душевные разговоры за чашкой кофе, совместные ланчи в обед, шутки в корпоративном чате. Мы обсуждали предстоящие изменения в компании, делились догадками о кадровых перемещениях, пытались угадать, кто займёт какую позицию, кого ждёт повышение, а кому придётся искать другое место. Голоса друзей в трубке звучали обычно энергично, но в их интонациях постоянно проскальзывала напряжённость — казалось, уверенности в завтрашнем дне не чувствовал никто.

Ближе к полуночи я наконец-то села за ноутбук. Монитор вспыхнул холодным синеватым светом, напоминая, что рабочие задачи не терпят отлагательств: до конца отчётного месяца оставалось всего несколько дней. Пальцы порхали по клавишам, взгляд скользил по столбцам чисел и диаграмм, но мысли постоянно уплывали в сторону.

Ночь казалась бесконечной. В час я отодвинула отчёты — выполнено ровно пятьдесят процентов. Сна не было и в помине, и это удивляло: больше года назад я наконец справилась с бессонницей, и с тех пор сон был глубоким, а после перехода на новую позицию — ещё и режимным. Но сегодня что-то сбилось. Часы отсчитывали секунды слишком громко, за окном иногда проносились автомобили, оставляя световые полосы на влажном асфальте. Я крутилась в постели, считала вдохи-выдохи, пыталась отключиться — безрезультатно.

Заснуть получилось только к пяти утра. Пришлось передвинуть будильник на девять и мысленно распрощаться с привычным размеренным утром — тем, что начиналось с лёгкой разминки, чашки душистого кофе и десяти минут покоя перед стартом дня.

Пробуждение было резким от кошмарного сна — какого-то хаотичного, но тревожного: будто я мчусь по бесконечному коридору, а двери поочерёдно захлопываются у меня перед носом. На улице стояла серость: тяжёлые облака повисли над городом, мелкий дождик барабанил по стеклу, скатывался вниз, как слёзы. Погода всегда отражалась на моём настроении — не на самочувствии, нет, а именно на эмоциональном фоне. Если за окном нет солнца, я, вероятнее всего, буду либо подавленной, либо раздражительной. Сегодня я склонялась к первому — к той самой подавленности, когда каждое усилие требует напряжения, а мысли расплываются.

Обычно по утрам я даю себе двадцать минут покоя — не касаюсь телефона, не проверяю почту, просто дышу, пью воду, гляжу в окно. Но сегодняшнее утро с самого начала пошло наперекосяк. Едва проснувшись, я потянулась к смартфону. Дисплей загорелся множеством уведомлений — сообщения, напоминания, рабочие переписки. Среди этого хаоса я заметила одно письмо от сотрудницы из торговой точки, которая была в моём подчинении.

«Анна, извините, всю ночь держалась температура, никак не могу сбить. Скорее всего, оформлю больничный. На завтра замену нашла, сегодня все, кого я спрашивала, заняты. Больничный пришлю в ближайшее время».

Открыв переписку, я увидела прикреплённый файл — справку об открытии больничного. Время поджимало. Поднимать кого-то спозаранку, тревожить в девять утра — это было бы непрофессионально и некрасиво. Я закрыла глаза на несколько мгновений, сделала глубокий вдох и взвесила свои варианты. Решение пришло мгновенно.

Быстрыми, почти механическими движениями я собрала сумку, поправила причёску перед зеркалом, сбрызнула шею капелькой духов — лёгкий цитрусовый запах немного взбодрил. На ходу накидывая пиджак, вызвала такси. Через десять минут я уже ехала к торговому центру. До его открытия оставалось полчаса — как раз успею подготовиться.

В пути я снова просмотрела сообщения. Коллеги уточняли рабочие нюансы, присылали графики на следующий месяц, просили совета. Среди привычных уведомлений появилось одно от незнакомого номера. Открыв его, я поняла — это Александр. Он просил по возможности подготовить краткую сводку о работе в первой половине дня, а во второй — встретиться и познакомиться в неформальной обстановке, чтобы выстроить дальнейшее рабочее взаимодействие.

Я быстро набрала ответ: объяснила ситуацию, сообщила, что смогу составить краткий отчёт ближе к трём часам дня, и предложила перенести встречу на восемь вечера — когда поток покупателей в ТЦ спадёт и я смогу ненадолго отлучиться. Не дожидаясь ответа, заблокировала экран и вышла из машины.

Торговый центр ещё дремал — витрины были затемнены, охранники лениво переговаривались у входа. Я открыла свою торговую точку, вдохнула знакомый аромат: смесь запахов кофе, свежей выпечки и полироли для мебели. Утренние ритуалы помогали собраться. Я взяла свой любимый круассан с манговой начинкой, направилась за кофе — и внезапно застыла.

У входа в точку стояла знакомая фигура. Высокий силуэт, уверенная осанка, руки в карманах. Александр.