– А, ой, – снова подскакиваю.
– Чего?
– Забыла сладенькое, – натягиваю улыбку и снова бегу в дом.
Где-то тут была банка варенья с прошлого года, правда. Но она вполне себе ещё хорошая. Клубники было много. И я часть сварила, часть закинула в морозилку.
– Вот она, – хватаю баночку и несусь обратно.
Ставлю на стол.
Сидим, молча пьём чай. Мужик уже два бутера в себя затолкал. Я же не могу есть в присутствии чужого человека. В горло не лезет.
– А мы с вами так и не познакомились, – нарушаю тишину. – Меня Ася зовут.
– Александр, – представляется.
Киваю. И, пожав плечами, снова замолкаю.
Не разговорчивый этот Александр. Доедает мои бутеры и, допив чай, поднимается из-за стола.
– Благодарствую, – говорит. – И больше тяжести не тягай… те, – зачем-то добавляет и уходит.
М-да.
Вздыхаю.
Вот и познакомились. Александр. Тяжести не тягай. А ты забор не трогай. Вот. Забыла сказать.
Убрав со стола, иду к себе.
Сажусь за работу. Нужно кое-что по мелочи доделать. А уж потом иду в душ, который гордо стоит на улице. Его бы тоже подремонтировать. А то боюсь в ближайший сильный ветер его унесет.
Вода чудесная. Ополаскиваюсь и понимаю, что забыла чистые вещи прихватить с собой – только полотенце схватила. Закутываюсь в него, делать нечего, и шагаю к дому.
– Ай, – шиплю, уколовшись крапивой. – Скосила же всё, – фыркаю.
Да, кажется, не всё. Или меня отвлекли. Или я отвлеклась сама. Но тут пятачок не скошен. Не забыть бы завтра с утра докосить.
Обернувшись назад, только сейчас понимаю, что с этого места хорошо просматривается соседское крыльцо. И на нём стоит мужик. В темноте виден кончик тлеющей сигареты.
А я тут почти в неглиже.
– Ой, – подрываюсь с места и несусь в дом.
Как же было хорошо, когда там никого не было. Ещё в прошлом году участок был заросшим и никому не нужным. А теперь – вон. Никакого уединения.
Вздох.
Иду в спальню, падаю звездой на кровать и закрываю глаза. Всё тело болит. И это хорошо. Значит, поработала эффективно. Тут никакого фитнеса не надо. Тренажёрный двор в моём распоряжении. Хочешь – копай, хочешь – приседай, пока пропалываешь, хочешь – наклоны в разные стороны. В общем, фигура моя от любимых сладостей не страдает.
И стоит мне только мысленно улететь в дворовые страсти, как вспоминаю, что у меня теперь по соседству мужик обитает. Кто он там, я не знаю. Рабочий или хозяин, что, мне кажется, не вписывается в общую картину самого дома. Вскакиваю с постели и бегу закрывать входную дверь на крючок. Мало ли, может, вообще маньяк.
Глава 3. Несанкционированные гости
Ася
Восемь на часах. Я уже полчаса валяюсь в постели и не тороплюсь выползать. На улице вовсю светит солнце. Даже темные шторы не помогают. Надо ещё и роллы повесить на окна. Одним цельным полотном. Может, немного приглушит эту яркость.
Всё же надо подниматься. Дел полно. И большая их часть делается своими руками. Никакого найма.
На завтрак завариваю себе кашу. Овсянка. Только её и люблю. А может, потому что только она у меня и получается. Быстрого приготовления. Засыпать в кипящее молоко, поварить две-три минуты – и всё готово. Сверху кидаю кусочек сливочного масла, свежей клубники кусочками. И можно набираться энергии на первую половину дня. А дальше видно будет.
После плотного завтрака хочется не работать, а снова спать. Но у меня там крапива развелась. Нужно остатки полчища уложить. Поэтому одеваюсь в свой любимый комбез, натягиваю бандану, галоши и выхожу во двор.
В небольшом сарайчике, который тоже требует или сноса, или капитального ремонта, стоит мой друг. Бензотриммер. Небольшой, не тяжёлый. И с ним я управляюсь на раз-два. Научилась менять свечу. Хорошие люди подсказали. Леску заправить – так это и дурак справится. Поэтому быстро проверяю его и, нацепив защитные очки на нос, иду на задний двор.
Дёргаю за шнур стартера. И с третьего раза триммер заводится. Подгазовываю немного – и поехали.
Крапива побеждена спустя пару минут. И, недолго думая, раз я вся такая заряженная на работу, продолжаю косить всё, что мешается тут.
Сама от себя не ожидала такой работоспособности. Спустя двадцать минут бензин заканчивается, да и трава тоже. Присаживаюсь на полено, стягиваю очки и выдыхаю, отирая пот со лба.
– Бензопилой тоже управляешь? – доносится со стороны соседского забора мужской голос.
Поднимаю взгляд. Стоит Александр на крыльце, с кружкой в руках. Опирается о перила своего крыльца и смотрит на меня.
– А что? – прищуриваюсь.
– Не женское это дело, – пожимает плечами и делает глоток из чашки.
Эх, попить бы сейчас.
– А что женское, по-вашему? – не могу я ему «тыкать». Он же явно старше, вон, дядька какой. – Варить борщи, стирать носки, детей рожать-растить? – вздёргиваю бровь.
Меня эти шовинистические темы цепляют. И я могу так втянуться в разговор, что собеседнику мало не покажется. В общем, не умею я лишний раз тормозить свой язык.
Хмыкает, чуть ухмыльнувшись. Надо же, думает, что ответить?
– Женское – это радовать взгляд мужчины. Женственность в первую очередь. Баба-мужик – не то чтобы хотелось увидеть с собой в постели.
– Так и не пускайте абы кого в свою кроватушку, – качаю головой. – Чтобы не впечатляться. И вообще, это выбор каждого.
– Что именно? – склоняет голову набок и откровенно надо мной посмеивается.
– Жизненный путь.
– М, – снова хмыкает. – А может, это всего лишь комплексы?
Так, куда-то не туда идёт этот разговор. Мне вот вообще не до разговоров. Ещё сажать лук, салат, что там я ещё купила?
– Это уже не моё дело, комплексы у вас или нет, – отрезаю.
Мужик давится своим напитком из кружки.
– Постучала бы, да далеко идти, – бубню себе под нос и иду в сарай.
После того как триммер стоит на своём законном месте, иду в дом. Наливаю стакан воды и выпиваю залпом. Жара уже порядком поднадоела. Нужно немного и дождя. А то ежедневный полив тоже выматывает.
Иду открывать теплицу. Совсем вылетело из головы. Проверяю свои огурчики. Картина радует глаз. Затем беру семена и иду сажать.
Лук тыкаю в землю, после того как прочертила прямые линии. Всё же должно быть ровненько и красивенько. Затем сею укропчик. Салатик тоже следом сею. А потом берусь за полив. И кажется, по итогу довольная, как слон.
После проделанной работы иду в дом. Завариваю себе кофе, делаю пару бутербродов и иду в сад. Только хочу расслабиться, как из-за соседского забора раздаётся уже знакомый мужской голос.
– Кота своего забери, – я вздрагиваю.
Поворачиваю голову и вижу Александра по ту сторону забора.
– Это вы мне? – кричу в ответ.
– А кому? И сделай так, чтобы он ко мне в дом не залезал. А то…
– У меня нет кота, – возмущённо ставлю чашку на стол.
– А он об этом знает? – усмехается.
– Кто? – не въезжаю.
– Кот.
– Нет у меня кота. И не было.
– Ну-ну, – качает головой и уходит.
Я же иду в дом. Мне нужна конфета. А то портят тут настроение всякие. Поднимаюсь на крыльцо. Вхожу в дом. Пара шагов в сторону кухни – и оттуда с диким ревом «Миа-у-у-у» вылетает нечто огромное. И чуть не сбивает меня с ног, вылетает на улицу.
Взвизгнув, вжимаюсь в стену. И пытаюсь отдышаться, когда всё затихает.
Что это такое сейчас было? Кот? Тот самый, о котором говорил Александр?
Выхожу на крыльцо.
– Кыс-кыс, – зову тихонечко.
Оглядываю двор. Куда он убежал? Сажусь на ступеньку и кискискаю.
Нет, я сама вот недавно думала про то, чтобы завести кота. А он сам пришёл? Надо его чем-нибудь приманить. Должно же что-то съедобное быть у меня в холодильнике.
Иду в дом. Нахожу кусочек сыра в холодильнике. И возвращаюсь обратно.
