Моя запретная - Арро Агния

— Кофе есть? — напоминаю о том, зачем пришел.

— Ой, да. Конечно. Сейчас. — Получив заказ, она попадает в более привычную для себя среду и ловко справляется с кофемашиной. — Пожалуйста, — ставит передо мной чашку капучино.

Я понимаю, что не сказал, какой кофе мне нужен, а она не спросила и тоже это понимает. Ее щеки становятся еще ярче, а взгляд мечется в панике.

Ну что же ты меня так боишься?

Это начинает злить. Я не собираюсь обижать ее, не собираюсь грубить или ругаться. Я даже рад, что мы нашлись и у меня появилась возможность извиниться быстрее, словно в этом мире есть что-то, что оказалось на моей стороне и подтолкнуло к происходящему.

— Все хорошо. Я хотел именно этот кофе, — успокаиваю ее и вижу, как сначала не верит, но затем все же расслабляет плечи. Только многострадальным салфеткам достается еще некоторое время, пока они смятым комком не отправляются в мусорное ведро.

Медленно пью свой капучино под косыми взглядами местных «брутальных» мужиков с пивом. Мне абсолютно наплевать, что они обо мне думают. И вот, как раз один из них опустошил кружку и направляется к бару. Чем ближе он подходит, тем сильнее моя энергетика подавляет его, и усмешка пьяно стекает с небритого лица. Так-то лучше.

Уходить отсюда хочется все меньше. Хрупкая девочка со страхом на дне красивых глаз не должна оставаться в таком месте одна.

Я заказываю себе еще кофе и специально прошу капучино, чтобы подтвердить свои же слова и ей стало немного спокойнее. Но маленькая Лисичка все равно чувствует неловкость, и я вынимаю из кошелька наличку, не зная, сколько у них стоит кофе. Просто кладу на стойку одну из крупных купюр и добавляю:

— Я правда не хотел тебя напугать тогда, — накрыв ладонью деньги, толкаю их к ней по стойке.

— Я не злюсь. Сейчас дам сдачу, — открывает кассу, но налички там крайне мало.

— Не надо. Там, где я вырос, принято оставлять чаевые за хорошее обслуживание, — подмигиваю ей.

— Но…

Она не успевает ничего ответить. Ее отвлекает очередной посетитель, а я снова называю ее Лисичкой в своих мыслях, глянув, как она убирает деньги и наливает пиво в кружку. Выхожу на улицу. Делаю глубокий вдох свежего холодного воздуха и сажусь в машину.

Уезжать не спешу. Смотрю на время, на закрытую дверь заведения, на мерцающую вывеску и теплый свет из окон. Ни одного прохожего, только подвыпившие мужики постепенно расходятся по своим делам. У меня снова появляется много вопросов. Например, как она будет добираться до дома?

Вероятно, Лисичка живет где-то поблизости, это было бы логично, ведь в такое время общественный транспорт не ходит, а такси может быть очень небезопасным способом передвижения. Тем более для девушки. Дома так и было. Ни один нормальный парень не отправит свою девушку вечером на такси.

Не знаю, вдруг здесь иначе, но проверять это не кажется хорошей идеей.

Сижу дальше, жду, когда она выйдет. Наконец в баре гаснет свет, а над входной дверью загорается дежурная лампочка. Лисичка выходит на улицу в сопровождении охранника. Мужчина запирает дверь, а она прощается с ним и уходит вдоль кирпичной стены, все больше прячась в темноте ночи.

Веду головой в сторону до хруста в шее, выхожу из машины и догоняю Лисичку. Она резко разворачивается на шум моих шагов.

— Тише, тише, пугливый Лисенок, — выставляю перед собой ладони и стараюсь говорить мягко. — Это всего лишь я. Давай подвезу.

Она смотрит на меня несколько секунд как на придурка, потом качает головой:

— Не нужно.

— Как ты доберешься до дома? — хмурюсь, понимая, что для нее я тоже посторонний, и на самом деле правильно, что она не торопится сесть в мою машину. С другой стороны, я ведь знаю себя и свои намерения.

— Как всегда. Пешком, — забавно приподнимает одну ногу и трясет носком, дополняя свои слова действием. Отворачивается и шагает дальше.

Я не собираюсь отступать и иду следом. Она то и дело оглядывается. Трет шею, и, чтобы ей было удобнее, я чуть ускоряюсь, пока не оказываюсь рядом.

— Зачем ты за мной идешь? — не выдерживает Лисичка.

— Потому что не могу отпустить тебя одну.

— Ты странный, — сообщает, сворачивая за угол, на более освещенный тротуар.

Тут тени деревьев лежат на асфальте, светят фонари, вывески магазинов, и я понимаю, что ошибся, девочка живет явно не в этом районе.

— Как тебя зовут? — решаю, что было бы неплохо познакомиться, раз наш путь будет долгим.

Она вновь странно на меня косится, поправляет рюкзак. Я решаю забрать, но она не дает и прижимает его к себе. Улыбнувшись, снова выставляю руки перед собой, пытаясь жестом показать, что ничего плохого ей не сделаю.

— Вера, — представляется Лисичка.

— Красиво. Виктор, — называю свое имя в ответ. — Давай вернемся к машине, и я все же тебя подброшу, — делаю еще одну попытку, ведь она очевидно устала, но Вера отрицательно крутит головой и шагает быстрее. — Я не кусаюсь, правда.

— Это хорошо. — Она улыбается. Быстро, коротко, будто случайно.

Мне очень нравится, что, несмотря на все странности, в ней так много тепла. Его можно ощутить физически, даже не подходя слишком близко.

— Ты ужасно упрямый. — Она становится чуть увереннее.

— В спорте без этого никуда.

— Ты давно занимаешься спортом? — смелее задает вопрос.

Мое сердце в этот момент начинает стучать немного быстрее. Я чувствую что-то приятное от того, что она заговорила со мной.

— Почти всю свою жизнь, — делюсь с Лисичкой.

— Наверное, это здорово, иметь что-то, что так тебя увлекает. — В ее голосе теперь нет страха, только тоска, смешанная со вздохом.

— А что увлекает тебя? — Мне становится интересно, чем может заниматься такая девушка.

Вера долго молчит. Пауза между нами становится затяжной. Мы как будто даже идем медленнее. Она спотыкается на ровном месте, я машинально ловлю ее за локоть, но тут же убираю руку, убедившись, что она не упадет. Взгляд медовых глаз наполняется новой волной удивления, направленной на меня.

— Не знаю, — вдруг тихо отвечает она.

— Так бывает? — озадаченно перевариваю услышанное.

— Мне нужно идти. — Вера ускоряется, проигнорировав мой вопрос.

Мы молча идем вперед, иногда сворачивая или переходя проезжую часть строго в положенных местах. Это вызывает у меня улыбку. Она поступает правильно, даже не замечая этого.

И вот на углу одного из домов мы резко останавливаемся. Она поднимает голову, задумчиво смотрит на меня.

— Дальше я сама, — наконец произносит.

— Нет.

— Да, — осмеливается поспорить. Я приподнимаю бровь, а она фыркает и практически убегает.

— Стой, маленькая, шустрая Лисичка, — очнувшись, догоняю ее. — Я доведу до подъезда.

Мы как раз доходим до него, насколько я понимаю из очередной остановки. Вера заправляет за ухо каштановые волосы и складывает руки на груди. В этом жесте проявляется ее характер.

— Почему Лисичка? — сводит брови к переносице.

— Я не знаю, — признаюсь ей, совсем немного солгав, потому что, если скажу, что она пугливая, дикая, но при этом очаровательная, это может ее обидеть. Мне почему-то так кажется. — В следующий раз расскажу, — делаю другой ход.

— А будет следующий раз? — Вера скорее настораживается, чем радуется данной идее.

— Помнишь, я ведь теперь тренируюсь во Дворце спорта, а ты там работаешь, — выкручиваюсь, находя самое простое и понятное объяснение.

— Точно. — Она хлопает себя ладошкой по лбу. — Тогда до встречи? — почему-то спрашивает.

— Конечно, — киваю ей.

Смотрю, как идет к дверям подъезда, как скрывается за ними, жду еще немного и только после ухожу. Сердце все еще стучит как заведенное. Мне чертовски понравился этот вечер. Он оставил после себя приятное послевкусие и много разных мыслей, в которых мне еще предстоит разобраться. А пока мой мотор работает на всю, перехожу на бег в сторону бара, где оставил машину. Длинная дистанция не проблема, это даже полезно.

Тяжело дыша, мокрый от пота, буквально вваливаюсь в салон. Ложусь лбом на руль, слушая, как стучит в висках, и тихо, хрипло смеюсь, игнорируя жужжащий в кармане телефон.