Между жизнью и смертью (ЛП) - Кот Жаклин

Глубоко вдыхаю свежий воздух, прислонившись к выступающему бревну. Раствор, который скрепляет его, местами осыпался, крошась на заросшую травой землю. Прохладный октябрьский ветер касается моих рук, покрывая кожу мурашкам. Тру ладони, пытаясь согреться, но, несмотря на холод, мои мысли в другом месте.

Мои мысли с Калебом и где бы он ни был. Цел ли он? Или… Беспокойство перерастает в страх, пока не остается один-единственный вопрос — что, если мы потерпим неудачу?

У меня перехватывает дыхание.

Шепот трепещущих крыльев привлекает мое внимание, и я смотрю в небо. Но вместо птицы, передо мной перо, черное, как беззвездная ночь. Протягиваю руку, хоть и не могу этого объяснить, я просто знаю, что оно прилетит ко мне — они всегда прилетают ко мне. И, действительно, легкий ветерок подталкивает его, и ониксовое перо опускается мне в руки. Оно такое же, как и другие, которые я нашла — переливающееся, огромное, сияющее. Неземное.

Меня накрывает тень, и прохладный ветерок уносится прочь, мои обнаженные руки больше не мерзнут. Отрываю взгляд от ониксового пера и встречаюсь с глазами Вона — они такого же опасного черного цвета, как и перо в моих руках.

«Ты нашла меня», — шепчет затаившийся в моем сознании голос.

Мои глаза расширились от удивления, и перо выскальзывает из моих рук. Ветер подхватывает его.

Стараюсь его поймать, но Вон перехватывает его одним стремительным движением.

Кончики его пальцев сжимают очин⁸, кончик пера направлен в небо. Он протягивает его мне, встречаясь со мной взглядом.

— Кажется, это принадлежит тебе.

Медленно тянусь за пером. Несмотря на мою осторожность, наши пальцы соприкасаются, когда я беру его. И в это момент мужской голос — его голос — звучит в моем сознании.

«Как я и обещал».

Резко отстраняюсь от него, прижимая перо к бешено бьющемуся сердцу. Кажется, он хочет коснуться меня, но выражение его лица меняется, и вместо этого он сует руку в карман. Он спокойно наблюдает за мной, его широкие плечи размерено поднимаются и опускаются.

В отличие от меня. Я едва могу дышать.

— Нам лучше зайти, — выпаливаю я. Самое простой решение в этой ситуации.

— Как пожелаешь, — отвечает Вон с непривычной для него мрачной язвительностью.

Его рука скользит по латунной ручке, и он открывает дверь, жестом приглашая меня пройти первой, словно джентльмен. Смешно.

Как только я переступаю порог, он разворачивается и идет за мной, почти касаясь спины. Он наклоняет голову к плечу и шепчет мне на ухо своим низким бархатным голосом.

— Знаешь, что заставляет хищника преследовать убегающую добычу?

Поднимаю бровь, уже скептически настроенная.

— Что?

— Сильный охотничий инстинкт, — отвечает он, его дыхание обжигает мою кожу. — Так что, пожалуйста, продолжай бежать, котенок, — произносит он с первобытным рычанием. — Мне всегда нравилась погоня.

От его слов у меня мурашки по спине. Не могу этого объяснить, но какая-то часть меня хочет поиграть — побежать. Просто чтобы он погнался за мной.

Богиня, помоги… Что это со мной?

Глава 10

Когда мы возвращаемся в дом, посуда с кухонного стола уже убрана, и все собрались в гостиной. Лира и Харпер сидят на полу, а Райкер, Эзра и Сорен заняли большой диван, а значит нам с Воном достается двухместное кресло.

По всей видимости, Эзра уже рассказала им о Калебе, потому что мы пропускаем эту часть и сразу переходим к сути — как его вернуть.

Лира перебирает огромную кучу бумаг, разбросанных на журнальном столике, выдергивает несколько и передает их Харпер. Прежде чем раздать их нам, она кратко объясняет, что это такое и как может нам помочь. Вместе они действуют как хорошо отлаженный механизм.

Судя по предоставленной информации, Лира невероятно много знает о короле и его армии. Особенно впечатляет один из рисунков — очень подробная карта замка Клируэлл, любимого замка короля. Интересно, не жила ли она там когда-то и не связано ли это с тем, что она не может говорить.

Солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив небо в нежно-розовые и лиловые тона, а мы почти не продвинулись. Главная загвоздка в том, чтобы выяснить, в какой из двенадцати тренировочных лагерей короля, разбросанных по всему Эденвейлу, забрали Калеба. Я изучаю карту Эденвейла, нарисованную Лирой, поражаясь огромными просторами, пока остальные ведут обсуждение.

— Ты совсем рехнулся? Мы не можем похитить советника короля, — говорит Харпер Райкеру, обнимая Лиру за плечи. Они всё еще сидят на полу.

Он наклоняется вперед.

— Знаю, это радикально, но подумай, какое преимущество это нам даст в переговорах.

— Я это учту, когда меня привяжут к костру, — Харпер кивает, соглашаясь сама с собой, и ее хвост покачивается. — К тому же, на планирование такой миссии уйдут месяцы, не говоря уже о выполнении.

— Харпер права. Король не станет вести переговоры с мятежниками, — вмешивается Эзра. — Пятнадцать лет назад мы пытались сделать нечто подобное, и это привело к множеству бессмысленных жертв.

— Битва за Красную Розу, — тихо произносит Сорен, опустив взгляд. Его кулаки сжаты так сильно, что костяшки побелели, а кожа натянулась, перекрывая кровоток.

В комнате воцарилась тишина — их связывает общая печаль — то, что мне не известно. Но мне бы хотелось узнать.

— Битва за Красную Розу? — спрашиваю я, словно протягивая молодой росток к их глубоко укоренившемуся дереву.

Сорен смотрит на меня, его выражение лица наполнено скорбью.

— Уверен, ты знаешь, что пятнадцать лет назад король удвоил усилия по Очищению. Тогда наш народ умолял короля о милосердии, но он не слушал — его ненависть к нашему виду слишком сильна.

Сорен замолчал, подбирая нужные слова.

Эзра похлопала его по ноге, приободряя, и продолжила за него.

— Наш народ разработал план. Если ухо короля остается невосприимчивым к нашим голосам, мы заставим его услышать. Был послан отряд, чтобы похитить королеву — у нас не было намерений причинить ей вред, мы лишь хотели, чтобы король выслушал нас. Когда отряд добился успеха и вернулся с королевой, мы отправили королю наши требования. Он согласился встретиться с нами, чтобы обсудить мирный исход, — Эзра задумчиво трет подбородок. — Кажется, я пропустила эту встречу, вы с Калебом тогда болели, — она качает головой. — В общем, король согласился на наши условия. Мы вернули ему королеву, его Красную Розу, и он подписал договор, который мы все считали нерушимым.

— Но его слова ничего не стоят, — вмешивается Райкер, загораживая Сорена, сидевшего рядом, своей огромной фигурой. Райкер наклоняется вперед, его лицо становится серьезным, когда он встречается со мной взглядом. — Той ночью этот трус послал армию, чтобы перебить всех нас во сне.

— Эта битва стоила жизни моим родителям, — говорит Сорен, его голос надломлен. — Мне было два года.

Меня переполняет сострадание. Ему было два, всего лишь два года, когда он потерял родителей.

— Мне очень жаль, — говорю, и в глубине души жалею, что вообще спросила.

— Всё в порядке, — отвечает Сорен, слегка пожимая плечами. — Я не единственный, кто потерял родных в ту ночь.

Лира поглаживает Харпер по спине — утешает, плечи Харпер поникли, лишая ее привычной прямой осанки. Райкер выглядит не лучше, его широкие плечи также опущены.

Сколько сирот появилось в ту ночь из-за короля — из-за его ненависти?

Голос Вона разрывает тишину, его стальной тон приковывает наше внимание.

— Советник короля — наш единственный способ узнать, где находятся новобранцы. Но нам не нужно его похищать.

Вон слегка вскидывает свой гордый, волевой подбородок. Опасные темные глаза скользят по мне, слишком долго задерживаясь на губах, прежде чем встретиться со мной взглядом.

— Потому что он сам тебе всё расскажет.

Он говорит это с абсолютной уверенностью.

— Как? — спрашиваю, нахмурившись.

— Терпение, дорогая. Я дойду до этого. Но для начала тебе нужна лошадь, — отвечает он, закидывая руку на спинку кресла, прямо за моей головой.