Мир без вуали (СИ) - Верескова Дарья

Каждое его действие — строгий расчёт и незаметная эмоциональная манипуляция, о чём меня и предупреждала Целесте. А я просто не верила, что человек, которого я вытащила из такого ада, способен на предательство… Ну и не верила Целесте.

И по-прежнему не верю.

— Сколько прошло времени?

— Два часа восемь минут.

Лойд! Что если Таррен решил, будто я умерла, и улетел вместе с ним обратно?

Но возвращаться, не дойдя до капсулы и не проверив её исправность, я не собиралась.

***

— Где ты была? — голос Таррена прозвучал жёстко, почти приказом, но я просто обошла его и без сил плюхнулась рядом с Лойдом, проверяя его дыхание. Руки и ноги тряслись, а в голове мутилось от дикой усталости.

— Его состояние стабильно, — отозвалась в мыслях Целесте ровным, лишённым всяких эмоций тоном. — Напоминаю, передача лечебных капсул дракаррам недопустима. Их размещение в озёрах красной вязи обусловлено установленными причинами.

В этом мы с Целесте были полностью солидарны.

— Фран, — услышала я за спиной и наконец обернулась.

Он не позволял чувствам прорваться наружу, но я всё равно видела их отголоски — сжатую челюсть, суженные глаза. Целесте решила не помогать мне с чтением мимики, и я сделала вывод, что новый эмоциональный профиль для Таррена ею всё ещё не составлен.

Или же она по каким-то причинам просто не хотела мне ничего говорить.

— Ты больше не вернёшься в это озеро, раз пропадаешь там дольше чем на три часа, — заявил он.

— Что, ты уже не так сильно жаждешь вернуть долг жизни? — хмыкнула я.

— Ты можешь просто объяснить, почему отсутствовала так долго. — А вот сейчас я чётко расслышала нотки раздражения, которые он тщетно пытался подавить. — И почему не вылечила свою руку?

Я долго размышляла об этом, стоя рядом с капсулой, но в итоге решила оставить всё как есть. Саднящая боль под слоем повязок отлично помогала бороться с дурацким влечением к Рою.

— Я видела сны. Об Исабо. Те, которые ты скрывал от меня, пока мы шли к Вермитуру, прикрываясь нежеланием прятать наши отношения и убеждая, будто хочешь, чтобы я чувствовала себя в безопасности по ночам, — я смотрела прямо в его глаза, не веря, что человек может быть настолько искусным актёром.

Он только моргнул, не проронив ни слова. Не стал отрицать, и этого было достаточно. В его взгляде я не нашла ни капли сожаления, ведь всё, что он совершал, делалось ради высокой цели.

Его высокой цели.

— Мне нужно вернуться, — я твёрдо вознамерилась перенести капсулу поближе. Там, на дне озера, её можно было передвинуть, пусть это и обещало стать долгим процессом. Источником энергии, похоже, служила сама вязь, что подтверждали записи, найденные в красной башне.

Десять минут вдали от берега, причём во время транспортировки первые пять минут Лойд будет получать страшные ожоги. Но ближе нельзя — Целесте предупредила, что так до него смогут добраться дракарры.

— Отдохни, ты выглядишь так, будто сейчас упадёшь, — бросил Таррен равнодушно.

Я и правда вымоталась за эти три часа. Всё-таки движение в красной вязи напоминало попытки пробраться сквозь густую толщу воды, но задерживаться здесь дольше необходимого я не желала. Кто знает, когда Таррен передумает?

— Если ты планируешь перемещение капсулы с последующей транспортировкой Лойда и его обратным переносом при введении блокаторов вязи, тебе необходимо восстановление, — вмешалась в моей голове Целесте. — При продолжении в текущем состоянии твоя эффективность снизится до тридцати процентов, что неизбежно замедлит всю операцию. Сны, в которых ты черпаешь информацию из прошлого дракарров, не обеспечивают физического отдыха и не компенсируют истощение. Рекомендую тридцать минут сна для стабилизации состояния.

Серьёзно?

Покачав головой, я вернулась к Лойду и опустилась на землю неподалёку, подсунув под голову чемоданчик землян. За спиной раздался удовлетворённый выдох Таррена. Мне казалось, что я ни за что не усну, но я глубоко ошибалась — тело было настолько напряжено, что почти мгновенно провалилось в забытье. Скорее всего, основная усталость навалилась даже не от блужданий по дну озера, а от полёта на драконе…

Я чувствовала покалывание.

Тело ныло, мышцы протестовали против отсутствия полноценного отдыха, и я, казалось, не могла пошевелить и пальцем. Но я отчётливо ощущала, как огнём жжёт внутреннюю сторону ладони правой руки, как этот самый огонь прогуливается до локтя и задерживается там, отдаваясь где-то глубоко внутри.

Ощущения нельзя было назвать приятными или неприятными. Но они были болезненно острыми, такими, что заставляли немедленно прийти в себя.

Открыв глаза, я столкнулась с прямым, изучающим взором зелёных глаз, которые почти не моргали.

— Тебе больно, когда я к тебе прикасаюсь?

— Что это за вопрос? — взорвалась я, мгновенно просыпаясь, но рука Таррена оказалась неожиданно крепкой и удержала меня на месте.

Мне же не больно, когда прикасаются остальные… тот же Каллен, даже случайно. Или мои напарники по отряду.

В чём разница?

— Ответь, — хмуро попросил он.

Таррен же видел… наверняка видел те же сны, что и я, что и Рой. Он знал, что попытка близости с Томом для Исабо была мучительной и долго не продлилась. Но кроме этого, мы же сами проходили через то же самое совсем недавно.

— Ты и сам знаешь ответ. — Я вновь дёрнулась, чувствуя, как его запах едва ли не душит меня.

Мужчина навис надо мной, отросшие светлые волосы отбрасывали на его лицо неровные тени. Где-то над его головой кружил преданный Этарр, не удаляющийся от своего наездника. Мелкая галька под спиной холодила и слегка впивалась в кожу, перекатываясь при каждом движении. Воздух был насыщен сыростью — густой, тяжёлый, с едва уловимым металлическим привкусом розоватой вязи. В отдалении темнели пушистые кроны деревьев, их силуэты казались размытыми в утреннем тумане.

Светлело. Каждая секунда между нами казалась мне бесконечностью.

— Не знаю. — А вот сейчас прорезались знакомые нотки неприятия, отрицания, даже ненависти. — Ответь.

— Да, да, чёрт побери, мне больно точно так же, как и раньше! Тебе не кажется, что между нами уже достаточно причин для ненависти и не стоит добавлять новых? Ты же знаешь, что Рой почувствует эти прикосновения!

При мысли об очередных дурацких унижениях и извинениях, а также о том, что сегодня Рой ожидал всех своих жён… в купальнях, меня почти тошнило.

Рука Таррена наконец-то исчезла, запах перестал так давить и подчинять. Было ли это тем, что ощущали все остальные?

— В тебе течёт кровь землян. Ты должна переносить подобное легче других женщин.

— Мне не хочется проверять. Уже допроверялась с тобой, и это точно был не лучший секс в моей жизни, — мои слова не оказывали на него никакого влияния. Ему просто плевать. — Сколько я спала?

— Шестьдесят две минуты, — отчиталась в голове Целесте.

По всей видимости, разбудить она меня не могла. Её голос различали не мои уши, а скорее сознание, и наверняка тому, как она со мной общалась, имелось прекрасное научное объяснение.

Теперь, когда стало светло, я видела сквозь красную вязь куда дальше, видела дно озера, и не могла не задаваться вопросом — было ли это причиной, по которой Таррен предложил мне отдохнуть.

Хмыкнула, понимая, что высказывать какие-либо претензии правителю Вермтура глупо. Он делает так, как считает нужным, а мои обиды и сомнения ему совершенно безразличны.

Сейчас, получив ответы на свои вопросы, он вновь вернулся к прежнему поведению — холодному, отстранённому, цепкому.

***

Нести Лойда сразу к капсуле, которую я с огромным трудом передвинула ближе, я не решилась. Когда он окажется у меня на руках, каждая секунда будет на счету. Первые пять минут он не будет получать ожогов, но дальше мы не могли рисковать блокаторами — мне ещё нести его обратно. Капсула должна будет излечить и эти, новые ранения.

Поэтому я несколько раз совершала пробный поход до капсулы и обратно, изматывая себя ещё сильнее и каждый раз отмеряя время. Судьёй здесь выступала Целесте, и мне приходилось ей доверять. Никаких других часов у меня не было, да они бы и не выжили.