Чертовски Дикий (ЛП) - Роузвуд Ленор

Мне нужно что-то сделать. Хоть что-то. Сидеть и ждать в бездействии, пока Призрака нет — не вариант.

Ванна. Вот что мне нужно. Что-то, что охладит мою перегретую кожу и смоет лихорадочный пот. Может быть, это поможет прояснить голову настолько, чтобы придумать, что делать дальше.

Сделав глубокий вдох, чтобы приготовиться к тому, что мне станет еще хреновее, я спустила ноги с кровати и осторожно встала. Ноги дрожали, но вес держали. Прогресс. Когда я подняла рюкзак, меня снова качнуло, но я каким-то образом умудрилась не потерять равновесие.

Ведя одной рукой по стене для поддержки, я потащилась к ванной, толкнула дверь и поставила рюкзак на плитку рядом со стеклянной душевой кабиной и ванной.

Я открыла кран, настраивая температуру до тех пор, пока вода не стала чуть теплой. Не настолько холодной, чтобы шокировать организм, но достаточно прохладной, чтобы принести облегчение. Пока ванна наполнялась, я порылась в рюкзаке в поисках экстренных запасов, которые всегда ношу с собой.

Мои пальцы нащупали маленький пакетик соли для ванн, подавляющей течку. Они не были мощными — и близко не стояли с тем медицинским уколом, который мне нужен, — но могли помочь снять остроту симптомов и, что более важно, замаскировать мой запах от любых альф, которые могут бродить поблизости.

Альф, которые могут быть намного хуже Призрака. А они почти наверняка такие.

Какой альфа сделает то, что Призрак только что сделал для меня? Станет из кожи вон лезть, чтобы помочь омеге безопасно пережить течку, вместо того чтобы попытаться воспользоваться ситуацией?

Уж точно не тот типаж, к которому я привыкла.

Уэйд увидел бы в моей приближающейся течке возможность, шанс проявить власть. Он всегда так делал. Использовал мою биологию против меня, заставлял чувствовать себя слабой, зависимой и пристыженной.

«Омегам нужны альфы во время течки, Айви. Это биология. Ты неблагодарная».

Шрам от ожога на моем плече запульсировал от воскресшей в памяти боли. Я прижала к нему ладонь, чувствуя под пальцами его неровную, бугристую текстуру. Если Уэйд был живым воплощением всего худшего в альфах, то Призрак казался его полной противоположностью.

Тихий там, где Уэйд был шумным. Терпеливый там, где Уэйд был требовательным. Уважительный там, где Уэйд... нет.

И, боже, он убийственно привлекателен — так, что у меня сосет под ложечкой, несмотря ни на что. Эти пронзительные синие глаза говорят больше, чем большинство людей умудряются выразить всем лицом. Его внушительное телосложение может пугать противников, но не меня. Я видела тщательный контроль в каждом его движении, удивительную грацию в его массивном теле.

И хотя он явно ненавидит свои шрамы, на меня они действуют противоположным образом. Он искренне привлекателен, а не просто добр, даже несмотря на то, что я знаю: то, что он так тщательно прячет под маской, должно быть серьезнее.

Меня приучили ожидать от альф худшего. Видеть в доброте первый ход в долгой игре манипуляций. Всегда ждать подвоха, момента, когда маска соскользнет и обнажится скрытый под ней монстр.

Но что, если на этот раз монстра нет?

Мои инстинкты чертовски уверены, что его нет.

Я открыла воду, удивляясь тому, как легко мои мысли возвращаются к Призраку, пока я наблюдаю за наполняющейся ванной. Но, возможно, это признак здоровья — то, что я могу осознавать влечение, не чувствуя себя при этом мгновенно испуганной и уязвимой.

Я высыпала кристаллы в воду, наблюдая, как они растворяются, образуя нежно-голубое облако. Вместе с паром поднялся едва уловимый аромат мяты и шалфея — он предназначен для того, чтобы нейтрализовать сладкие, манящие феромоны, которые мое тело скоро начнет вырабатывать волнами.

Снять безразмерное худи Призрака и свою одежду было всё равно что лишиться слоя защиты, но обещание чистой, успокаивающей воды было слишком соблазнительным, чтобы сопротивляться. Я осторожно вошла в ванну, погружаясь дюйм за дюймом, пока вода не дошла до плеч.

Даже отсюда я чувствовала его успокаивающий аромат полуночного леса, исходящий от худи, которое он мне дал. Мысли о совпадении запахов вернулись ко мне, когда я погрузилась в воду по подбородок.

Раньше я отмахивалась от этой возможности. Если бы мы были парой, он наверняка что-нибудь сказал бы, что-нибудь сделал бы. Альфы всегда так поступают.

Но я начинаю думать, что ошибалась.

Что он, возможно, так и не скажет мне об этом.

Призрак почти болезненно застенчив для альфы. Пытается меня не напугать, прячет лицо, вздрагивает от собственного отражения. Совсем не похож на тех напористых альф, которых я знала и которые использовали бы совпадение запахов как немедленное право собственности.

Я выключила воду ногой, чтобы лучше слышать. На всякий случай. Хотя я логически понимала, что никто не войдет, пока люк в полу заблокирован комодом.

Вода баюкала меня, пока эти мысли кружились в голове, поддерживая мои ноющие мышцы и охлаждая разгоряченную кожу. На эти несколько драгоценных мгновений я позволила себе просто существовать.

Никакого планирования.

Никакой паники.

Никакой постоянной бдительности.

Только нежные объятия теплой воды.

Глава 19

ВАЛЕК

Люди так легко истекают кровью.

Даже альфы.

Зеркало в моей ванной в отеле подтверждает то, что я и так знаю: выгляжу я как дерьмо. Рану над моим виском закрыли шестью аккуратными швами, которые уже мучительно тянут кожу, стоит мне приподнять брови.

— Сука, — бормочу я, осторожно ощупывая припухшую плоть. — Великолепный дебют, Валек.

Мой первый день в новой команде, и я умудрился получить по черепу огнетушителем от испуганной омеги. Не совсем то впечатление, которое я намеревался произвести.

Я иду к кровати и опускаюсь на край. Знаю, что должен сейчас просматривать записи игр, учить тактику команды, готовиться к завтрашней тренировке.

Но вместо этого все мои мысли заняты только ей.

Жимолость и летний дождь.

Запах этой омеги застрял в моей памяти так отчетливо, словно она стоит прямо передо мной. Я почти чувствую его вкус на языке.

Я подхожу к мини-бару и достаю маленькую бутылочку виски. Это переоцененная моча, но сойдет. Осушаю её одним глотком, почти не почувствовав жжения.

Обезболивающее, которое мне дали на арене, начинает отпускать. Голова пульсирует в такт сердцебиению, и каждый удар посылает новую волну агонии, исходящую от места удара. Врачи ясно дали понять: никакого алкоголя с теми рецептами, что они выписали, независимо от моего статуса альфы.

Ну и черт с ним.

Решение моей нынешней проблемы простое. Мне нужно снова найти эту омегу. Поговорить с ней. Понять, почему она так на меня влияет. Тогда я смогу отбросить эту нелепую фиксацию и сосредоточиться на том, что действительно важно.

На победе и выживании.

Телефон снова вибрирует, уже в третий раз за десять минут — настойчиво и раздражающе. Наверняка это спившийся тренер «Призраков» лебезит и снова умоляет меня остаться. Я уже готов швырнуть трубку через всю комнату, когда имя, высветившееся на экране, заставляет меня замереть.

Калеб.

Чертовски «вовремя». Как всегда.

Мой палец на мгновение зависает над экраном, прежде чем я принимаю вызов. Ладно, покончим с этим.

— Что? — бурчу я. Пульсирующая за глазами головная боль делает дипломатические любезности невыносимо тяжелыми.

— И тебе привет, братец, — доносится из динамика теплый голос Калеба, настолько искренний, что у меня зубы сводит. — Весь день пытаюсь до тебя дозвониться. Мама места себе не находит от волнения.

Еще бы. Она волнуется обо всем на свете, но особенно о своих сыновьях. Двое по крови, один по выбору. Я — последний. Тот самый найденыш, которого она приютила, когда все остальные оставили бы меня гнить.

— Я в порядке.

— Как новая команда?