Мир без вуали (СИ) - Верескова Дарья

Логично. Зачем, если у них был экран, который теперь защищал их от драконов?

— Таррен увидел меня с Этарра не так далеко от пещеры, где мы встретили Вигорра. Тебя тоже увидят, — он уже в который раз пытался остановить меня.

— Мне всё равно не дойти туда пешком, ты и сам это понимаешь, — отмахнулась я.

— Я видел твоего дракона. Он не сможет взлететь.

А вот Таррен и Рой так не думали, и о драконах они знали куда больше Лойда.

— Даже если ты каким-то чудом доберёшься туда, что дальше? Этот проход — наш единственный настоящий шанс подобраться к ним, потому что он никак не защищён, там даже электричества нет, и, когда тебя обнаружат, а тебя обнаружат, причём одну, они просто закроют все выходы, которые мы постепенно можем обнаружить.

— И что ты предлагаешь? — я сузила глаза.

— Перегруппироваться, вернуться в Астралис, найти других носителей Печати, готовых всё изменить, подготовиться как следует и только потом идти туда. Я отправлюсь с тобой…

— Рой сейчас, насколько я поняла, на пути в Астралис и после всего, что произошло, больше не позволит никаких походов. Его полностью устраивает вечная жизнь, и снимать Печати он не собирается. Думаешь, он не заметит, что в Астралисе собирается группа под твоим руководством? Эти выходы закроют и без всякой попытки проникновения. Сейчас же, пока он отвлечён, пока всё его внимание там, у нас хотя бы есть шанс, я надеюсь, они даже не узнают о моём приближении.

Лойд не выглядел убеждённым моими словами, но мы оба прекрасно понимали, что идеального плана не существует — и первый и второй вариант одинаково нереалистичны.

— Я отправлюсь с тобой, — жёстко произнёс он.

— Нет. Тебе нельзя покидать казармы, а мой дракон не потянет нас двоих. Я даже не уверена, что он сможет поднять меня одну. Кроме того… если я не вернусь, тогда уже ты сможешь собрать отряд, если вообще найдутся люди, готовые туда войти.

Командир отвернулся. Он понимал, о чём я говорю, но его наверняка не устраивала сырость моих идей и весь этот настрой — без долгой подготовки, без нормального плана. С другой стороны… а разве походы за Вуаль из Астралиса с самого начала не были именно такими? Мы всегда шли вслепую, на одной тупой надежде и зная, что и так скоро умрём.

— Целесте… Ты можешь рассчитывать на её помощь?

— Не знаю. Я даже не знаю, здесь она сейчас или нет. Земляне могут отключить и включить её в любой момент, а могут перенастроить.

— Я здесь, но мой голос в твоих нейронных сетях провоцирует критический выброс гормонов стресса и удерживает организм в режиме выживания. На фоне глубокого истощения твоя психика теряет защитные барьеры и начинает воспринимать саморазрушение как единственный доступный способ снизить это напряжение, — раздался у меня в голове механический, совершенно равнодушный голос, заставивший меня вздрогнуть.

Если честно, никакого стресса я не чувствовала. Наоборот, мне постоянно хотелось что-то менять, что-то делать, и сидеть на одном месте было для меня куда большим стрессом.

— Она здесь? — Лойд сразу понял мою реакцию.

Я кивнула, понемногу отсаживаясь от него, боясь, что Целесте в любой момент может его убить.

— Безосновательная смертельная атака на аборигенов Тигарден-f исключена, как и на землян. Я помогу тебе добраться до преобразователя вязи, но не буду убивать никого на пути. Нападение на дракарра Таррена Ардора обосновано, поскольку служит цели долгосрочного выживания землян, тогда как ликвидация местного населения в эту цель пока не входит.

Пока не входит…

***

До Артассии я сразу не добралась — у самого входа в огромный подвал, который действительно находился с другой стороны обрыва, у западной стены, меня уже ждали. Не стражники, как я ожидала, которых Целесте была готова просто раскидать, обещая при этом никого не убивать, а один человек.

Точнее, дракарр.

— Его Величество предупредил меня, что рано или поздно ты здесь окажешься, — без предисловий начал он.

Его дракон, Фиинор, находился где-то далеко за его спиной — большая тень среди деревьев, неожиданно изящная и длинная, куда менее внушительная по сравнению с Этарром или даже Драэсом. Не знаю, сколько этим драконам лет, но Фиинор, наверное, был самым молодым из всех драконов, которых я видела.

— Я доберусь до… него, — произнесла я, сузив глаза. — Даже если мне придётся напасть на тебя, ты видел, на что я способна. Не останавливай меня, ты и сам совсем недавно обрёл эту связь. Неужели позволил бы кому-нибудь встать у тебя на пути к Фиинору?

Он не слушал меня и был бесконечно предан Таррену. Я боялась, что Целесте убьёт его, но этого не понадобилось, потому что Гвайрр боялся нападать на меня в полную силу, а может, у него просто был такой приказ.

Целесте била его изо всех сил — в грудь, в плечи, в шею, в самые уязвимые места, заставляя отступать, но остановилась, когда Гвайрр, тяжело дыша, попятился назад и уставился на меня так, словно не мог поверить в происходящее. Он, тренированный воин, просто не мог поверить, что женщина способна не только сопротивляться, но и побеждать его, пусть даже сам он слишком боялся причинить мне боль. Последний рывок ко мне — когда я скользнула в сторону крохотной двери. Он обхватил меня всем телом, почти завернув в своё так, что я слышала его тяжёлое дыхание и чувствовала запах мужчины, но Целесте очень точно ударила его в колено, ноги Гвайрра подкосились, и я наконец вырвалась.

Я поспешила к двери — чуть приоткрытая, она едва двигалась и, похоже, успела заржаветь от долгого неиспользования, а в выложенной камнем пещере за ней пахло холодом, сыростью и застоявшимся воздухом.

Артассиа сразу подлетела ко мне.

Я заметила разлагающиеся туши овец, которых ей оставили в качестве еды и которые она так и не доела, после чего уткнулась лицом в тёплую матовую кожу на её шее. Фиолетовые узоры стали ярче, шея раздувалась, в горле драконицы появлялись какие-то странные звуки, и я уже испугалась, что сейчас она выдохнет пламя. Она ещё немного подросла и теперь была уже значительно крупнее лошади, а ещё, по-моему, стала чуть менее пузатой.

От избытка эмоций Артассиа опять начала показывать мне бесконечные воспоминания других драконов, неудачников, которые не смогли оседлать их и падали — видимо, такой у нее язык любви.

— Всё, хватит, — с учётом того, что я собиралась лететь на ней, такие воспоминания были сейчас совершенно лишними. — Мы уходим отсюда, малышка. Они считают, что ты сможешь отсюда взлететь, но нам нужно быть как можно незаметнее. Лети низко, среди деревьев, в тени… Ты же такая мелкая, они и не заметят.

Драконица радостно подлетела к дверям, но сама открыть их не смогла. Они были затянуты тяжёлыми цепями, которые даже мне, имея руки, удалось снять далеко не с первого раза. Полностью распахивать двери не пришлось — Артассиа проскользнула наружу сразу же, как только проход оказался достаточно широким, но снаружи…

— Огонь, Фиинор!

У меня сердце ухнуло куда-то вниз, но ничего не произошло.

Вряд ли Гвайрр хотел убить нас — скорее загнать обратно, но собственный дракон… ему не подчинился. Неужели потому, что Артассиа — самка? Они и раньше летали вместе, почти играя в небе.

Лицо Гвайрра, бледное, обрамлённое тёмными, слегка вьющимися волосами, застыло в неверии. Он снова и снова требовал, чтобы Фиинор подчинился, но дракон лишь медленно приблизился к нам. Я же едва сдержала безумную эйфорию, понимая, что драконы не нападут на Артассию — надеюсь, все драконы, а не только молодой Фиинор…

— Твой дракон не выдержит такого перелёта, он не сможет тебя поднять! — прорычал Гвайрр, подходя ко мне, тяжело дыша и глядя так, будто я окончательно сошла с ума. — Ты смертная, ты не прошла ритуал с четырьмя мужьями, этот перелёт тебя убьёт!

Его руки сжимались в кулаки. Он отчаянно хотел схватить меня за плечи, прекрасно понимая, что я сразу же полезу в драку, но теперь рядом со мной стоял полный сил дракон, пусть и совсем ещё маленький. К счастью, Гвайрр не понимал, что рядом с драконом Целесте просто не может управлять моим телом.