Чертовски Дикий (ЛП) - Роузвуд Ленор

— Привет, — отвечаю я ему, выдавливая улыбку и неохотно отстраняясь от Призрака.

Тейн открывает рот, затем закрывает, словно хочет сказать мне что-то, но не знает, с чего начать. Вместо этого он просто запускает руку в свои темные волосы.

— Валек почти весь день висел на телефоне, — наконец говорит он с долгим выдохом. — Не знаю почему, но он был занят. Так что он не заметил, как мы ушли. Но, как я уже сказал, для Призрака это нормально — ездить в Сидарбрук, так что это не вызовет подозрений.

— А для тебя это нормально? — спрашиваю я.

— Нет, — признает Тейн. — Но не думаю, что кто-то другой об этом знает.

Глаза Призрака настороженно переводят взгляд с одного на другого. Он снова вернулся к своей закрытой позе: руки скрещены, энергия спрятана внутрь.

— Думаю, это хороший план, — вмешивается Виски, тяжело ступая к нам. — Просто... будьте осторожны. Там все пиздец какие странные.

Голова Призрака резко вскидывается, чтобы испепелить Виски взглядом.

— Я уверена, что всё будет хорошо, — сухо говорю я.

— Ради всего святого, Виски, это просто маленький городок, — замечает Чума. — Там, наверное, безопаснее, чем здесь.

— Нет, не безопаснее. Я там был, — настаивает Виски, но он уже пятится к машине Чумы под тяжестью убийственного взгляда Призрака. Умный человек. Даже с маской, скрывающей большую часть лица, способность Призрака передавать ярость только через язык тела и рычание чертовски впечатляет. — Напишите, если начнется какая-то дичь, ага?

— Всё уже дичь, — вздыхаю я.

— Ну, если станет еще диче.

Призрак показывает Виски жесты. Даже не зная всех его сокращений, послание ясно: Я защищу её. Всегда.

Лицо Виски слегка смягчается.

— Да, окей. Я знаю, что защитишь.

Призрак делает один короткий кивок, затем дважды ударяет себя кулаком в грудь, прежде чем указать на Виски и Чуму. Жест странно формальный, почти военный. Обещание между товарищами по стае.

Тейн прочищает горло.

— Нам пора. Предстоит долгий путь.

Тейн загружает мою сумку в багажник внедорожника, пока Призрак открывает для меня переднюю пассажирскую дверь; его синие глаза над маской щурятся в его собственной версии улыбки. Рваный шрам, пересекающий его правый глаз, слегка натягивается от этого выражения, но это не умаляет теплоты в его взгляде.

— Я поведу, — говорит Тейн, уже направляясь к водительской двери.

Призрак немедленно и решительно рычит. Его свободная рука резко показывает жесты в пространстве между ними, а неровные темные волосы падают на глаза от агрессивного движения.

— Я нормально вожу, — бормочет Тейн, но в его раздражении слышится нежность. — Ты ненавидишь быть пассажиром, ладно. Но если ты устроишь аварию, потому что был слишком занят тем, что пялился на неё...

Средний палец Призрака красноречив на любом языке.

Тейн вздыхает и забирается на заднее сиденье.

— Просто помни, что на дороге есть и другие машины.

В ответ раздается короткое хрюканье.

Я опускаю стекло, когда Виски и Чума подходят к пассажирской стороне. Затхлый воздух подземного гаража смешивается с их знакомыми запахами. Корица и зима; комфорт и сложность одновременно.

— Должен согласиться с Призраком, — говорит Виски, наклоняясь до моего уровня со своей говнючей ухмылкой. — Тейн водит так, будто у него кол в заднице.

— Я всё слышу, — доносится с заднего сиденья голос Тейна.

— Вот и хорошо, — ухмылка Виски становится шире, прежде чем его лицо смягчается. — Береги себя, ладно? И пиши, если что-нибудь понадобится. Серьезно, — он похлопывает по краю двери. — Я примчусь так быстро, что ты решишь, будто я телепортировался.

— Буду, — обещаю я, затем бросаю взгляд на Чуму, который стоит чуть поодаль, скрестив руки в той своей манере, когда чувствует себя уязвимым, но пытается это скрыть. Его хирургическая маска тоже снова на месте. — Вы оба ведите себя хорошо, пока нас не будет.

— Мы всегда ведем себя хорошо, — сухо отвечает Чума, хотя след от моего укуса на его шее говорит об обратном.

— Это спорный вопрос, — говорю я, заслужив от него редкий тихий смешок.

Призрак тревожно ерзает на водительском сиденье; низкий рокот вибрирует по внедорожнику. Пора ехать. Я поднимаю стекло, пока Виски отступает назад, отдавая небрежный салют, а Чума слегка кивает. Через заднее стекло я смотрю, как они стоят вместе в свете люминесцентных ламп, пока мы не сворачиваем за угол и они не исчезают.

Внедорожник выезжает с подземной парковки на послеполуденное солнце, заставляющее меня щуриться после тусклого света. Призрак напряжен, его костяшки побелели от того, как крепко он сжимает руль. Всякий раз, когда он украдкой бросает на меня взгляд, его настроение заметно улучшается, но всё равно очевидно, что его что-то беспокоит. И я не думаю, что дело только в Валеке.

— Ты в порядке? — тихо спрашиваю я.

Он бросает на меня взгляд — синие глаза над маской полны тревоги — и кивает. Но неубедительно.

С заднего сиденья слегка подается вперед Тейн.

— Он всегда такой перед поездками в Сидарбрук. Всегда.

Призрак немедленно издает низкий защитный рык.

— А что? Это правда, — говорит Тейн, но в его голосе звучит мягкость. — Нет ничего плохого в том, что ты из-за этого нервничаешь.

Я хочу спросить почему — хочу спросить, что такого в этом маленьком городке, что заставляет моего гиганта-защитника так нервничать, — но что-то подсказывает мне, что сейчас не время. Вместо этого я тянусь и кладу руку на бедро Призрака. Мышцы под моей ладонью напряжены, но он тут же расслабляется.

— Нам нужны напитки и закуски, — внезапно заявляет Тейн. — Никакого нормального путешествия без мусора из магазина на заправке.

Призрак фыркает — что может означать веселье — и сворачивает на следующий съезд к окраине города. Через несколько минут мы заезжаем на асфальтированное поле с заросшими выбоинами, которое едва сходит за парковку еще более обшарпанной заправки.

— Идеально, — с неподдельным энтузиазмом говорит Тейн. — Чем более сомнительно выглядит магазинчик, тем лучше там закуски.

— Абсолютно, — соглашаюсь я, уже отстегивая ремень безопасности.

Внутри всё смутно пахнет пережаренными хот-догами и бензином. Тейн тут же направляется к ряду с чипсами, как человек, у которого есть миссия. Всё, что делает этот альфа, кричит «вожак стаи». Ему нужно успокоиться, пока он не довел себя до сердечного приступа.

Может, я смогу ему в этом помочь, если моя течка снова поднимет голову во время нашей поездки. В основном она уже пошла на спад, но пребывание в одном номере с двумя альфами может всё изменить. Мое тело и так мгновенно реагирует на Призрака каждый раз, когда он рядом, а они ведь братья.

И, как выяснилось, оба — мои истинные.

— Какой яд предпочитаешь? — спрашивает Тейн, хватая сразу несколько пачек «Доритос». — Сладкое или соленое?

— И то, и другое, — говорю я, наблюдая, как Призрак топчется у двери, словно стоит на страже. Даже в этом дерьмовом магазинчике он не может расслабиться. — Эй, — тихо зову я его. — Иди помоги мне выбрать напитки.

Он неохотно направляется ко мне, и я чувствую, как взгляд кассира следует за ним. К счастью, не с узнаванием, а с настороженным вниманием. У меня немного екает сердце, когда я понимаю, что Призрак, кажется, даже не замечает этого — словно привык, что на него таращатся.

— Спрайт? — предлагаю я, поднимая бутылку.

Он кивает, а затем удивляет меня, хватая банку Mountain Dew Code Red.

— Серьезно? — я не могу скрыть веселья.

Он пожимает плечами. Есть что-то милое в том, что у этого напряженного гигантского альфы есть тайная слабость к искусственно окрашенной, сверхкофеинизированной сахарной воде.

Появляется Тейн с охапкой мусорной еды всех цветов радуги.

— Взял всё самое необходимое. Кучу напитков, «Доритос», вяленое мясо, те странные розовые кокосовые штуки, которые на вкус как ластики в сахаре, конфеты...

— Мы точно не умрем с голоду, — говорю я, уже положив глаз на вяленое мясо. Кажется, у нас есть общий любимый вкус. Сладкий хабанеро. У меня уже слюнки текут.