— Ладно, оставлю тебя отдыхать, пока Тэйн не прожёг во мне дыру своим взглядом.
Я усмехаюсь и в тот же миг чувствую его. Тяжесть чужого взгляда. Перевожу глаза мимо Киерана — и, конечно, вижу то, чего ожидала.
Тэйна.
Стоит неподвижно, руки скрещены, лицо непроницаемое — слишком спокойное. Та самая воинская сдержанность, за которой всегда прячется что-то пылающее.
Даже отсюда я чувствую это.
Его жар. Вес взгляда. Тихую, тлеющую энергию под поверхностью. Огонь, заключённый в камень.
Киеран замечает, куда я смотрю. Усмешка у него становится шире.
— Ага.
— Ага? — я поворачиваюсь к нему, поднимаю бровь.
— Да ты будто сама нарисовала себе мишень на спине, Тэлор, — он коротко смеётся, качая головой.
— Что?
Киеран лениво кивает в сторону Тэйна, даже не утруждая себя взглядом.
— У тебя там военачальник выглядит так, будто вот-вот придёт и поставит на тебе метку.
Я фыркаю.
— Это не…
Но не успеваю закончить, потому что Тэйн двигается.
Не спокойно. Не размеренно.
А быстро, решительно, словно идёт в бой.
Пульс взлетает.
В его взгляде светится сталь, сосредоточенность и нечто, похожее на собственничество.
И внезапно расстояние между мной и Киераном кажется слишком маленьким. Слишком очевидным. Слишком натянутым.
Боги, он чертовски красив, когда идёт вот так.
Киеран тоже это замечает. Конечно замечает. Улыбается — широко, лениво, до неприличия довольный.
Потом чуть наклоняется ко мне:
— Надо отдать ему должное, он быстрый.
— Даже не начинай, — бросаю на него раздражённый взгляд.
Киеран смеётся, пятясь ровно в тот момент, когда Тэйн подходит ближе. Бросает на меня взгляд — наглый, спокойный, слишком самодовольный.
— Но, чтоб ты знала, — говорит он, в глазах пляшут смешинки, — пока всё не решено, я никуда не денусь.
Он делает короткую паузу, а потом добавляет, с ленивой усмешкой:
— Только не вздумай сорваться с обрыва без меня, Тэлор.
Я закатываю глаза.
— Ничего не обещаю, — но при этом улыбаюсь.
И он уходит, легко, уверенно, будто сам воздух расступается перед ним. А я остаюсь наедине с Тэйном. И с тем напряжением, что гудит между нами после всего этого.
Тэйн сначала молчит. Следит за уходящим Киераном, потом спокойно опускается рядом, словно ему всегда было здесь место.
— Что-то хотел? — приподнимаю я бровь.
Тэйн откидывается на спину, ноги вытянуты, руки раскинуты вдоль бревна, пальцы лениво касаются травы, будто ему абсолютно всё безразлично.
Слишком спокойно.
И от этого внутри что-то откликается.
— Нет.
Я хмыкаю.
Лжец.
Полуденное солнце просачивается сквозь ветви дуба, рассыпая по земле подвижные пятна золота. Ветер шевелит листву, задевает выбившиеся из косы пряди. Между нами тянется тишина — плотная, насыщенная чем-то невидимым. Я двигаюсь, чувствуя беспокойство, которое не имеет ничего общего с неудобством.
Откидываюсь назад, зеркаля его позу — ноги вытянуты, руки скрещены на груди. Тело ноет от тренировок, но мысли по-прежнему остры.
— Уверен, что просто так пришёл? — спрашиваю, взглянув на него. — Выглядело так, будто у тебя есть цель.
— Подумал, тебе нужна помощь, — Тэйн бросает короткий, спокойный и невозмутимый взгляд.
— Помощь? С чем, с разговором? — смеюсь я.
Он пожимает плечами, не утруждая себя ответом. Воздух между нами снова сжимается — плотный, натянутый, заряженный.
— Ты сегодня в настроении, — замечаю я.
— Да? — выдыхает он, чуть наклоняя голову.
Сказано слишком ровно, слишком спокойно.
— Сам скажи, — прищуриваюсь я.
Он снова пожимает плечами, будто всё это не имеет значения. Но в нём что-то другое. Не та сдержанная сила, которую я вижу на тренировках. Не напряжение бойца перед ударом.
Что-то мягче. Осознаннее.
И вдруг я понимаю. То, как он «случайно» сел рядом. То, что он спокойно позволил Киерану уйти. То, как его пальцы лежат за моей спиной на бревне — близко, но не касаясь.
Я постукиваю пальцами по колену, делая голос легким:
— Быстро ты появился, как только подошёл Киеран.
Улавливаю еле заметный отблеск в его взгляде. Лёгкое напряжение челюсти. И тут же всё исчезает.
— Ты всегда такая наблюдательная? — он медленно выдыхает, глядя на ветви, раскачиваемые ветром.
— А ты всегда такой предсказуемый? — усмехаюсь я.
Он переводит взгляд на меня, острый, цепкий. Но под ним прячется что-то ещё. Тепло. Насмешка. И тихий вызов.
Я двигаюсь чуть ближе. Проверяю.
Он остаётся неподвижен, расслаблен, с тем же выжидающим спокойствием, будто наблюдает, кто первым сорвётся.
И это сводит меня с ума.
Потому что срабатывает.
Я снова откидываюсь, приподнимаю бровь.
— Думаешь, играть со мной — весело?
— Ты сама это упрощаешь, — отвечает он мгновенно.
И где-то глубоко внутри что-то переворачивается.
Не из-за слов. Из-за него. Потому что я знаю эту сторону Тэйна. Ту, где он командует без единого окрика. Где сражается, словно само пламя обрело форму. Где рождён, чтобы побеждать.
Даже если то, что он хочет завоевать… это я.
Но сейчас всё иначе. Он больше не скрывается.
И пульс взрывается в груди, будто я подошла слишком близко к краю чего-то, о чём не догадывалась… пока не оказалась прямо над пропастью.
— Я видела всё сама, — фыркаю, качая головой.
Тэйн тихо выдыхает, уголок его губ дёргается — почти усмешка.
Я вытягиваю руки, давая пальцам скользнуть по мягкой траве.
— Если бы я не знала тебя, — говорю вполголоса, — решила бы, что ты пытаешься что-то доказать.
— Ты слишком много думаешь, — он дышит спокойно, размеренно.
Я замечаю — лёгкий взгляд в сторону, напряжённую челюсть.
Наверное, стоило бы остановиться. Наверное.
Но я не из тех, кто останавливается.
Наклоняю голову, понижая голос, чтобы он прорезал тишину между нами:
— Тэйн, ты… ревнуешь?
Солнце цепляется за его волосы, тени ложатся на острые линии лица. Его дымчато-серые глаза встречают мои — по-прежнему спокойные, собранные, но в глубине пылает жар.
Он не отводит взгляда. Не отшучивается. Не прячется. Только смотрит — спокойно, хищно, не отпуская. А потом, низко, ровно, без тени смущения:
— А если да?
Жар вспыхивает под кожей, поднимается вверх, расползается волной. Превращается в нечто, чему нет названия, но я чувствую это всем телом.
Открываю рот, но слова не приходят.
Тэйн смотрит на меня ещё мгновение, потом выдыхает и снова откидывается назад, опираясь на руки. Спокоен. Слишком спокоен.
Как будто запустил процесс и не собирается его останавливать.
Затем он поднимается. Медленно. Уверенно.
Я остаюсь неподвижна. Не могу двинуться.
Он смотрит на меня сверху вниз, голос ровный, с лёгкой тенью намёка:
— Разберёшься сама, — и уходит. Будто только что не перевернул всё, к чему я привыкла.
Я остаюсь сидеть. Смотрю в пустое место, где он стоял. Пытаюсь хоть как-то понять, что, чёрт возьми, сейчас произошло?!
Потому что это был не тот Тэйн, которого я знала.
Не тот, холодный и несгибаемый военачальник, который то доводит меня до предела, то отдаляется, словно между нами пропасть.
А этот…
Совсем другой. Спокойный. Уверенный. Как будто он наконец перестал сопротивляться… чему бы то ни было, с чем боролся всё это время.
И от этого осознания сердце сбивается с ритма. Словно я стою на краю чего-то, к чему совершенно не готова шагнуть.
Хотя, казалось бы, у меня и без того достаточно прыжков впереди.
Прыжок доверия.
Связь.
И теперь — Тэйн.
Я медленно выдыхаю, проводя пальцами по волосам, когда в поле зрения появляется Лира. Мысли путаются.
Что, к чёрту, это было?
— Так, объясни-ка мне одну вещь, — произносит она.
