Но это произошло.
Тем более в нашем случае произошло за несколько лет до того, как я узнала.
Сергей клялся, что было один раз.
Я, конечно, не верила.
Дочь он не знал, хотя сказал, что помогал Ларисе деньгами.
Ситуация с Марго не отдалила меня от Сергея. Наоборот, сблизила.
Я хотела ребенка, но…
Если честно, я не хотела рожать от Сергея.
До появления Маргариты я думала о разводе.
О том, что, может быть, встречу другого мужчину. Настоящего.
Такого, которого смогла бы полюбить.
Такого, каким был когда-то мой Алексей, Алёша, Лёшенька.
Стерхова я хотела.
Только его.
Только признаться себе в этом боялась.
А потом появилась Марго, и всё ушло.
Я перестала о нем думать.
Мне больше не хотелось ночами выть от бессилия.
Не хотелось кричать.
Не хотелось заставить его меня услышать, понять.
Я снова почти забыла.
Меньше всего я ожидала увидеть его здесь.
Почему? Какое отношение генерал Стерхов имеет к учебному центру?
Зачем он тут?
Пошел спасать курсантов?
Может, это он и виноват в том, что их…
Может, это нам говорят о случайности?
А на самом деле это была продуманная операция?
Но ведь это преступление? Этого быть не должно?
Или всем всё равно?
Марго просится пойти со мной.
Я, с одной стороны, опасаюсь, с другой… Что ей сидеть одной в гостинце?
Тоже ничего хорошего в этом нет.
Приезжаем вместе.
Ждем, ждем, ждем опять.
Время течет медленно, словно просачивается из узкого горлышка клепсидры по капле.
Минута, еще минута, еще.
Пять. Всего пять.
Еще пять.
Десять.
Полчаса.
Когда уже? Когда?
— Простите, Полина?
Ко мне подходит женщина, которая была со Стерхом и Зверевым.
Зверева я вспомнила. Когда-то лихой курсант пригласил меня на танец, потом я танцевала только со Стерхом, но Зверев пытался меня отбить. Помню, как Стерх объяснил политику партии одним ударом.
Как это было давно.
В другой жизни.
В другой вселенной.
Тогда жила совсем другая Полина.
Живая, веселая, влюбленная, до сумасшествия влюбленная.
Наверное, только такая любовь, умирая, оставляет после себя не просто пустыню, черную дыру.
Абсолютное ничто.
Только боль.
— Да. Я Полина.
— Меня зовут Вера. Мой сын тоже там, он на втором курсе учится.
— Мой на первом.
— Вы знаете Стерхова?
Головой качаю.
Я его не знаю совсем.
Если бы знала…
— Они вытащат парней, я уверена. Зверев точно вытащит.
— Надеюсь.
Что еще я могу сказать?
— Мой сын, Роман, он сын генерала Зверева.
— Поздравляю.
— Зверев о нем ничего не знал, понимаете? Я… я родила, ничего ему не сказав. Вот, двадцать лет прошло, мы случайно встретились.
Случайно.
Разве такое бывает случайно?
— Вам повезло.
— Да. Очень. А ваш сын… он от Стерха?
Головой качаю.
Нет.
Мой сын — это только мой сын.
— Извините… Мне показалось… когда вы с сказали, что не можете потерять еще и этого сына…
— Вам показалось.
— Ясно.
— Я сказала так, потому… потому что потеряла первого сына. Давно. Это… это и не имеет значения сейчас.
— Да, я понимаю. Просто хочу сказать — они их спасут. Надо верить. Верить.
Я верю.
Иначе нельзя.
Никак.
— Мам, а кто такой Стерх?
— Старый знакомый, генерал.
— Генерал? Он не… он убил папу Максима?
— Что? Что ты такое говоришь?
— Просто я… слышала. Папа с Максимом разговаривали, давно, когда Макс сказал, что собирается в училище поступать.
— Что ты слышала?
— Папа сказал, что у Максима другой отец был и он погиб. И в его гибели виноват Стерх. Я хорошо запомнила. Стерх.
Меня словно ледяной водой окатили.
Что за бред? Откуда?
Почему Сергей так сказал?
И почему Максим ничего не спросил у меня?
Почему?
Мы сидим в углу, прижавшись друг к другу. Марго засыпает.
Внезапно раздается крик:
— Нашли! Всё хорошо! Везут сюда! Везут!
— Все живы? Что там?
— Живы. Есть раненые, но все живы.
Господи, Господи…
Что тут начинается! Крики, гвалт, слезы, смех, кто-то рыдает, кто-то поет.
Я чувствую, как лицо стягивает.
Соленые слезы заливают глаза.
Проходит еще немного времени, снова подходит генеральша Зверева.
— Полина! Всё хорошо! Всё отлично! Мне написал мой Роман, Зверев. Ваш сын с ними, рядом, всё отлично, цел. Стерхов сказал, что привезет его.
— Спасибо вам…
— Как вы тут? Нет голодные? Там привезли горячее питание, чай и кофе есть, какао. Хотите?
— Мам, я бы поела, — тихо говорит Марго.
Киваю. Мне, конечно, кусок в горло не полезет, но дочку надо покормить. Уже поздно.
Нам накладывают кашу из полевой кухни.
Наливают какао, дают печенье.
Глотаю ложку каши, и воспоминания накатывают.
Праздник в военном городке. Первый для меня и для Лёшки.
Гуляния на улице. Мы с коляской.
Какие-то спортивные состязания. Стерхов участвует, выигрывает, ему дают какой-то приз, он радуется как ребенок. Потом мы едим эту горячую гречневую кашу с тушенкой.
Невероятно вкусную.
Я тоже участвую в конкурсе, тоже побеждаю. Алексей мной гордится. Знакомит со всеми. Шепчет на ухо, что я самая красивая, самая-самая…
Потом мы идем на нашу первую служебную квартиру — нам сразу дали двушку, потому что с малышом.
Сашка после прогулки спит.
А мы любим друг друга. Очень страстно. Очень жадно.
Как в первый раз.
Так остро всё…
Воспоминания такие яркие, что мне больно.
Больно.
Никогда я не испытывала такого с Сергеем. Вообще ничего с ним не чувствовала.
Я считала, что это нормально. Это мое наказание.
За любовь.
За веру.
За то, что не уберегла своего сына.
Считала, что не имею права на счастье.
Ожидание теперь уже не такое страшное и тяжелое.
Мы знаем, что дети едут к нам. Живые.
Да, не все целы, но все живы.
Наконец, сообщают, что автобусы с курсантами уже в городе. Раненых уже везут в больницу.
Сына я вижу сразу.
Он у меня высокий. Каланча.
В этом пошел в настоящего отца.
Широкоплечий, сильный.
Не скажешь, что ему всего восемнадцать.
Мой мальчик.
Видит меня и Марго, машет. Улыбается.
Но взгляд странный.
Понимаю почему.
Потому что Стерхов идет рядом.
— Доброй ночи. Привез, как обещал.
Обнимаю сына.
Не обращаю на Стерхова внимания.
Не могу.
Не хочу.
— Полина, я хотел… хотел бы прояснить кое-какой вопрос.
— Извините, я сейчас не готова говорить. Мы устали, мне нужно забрать детей.
— Курсант Заславский сейчас останется в учебном центре. А вас с дочерью я могу подвезти.
— Спасибо, мы доберемся сами. Сынок, разве вас не отпустят?
— Не сегодня, мам, обещали дать увольнение. Вы надолго приехали?
— Пока будем с тобой. Мы в гостинице остановились.
— Хорошо. Значит, завтра увидимся?
Звучат команды. Курсантов зовут в строй.
Это кажется сейчас странным, не совсем уместным. Но я понимаю, что мой сын выбрал военную службу, значит, надо это понять и принять.
Стерхов всё еще стоит рядом.
— Полина, послушай, такси вы сейчас не поймаете, а у меня служебная машина.
— Мам, поедем? — тихо шепчет Марго. — Если Макс всё равно не с нами… А я устала.
Морщусь, чувствую, что вся в напряжении.
Я не хочу с ним ехать.
Я не должна.
Но…
— Поедем, пожалуйста, Полина… — Голос его глухой, жесткий.
Такой родной, Господи…
Я не могу. Не могу!
— Поехали. — Сама себя не узнаю.
Просто у меня нет выхода.
Я должна, ради дочери.
И ради сына тоже.
Глава 12
Стерхов
Полина прощается с сыном, ее дочка такая забавная, висит на брате, смеется, какие-то у них свои шуточки.
