Не по залёту (СИ) - Беж Рина

– Будут только свои. Все, кто был на дне рождения Миши, – озвучивает мне слова Хазаринова Оля. – Ты как, Уль? Согласна? Да? Да? Да?

На обдумывание трачу не больше минуты, затем с улыбкой киваю.

– Да, ребята! С удовольствием с вами отдохну.

– Круть! Позагораем и искупаемся! А мальчишек заставим жарить шашлыки! – хлопает в ладоши Иванова, на секунду забывая про телефон.

Глава 25

УЛЬЯНА

Поездка с бывшими одноклассниками и их друзьями к заливу оставляет после себя красивый золотистый загар на коже и гору теплых воспоминаний о том, как здорово мы провели время, купаясь, веселясь, жаря на углях мясо и распевая песни под гитару.

Причем не только у меня, но у всех, кто там был. Поэтому, недолго думая, решаем непременно повторить такую же вылазку и в следующем месяце.

– А почему нет?! Родаки в начале июля в отпуск на Кубу полетят, так что дом снова будет в нашем полном распоряжении, – с улыбкой заверяет Рыка, вместе со своей девушкой Женей провожая нас до спрятанной под навесом машины.

Большая часть ребят уже успела разъехаться, мы же слегка задержались. Помогли хозяину дома прибраться внутри и снаружи у мангальной зоны, а после выпили «на дорожку» по чашке свежесваренного кофе.

– О это круто, – Миша одной рукой пожимает Ромке ладонь, а второй хлопает его по плечу в чисто пацанском жесте. – Будем с нетерпением ждать от тебя весточки.

– Ну всё, договорились.

– На связи, бро, – подает голос Сенька Грачёв, успевший попрощаться с Рыкой чуть раньше, и теперь опирающийся локтями на крышу автомобиля Хазаринова.

– Пока-пока, ребята! До встречи!

– Спасибо! Всё было бесподобно!

Присоединяемся и мы с Лёлей к прощанию с ребятами.

– Счастливо добраться!

Получаем пожелание на дорожку и вчетвером усаживаемся в машину. Мальчики спереди, мы с Олей сзади.

Едва автомобиль плавно трогается и выскальзывает за ворота, я достаю телефон, уточняю у Михаила время прибытия и пишу Борису сообщение: «Мы выехали. По навигатору буду дома примерно в пять».

Спустя пару секунд получаю лаконичное: «Ок» и, улыбнувшись, прячу мобильный опять в карман.

Вопрос с телохранителями, помог решить Егор. Я без утайки рассказала ему, что собираюсь с ребятами на отдых с ночевкой, после чего уточнила, как нам быть. Борис или Юрий сопровождают меня при любом выходе из дома и оставляют, только удостоверившись, что всё в порядке. А тут… ну не ждать же им меня почти сутки в машине?

Муж сначала подробно выспросил, кто конкретно со мной будет, где именно, и насколько я планирую задержаться, после чего попросил скинуть ему контакт Хазаринова. А спустя двадцать минут перезвонил и сказал, чтобы я не переживала, он обо всем договорился.

Так и вышло. Миша при встрече не задал мне ни одного лишнего вопроса, но на отдыхе щепетильным коршуном следил уже не только за своей любимой девушкой, но и за мной тоже. Благо трудностей мы с Олей ему не доставляли, большей частью всегда находясь рядом друг с другом.

У остальных же обручальное кольцо на моем безымянном пальце и новость, что отныне я не Пушок, а Савранская, вызвал удивление, кучу безобидных подколок и веселые поздравления.

Вот и Сенька, больше всех вчера поразившийся сменой моего семейного положения, за десять минут в пути обсудив все новости, снова возвращается к этой теме:

– Ну ты, конечно, Уль, сюрприз устроила, слов нет. Взяла и замуж выскочила! Ну как так-то? Я ж наивно думал, что мы все до тридцатки, как минимум, в холостяках ходить будем.

– Не, Грач, ты как хочешь, а я так долго тоже тянуть не собираюсь, – хмыкает Миша, вдруг вставая на мою сторону, и, поймав в зеркало заднего вида взгляд Лёли, весело ей подмигивает. – Да, мое солнце?

– Ничего не знаю, – задирает носик Иванова, – мне предложение никто не делал.

На этот выпад мы с Грачёвым дружно смеемся, а Хазаринов, задорно сверкнув глазами, вдруг выдает:

– А я, пожалуй, воспользуюсь вариантом Ульяниного Егора, – ловит вопросительный Олин взгляд и поясняет. – Закину тебя на плечо и прямиком в загс потащу. Сначала станешь моей, а дальше уже со всем остальным разберемся.

– Ого! – комментирую я.

– Огонь – вариант! – добавляет Сенька.

Ольчик же демонстративно фыркает, но скрыть, что идея ее совершенно не пугает, даже не пытается.

– Ну-ну, – выдает тихо.

Сенька, обернувшийся в этот момент к нам, движение губ Ивановой подмечает и, на весь салон хохотнув, отчего даже музыку перестает быть слышно, комментирует:

– Смотри, Миха, как бы Ольчик сама тебя на плечо не закинула и жениться не потащила.

Смеемся в голос уже вчетвером и незаметно доезжаем до дома, где меня поджидает охрана.

Дальше летние дни летят один за другим. Неизменными же остаются только три вещи.

Моя работа, где я провожу львиную долю времени.

Переменное самочувствие бабушки, то резко ухудшающееся, то снова дающее надежду, что недуг отступит, и мы со всем справимся.

И, конечно же, общение по телефону с мужем.

Сначала слегка настороженное и наполненное частыми паузами, ведь общих тем у нас не столь много, да и те мы за несколько раз успеваем обсудить полностью. После уже более живое и необходимое. Причем, осознаю это как-то внезапно, когда привычно вечером жду звонка, не выпуская из рук телефон, а вместо этого получаю сообщение, что поговорить сегодня не получится.

«Почему?» - моментально набиваю вопрос.

И тяжко вздыхаю, получив ответ:

«Клиент перенес встречу, Ульяш. Не могу ее пропустить. И насколько всё затянется – в душе не ведаю».

Первая мысль, написать: «Окей. Тогда до субботы. Пока» и чем-нибудь заняться, чтобы не грустить, но в следующую секунду решаю быть честной и смелой.

«Позвони в любом случае. Я буду ждать»

И следом:

«Я соскучилась!)»

От ответа: «Я тоже. Сильно» улыбка сама собой появляется на губах, и думать о грусти уже совсем не хочется.

Глава 26

УЛЬЯНА

– Привет! Не разбудил?

Звонок от Егора раздается в начале одиннадцатого.

Откладываю в сторону электронную книжку, которую читала, по самую маковку провалившись в интересную историю о приключениях попаданки на отборе, переворачиваюсь на кровати с живота на спину и устремляю взгляд в потолок.

В комнате включено только прикроватное бра, чьё мягкое свечение освещает лишь небольшую часть окружающего пространства, а большую оставляет в загадочных тенях и полумраке, но это совсем мне не мешает. Наоборот, наполняет ощущением тепла и уюта.

– Нет, не разбудил, – произношу в полголоса, – я ждала.

– И правда скучала? – переспрашивает Егор.

– Правда.

– И я тоже.

Секунду или две мы оба молчим, будто впитывая в себя то, что осталось недосказанным за обозначенными эмоциями, а дальше произносим почти одновременно…

– У тебя голос уставший…

– Ульяш, я тут подумал…

– Говори первым, – предлагаю мужу, когда он, как и я, замолкает.

– Нет, сначала ты.

Раз я, так я. Решаю не спорить и вновь повторяю уже сказанное.

– У тебя голос уставший, Егор. Много работы?

– Можно и так сказать, – соглашается он.

– А если по правде? – цепляюсь к словам.

Савранский выдерживает приличную паузу, будто до конца сомневается, стоит ли мне озвучивать ответ на вопрос или нет, но все же удовлетворяет любопытство:

– Пришлый русский в Германии не всех устраивает, моя девочка. Вот некоторые и пытаются проверить мою выносливость и крепкость шкуры. Но всё уже в порядке. К тому же Клим держит руку на пульсе.

– Точно в порядке? Или мне стоит переживать? – задаю еще один вопрос.

На него ответ следует незамедлительно.

– Нет, Ульяна! Никаких переживаний. Это обычные рабочие моменты, не более. Просто они выматывают, – фразу Егор оканчивает шумным выдохом, после чего мягко продолжает. – И вообще, хватит о неинтересном, лучше ответь мне на вопрос, как себя чувствует Зоя Михайловна? Готова ли она к встрече с гостями?