Нелюбимая (СИ) - Романовская Кира

— Лиз, ты как? Ничего не болит?

— Н-е-е-е-е-е-т…

— Я ехал за вами, всю дорогу, чуть не поседел! Никак не мог дозвониться до Жени! Просто ехал, не знал, что делать!

— Извини, Лиз, что так долго, сигнал тревожной кнопки тоже пришёл с опозданием, — сказала Женя, снимая маску. — Повезло, что вы двигались слишком медленно, даже Филин успел добраться до вашего особняка, быстро понял, что там тебя нет. Мы сориентировались и провели последнюю операцию по спасению клиента в этом году.

— И что теперь? Куда едем? — спросил Максим.

— В больницу! Туда наших уже привезли и вашу домработницу, немножко дыма наглотались, все живы. А потом наш дружный коллектив «Гард Секьюрити» продолжит отмечать корпоративный Новый год!

Во второй машине разговоры были не столь оптимистичными, там стояло гробовое молчание, которое нарушил один человек, что открыл дверь тонированного минивэна на одной из запланированных остановок и сел напротив Бородача в наручниках. Мужчина отряхнул с плеч снег и сурово сдвинул брови над сверкающими гневом зелёными глазами.

— Ты знаешь, кто я?

— Д-д-а, — кивнул Бородач.

— Тогда какого хрена ты угрожал моему клиенту и чуть не убил моих людей? Совсем страх потерял?! — рыкнул на него Филин и кивнул Игорю. — На «скотобойню» его, завтра разберусь, что с тобой делать. Я очень зол, если что, свой любимый салат доесть не успел, прям из-за стола меня дёрнули! С Новым годом, придурок, — возможно, последним в твоей жизни!

Эпилог

Лиза проснулась среди ночи — ей приснился кошмар, что она опять в доме Захара, подаёт запеченную утку с яблоками. Она всё ещё замужем и на её ноге электронный браслет. Она немного полежала в темноте, слушая, как мужчина за её спиной мирно посапывает и видит десятый сон. Лиза кое-как встала с кровати, делать это стало становилось всё сложнее и сложнее с каждым днём.

По дороге на кухню женщина на девятом месяце беременности почесала свой выдающийся живот, который уже опустился и скоро должно было случиться самое ожидаемое событие года. Лиза заглянула в холодильник, достала зелёное яблоко, из-за которых у Максима уже дёргался глаз, когда она просила их купить. То они были недостаточно кислыми, то слишком сладкими, то мягкими, то твёрдыми. Эта партия — идеальная! Она хрустела яблоком, двигаясь по направлению к будущей детской, где Максим уже сделал ремонт и они даже прикупили немного вещей для ребёнка.

После того, как с Лизы сняли все обвинения, Максим не позволил ей вернуться к себе в квартиру. Лиза немного попротестовала и всё же согласилась пожить у него недельку-другую, пока думала, как ей вообще жить дальше. Под конец срока её беременности, в квартиру Максим перекочевали волшебным образом все её вещи и сама Лиза прописалась на постоянное местожительства.

Лиза не загадывала на далёкое будущее, ей нужна была опора сейчас и сразу после рождения ребёнка, Максим стал для неё такой опорой — мужчина, которого она знала ровно столько, сколько дней в её животе находится малыш. Они с Максимом не говорили о браке, не говорили о любви, зато они много говорили о друг друге, пока жили вместе. Им нужно было узнать друг друга получше, прежде чем начать узнавать нового для них обоих и этого мира маленького человека.

Яблоко закончилось слишком быстро, Лиза печально посмотрела на огрызок и пошла на кухню за второй порцией полезной кислятины. На пороге возник взъерошенный Максим:

— Началось?!

— Нет, — вздохнула Лиза. — Просто ем. Ещё неделю ходить, ты же знаешь.

— Ну, знаешь, это может и неожиданно случиться, — пробурчал он.

— Купи завтра ещё яблок, совсем мало осталось.

Максим тяжело вздохнул, подошёл к Лизе и погладил её живот.

— Парень, давай быстрее вылезай, пожалуйста! Пока твой папа с ума не сошёл, выбирая лучшие яблоки для твоей мамы.

Малыш будто услышал причитания отца, на следующий день начались схватки и уже вечером у Лизы исполнилось её заветное желание — она стала мамой!

Четыре года спустя

Лиза перевернула страницу книги, которую только что купила, пока шла с коляской до парка, чтобы посидеть на скамейке у пруда за чашкой кофе и чтением. Ранняя осень радовала погодой, а малышка, что сопела в коляске радовала маму тишиной. Лиза оторвалась от книги и взглянула на дочку, которая покряхтела во сне, причмокнула губками и продолжила сладко спать.

Алисе Кирсановой было пять месяцев, именно она стала причиной того, что её мама тоже сменила фамилию и, наконец, вышла замуж за её папу.

До своей второй беременности Лиза с Максимом просто жили вместе, воспитывая маленького Владислава Максимовича. Родители очень любили его и друг друга. Их любовь пришла не сразу, хотя Лиза, будучи честной с самой собой на неё даже боялась надеяться. Рождение ребёнка это испытание для самых крепких семей, а они с Максимом были даже не семьёй, но всё равно были вместе.

Они вместе не спали ночами, когда громкий Владислав тренировал свои лёгкие и нервы родителей, вместе падали без сил, когда сын, наконец, засыпал. Вместе радовались его первому зубику, первой улыбке, слову «мама», первым шагам в объятия любящих его мужчины и женщины. Как-то незаметно и тихо в их отношения прокралась любовь. Без громких слов и широких жестов.

Лиза поняла, что любит этого мужчину, когда они вместе мыли посуду. Если быть точнее — Максим мыл, не изменяя своей привычке, сразу после ужина, а Лиза его вдохновляла, стоя позади и обнимая его. Он смеялся, когда она щекотала своим носом его лопатку, а у Лизы вдруг защемило в груди и разлилось что-то теплое, как молоко. Она прижалась к нему, своему любимому мужчине, сильно-сильно, чтобы больше его не отпускать.

Максим понял, что любит эту женщину чуть раньше неё, для этого ему надо было расстаться с ней и уехать в Питер. Он должен был вернуться через неделю, но Лиза встретила его на пороге через три дня, поздней ночью. Она только что приняла душ, смыла маску для лица и наклеила патчи, когда он открыл дверь и вошёл в квартиру.

— А ты чего так рано? — улыбнулась она, обнимая его.

Он стиснул её в объятиях, качаясь с ней из стороны в сторону, как будто укачивая ребёнка.

— Соскучился… Никуда больше не поеду без тебя, Лиз, — тихо сказал он. — Я никого никогда не любил так как тебя. И не хочу никого любить, можно тебя буду до конца жизни? Выйдешь за меня замуж?

Лизе пришлось снять патчи, чтобы спокойно расплакаться.

— Нет, я не могу замуж, — всхлипнула она. — Я пока толстая!

— Пф-ф-ф, — фыркнул Максим, закатывая глаза. — Тебе всё ещё далеко до веса Моники Белуччи!

Даже придя в свой идеальный вес и форму после родов, Лиза как-то откладывала вопрос со свадьбой, как они оба откладывали вопрос со своим постоянным проживанием в одной из двух столиц, мотаясь между ними втроём. Но когда Лиза робко спросила, а не завести ли им ещё одного ребенка? Она очень хотела дочку, Максим выдвинул свои требования.

— Выйдешь за меня замуж, потом поговорим! — строго сказал ей Максим.

Лиза повздыхала над своей судьбой и стала готовиться к свадьбе. Женились они в старинном особняке Петербурга. Когда Лиза шла в свадебном платье навстречу своему будущему мужу между рядами гостей, она хотела бы сказать, что Максим на неё так никогда не смотрел, как в этот день, но это было не так. Он смотрел на неё так каждый день — как на свою любимую женщину.

Второй по счёту плод любви Лизы и Максима снова закряхтел в коляске, Лиза отложила книгу и протянула руку к дочке, которая потягиваясь постепенно просыпалась.

Когда недалеко от мамы с дочкой загоготали голоса двух детей и одной взрослой, пробуждение Алисы пошло гораздо быстрее.

— Лиза, Привет! Так и знала, что тебя встречу, ты тут всегда гуляешь!

Венера Туманова без привычных тёмных очков, в джинсах, кроссовках, футболке и с гулькой на голове, неслась навстречу Лизе, держа в обеих руках ладошки своих детей. Мальчик семи лет и девочка пяти, брат с сестрой, которых Венера усыновила два года назад.