Он усмехнулся, как будто мое поведение было вполне предсказуемо.
— Абсолютно. Смотри. У меня фитнес-клуб. А у тебя — идеальные десерты. Легкие, вкусные, полезные. Так почему бы нам не объединить усилия?
Я опешила, моргнув несколько раз.
— Прости… Что? Мои десерты? В фитнес-клубе? А тебе не кажется, что это как-то… противоречиво?
— А что, ты думаешь, спортсмены питаются исключительно протеиновыми батончиками? — в его голосе вновь заиграли смешливые нотки.
Я рассмеялась, наконец-то позволив себе немного расслабиться.
— Ну… да, если честно. Мне казалось, их рацион — это куриная грудка, брокколи на пару и минералка без газа. И так по кругу.
— Ага. И вечная тоска по сладкому, — добавил Артём. — А ты могла бы придумать линейку полезных десертов. Наши посетители ведь не только худеют, они хотят быть здоровыми и наслаждаться жизнью. А ты можешь дать им и то, и другое.
Мне стало чертовски интересно. Но и… немного странно. Мы обсуждали десерты, а он явно смотрел не только в мои глаза. А точнее — в область чуть ниже.
Ну конечно. Я и сама прекрасно знала, что такое “добро” притягивает взгляды. Сто килограммов живого веса — не пропустишь. А женская грудь… она всегда была первым, что замечают мужчины. Правда, я не думала, что моя грудь может быть настолько интересна.
— Не пялься, Артём, — сказала я строго, прищурившись.
Он, не смутившись ни на секунду, поднял взгляд и сказал:
— Не пялюсь. Я изучаю потенциальную партнершу по бизнесу.
— По груди?
— Ну, ты же сама сказала: забудем, что мы мужчина и женщина. Я вот и пытаюсь забыть. Но ты мне не помогаешь, — произнес он абсолютно серьезно, и мы оба рассмеялись.
Что-то внутри меня щелкнуло. Мы никак не могли держаться в строго деловых рамках. Всё скатывалось в игру, в легкий флирт, в желание понять друг друга ближе — буквально и фигурально.
— А мне вот интересно, ты чем раньше занимался? Или ты всегда держал фитнес-клуб? — спросила я, чтобы разрядить тишину, которая повисла между нашими репликами.
— Я бывший рекламщик.
— Ах, вот оно что! — протянула я. — И поэтому ты решил, что я — твой новый проект? — с легкой иронией спросила я.
Артём чуть нахмурился.
— Нет, Лида. Ты — не проект. Ты… Я бы сказал, что ты энергия, которую можно направить в нужное русло. Я просто хочу помочь… Если ты позволишь, конечно.
Мы просидели в кафе около часа. Болтали. Конечно же, коснулись и других тем — как я начинала свой блог, как он открыл клуб, о детстве, о любимых фильмах. Даже о личном. Вскользь, как бы между строк.
Я и сама не заметила, как пролетело время. И поняла: это совсем не деловое свидание. Между нами проскочила искра. Она просто случилась. Мы этого не планировали, но оно просто было.
И всё было прекрасно.
Пока не зазвонил телефон.
На экране высветилось имя, от которого теперь сводило зубы. Будто это не имя, а какой-то жуткий аллерген.
Ну вот зачем он звонит? Что ему нужно?
— Извини, — сказала я Артёму, кивнув на телефон, — нужно ответить.
Я выскочила из-за стола, вышла на улицу и нажала кнопку ответа, готовая услышать очередную порцию язвительного сарказма со стороны мужа.
Но голос Вовы был совершенно другим. Вовсе не саркастичным или издевательским. Он сбивчиво хрипел в трубку:
— Лида… Ксюша в больнице… Она… перевернулась на квадроцикле. Мы в четвертой городской…
Мир вокруг меня резко дернулся, словно кто-то схватил меня за волосы и развернул на сто восемьдесят градусов.
— Что? Как? — Я не узнавала собственный голос. Он дрожал, срывался. — С ней всё… всё в порядке? Она в сознании?
— Да, вроде… да. Врачи пока ничего не говорят. Я… ты… приезжай, в общем.
Глава 11
Глава 11
Я даже не успела ничего сказать. Просто развернулась и пулей влетела обратно в кафе, словно за мной кто-то гнался. Сердце стучало где-то в горле, дыхание рвалось клочьями, а в ушах звенела натянутая струна паники.
Артём вскочил со стула, едва взглянув на мое лицо, искаженное ужасом.
— Лида… Что случилось?!
Схватив сумку, я попыталась выдохнуть хоть слово, но язык будто примерз к нёбу. Горло сдавило стальным обручем.
— Мне… мне нужно бежать… Ксюша… моя дочь… она в больнице… — слова вылетали обрывками.
— Что-то серьезное? — спросил Артём.
— Сама не знаю, просто муж позвонил и сказал, что она в больнице, — быстро сказала я, стараясь не разрыдаться прямо здесь, посреди кафе. — Такси… Мне нужно такси… немедленно. — Пальцы плясали безумную чечетку, отказываясь попадать по иконке приложения.
В тот момент, когда телефон, наконец, завис в ожидании, я почувствовала прикосновение руки к плечу.
— Ну какое такси, Лид? Только время потеряем! Я сам отвезу тебя!
Я подняла взгляд, встретившись с глазами Артёма. В них не было ни тени суеты, только спокойная, уверенная сосредоточенность, которой мне сейчас так не хватало. Он не задавал глупых вопросов. Он просто был рядом и готов был протянуть руку помощи.
Мы выскочили на улицу. Его машина стояла у соседнего здания, но я не помню, как мы добрались до нее. Всё вокруг плыло, как в кошмарном сне.
Дорога до больницы пролетела, как кадры в ускоренной перемотке. Я смотрела в окно, но не видела ничего, только тревога внутри клубилась, росла, раздувалась, пока не стало больно дышать.
Когда мы подъехали к больнице, парковка была забита до отказа. Артём резко затормозил у входа, окинул взглядом это столпотворение и посмотрел на меня.
— Беги. Я найду место и догоню.
Я не колебалась ни секунды. Рванула ремень безопасности, распахнула дверь и выскочила на тротуар, не чувствуя под ногами земли.
В голове стучала одна мысль: только бы всё обошлось. Только бы с Ксюшей всё было в порядке.
Сердце бешено колотилось. Я влетела в приемный покой, задыхаясь от страха и ярости, и… увидела их.
Вова сидел на скамье, сгорбившись, словно побитая собака, и бессмысленно перебирал пальцы.
Его жалкий вид лишь усиливал мое отвращение.
Рядом, как ни в чем не бывало, Саша уткнулась в телефон. Ни тени беспокойства на ее надменном лице я не обнаружила. Ни капли сочувствия.
— Где она?! — сорвалась я на крик, обращаясь к мужу. — Где Ксюша?!
Вова вздрогнул и поднял на меня виноватые, бегающие глаза.
Как же я ненавидела его сейчас! Его слабость, его инфантильность, его постоянное желание казаться хорошим в глазах других, даже если это шло вразрез с интересами его собственной дочери!
Вот к чему привело его желание уколоть меня и показаться дочери своим парнем!
— Ее увезли на рентген. Вроде ничего серьезного, — промямлил он, пытаясь изобразить на лице подобие обеспокоенности. — Просто рука, скорее всего, сломана.
— Просто?! — ярость вскипела во мне, как ядовитый коктейль. — Ты дал ей сесть на квадроцикл! Без шлема! Одной! Ты хоть понимаешь, что натворил?!
— Не начинай, Лида, — огрызнулся он, избегая моего взгляда.
Прячет взгляд, трус!
— Это моя дочь! — голос дрогнул. — Ты не имел права забирать ее без предупреждения и тем более разрешать ей одной садиться за руль… Ты вообще понимаешь, что с Ксюшей могло случиться что-то непоправимое?!
— Я не хотел, — выдавил Вова, глядя куда-то в пол. — Ксюша просила. Сказала, что умеет. Я думал… Ну, я думал, будет просто весело.
“Весело”? Ему, видите ли, хотелось повеселиться! За счет безопасности моей дочери! За счет моего материнского сердца, которое сейчас разрывалось на части от ужаса!
— Ты рехнулся?! — я уже не кричала. Голос сел, стал хриплым и пустым, словно из меня выкачали всю жизнь. — Она могла погибнуть! И всё ради твоего чертового веселья?!
— Ну не погибла же, — лениво протянула Саша, не отрываясь от своего телефона. В ее голосе звучало неприкрытое равнодушие. Она даже не удосужилась поднять на меня глаза.
Эта… язык даже не поворачивался назвать ее девушкой… Она просто бездушная кукла… Воплощение всего самого мерзкого, что есть в этом мире. Она влезла в мою семью, настроила мою дочь против меня, и теперь еще смеет так разговаривать?
