Архип медленно развернулся и сделал несколько шагов к выходу из кабинета. Я стиснула ладони в кулаки так, что ногтями готова была сама себе прорезать кожу.
– Я никуда не пойду. – Чуть ли не по слогам произнесла в спину Архипа. – Это будет выглядеть по меньшей мере унизительно для меня. Унизительно, что я ещё не ходила и свечку не держала своему бывшему мужу и его девке.
Архип остановился, опустил голову и тяжело вздохнул.
– Пойдёшь, Марин. Пойдёшь. Я тебе сказал: это даже не обсуждается. Ну и так, чтобы ты немного пришла в себя и свела концы с концами – байстрючонок не его. Поняла меня?
Глава 21
Слова Архипа были брошены вроде бы как вскользь, но я не удержалась и уточнила:
– Ты, что ли, наследил?
В глазах Архипа взметнулось столько огня. Мне показалось, что он плечом косяк весь снесёт. Он развернулся ко мне, перехватил запястья, дёргая на себя и тряхнув мои руки, произнёс, глядя в глаза:
– Ты мне здесь, это шутки шутками, но не зашучивайся, ладно?
– Бумаги свои забери. – Произнесла, вздёргивая подбородок. – Я не продаюсь. Да ты и не тот купец, с которым можно было бы по деловому общаться. Переживаешь, боишься, бабоньки твои уходят на сторону.
Я смотрела пристально глаза в глаза. Я знала, что если отвести взгляд, зверь нападёт, но если он видит равного себе, он будет слушать.
– Так вот, как бы тебе не хотелось, чтоб мальчишка не был Егора, прости, ты все равно вляпаешься в эту историю. Упаси Боже, что случись с моим бывшим мужем, новая доля будет ещё одному наследнику.
Архип отпустил меня, тряхнул головой и произнёс:
– Да я костьми лягу, если упаси Боже, что с Егором случится, но эта коза не сунется ни к его активам, ни к его бабкам. А я тебе ещё раз говорю, чтобы уж точно она никуда не сунулась– покрасивше оденься. Нечего мне здесь семьи разрушать, – сквозь зубы выплюнул Архип и схватив реально свои бумаги со стола, взмахнул ими и пошел. – На кону стоит дом. Подумай, что тебе важнее. Ты ж так за него тряслась, детка. – Бросил он в мою сторону.
И когда за ним хлопнула дверь, я тяжело выдохнула.
Это надо было ещё постараться настолько сильно довести друг друга, чтобы у каждого давление подскочило.
Я опустилась в кресло и запрокинула голову. Дышать было тяжело. Я понимала, что вполне в духе Егора сделать предложение своей пассии в присутствии бывшей жены. Так сказать, расставить все точки над “и”. Показать, что больше пути назад не будет . Отрезать все. Сжечь мосты.
Я прекрасно понимала, что это вполне в духе Еора.
А ещё я понимала, что мне это абсолютно не нужно. Мне казалось, что с разводом я очень многого лишилась. Я лишилась надёжной стены и всего дальше по списку, что следует за хорошим мужем. Но нет, я лишилась ещё ко всему прочему и головной боли.
Досидев до конца рабочего дня, я только сильнее загрузилась на тему того, а что собственно Архип мне собирался предложить с домом ?
Он перекупил его у Егора?
Да, нет.
Егор никогда не продаст.
Или что, набухал вот так, что тот расписался в получении бандерольки и следующим пунктом надо было просто меня отвести к нотариусу, чтобы дозаключить договор дарения?
Я не представляла.
Поэтому подозревала, что Архип просто очень красиво манипулировал и на этом собственно все.
Я забрала Любу с универа, и дочка треща, рассказывала о том, как у неё прошёл день.
А когда она поняла, что я излишне долго молчу, то тут же засуетилась и забеспокоилась.
– Мам, ну ты чего? Ну ты хоть слово скажи. Ты зачем так загружаешься? У тебя что-то плохое случилось?
– У меня случился, к сожалению, твой отец.
– Который не понимает слова?
– Нет, который не понимает многого. И теперь я просто не знаю, как с этим жить. Потому что он желает видеть нас на выходном вечере. Что уж там он собрался анонсировать– непонятно. Но ты же прекрасно догадываешься, что мне туда ехать очень сильно не хочется.
Люба прикусила губу и послушно кивнула.
– В любом случае мы можем с тобой сделать вид, как будто бы нас не приглашали.
– Да ладно. – Я скосила глаза на дочку и усмехнулась. – Мне кажется, чтобы достоверно все было, мы должны с тобой лежать в гробнице какой-нибудь. Только тогда можно будет поверить, что нас не пригласили. Хотя по факту уже и твой отец, и твой дядька таких приглашений наделали, что даже не знаю, как я с ними справлялась.
Я облизала губы и мы вроде бы переключились с Любой. Сменили пластинку, так сказать.
А когда мы приехали домой, мне написала Камилла о том, что было бы круто ещё где-нибудь увидеться и вообще Римма очень сильно скучает.
Я понимала, что Камилле ни на кого, кроме меня, особо полагаться и нет возможности. Понятно, что у неё были её родители, но её родители рассуждали всегда так, что замуж вышла и все. Теперь твоя семья здесь. Давай мы сейчас не будем ничего усложнять.
Попереписываясь с невесткой о том, что: “да, круто, увидимся”, я позвонила своему юристу, пытаясь разобраться снова в вопросе того, что нам делать с домом.
Так ни до чего и не додумались.
А позже меня набрал Андрюха.
– Мам, – старший был сосредоточен и слишком серьёзен.
– Да, родной. – Произнесла я, не стараясь вложить в голос больше тепла и ласки.
– Я думаю, нам стоит с тобой поговорить. Я прям по Камилле вижу, что все тайное стало явным.
– Ну, хочешь, можем поговорить конечно. Но поверь, мне однозначно без разницы: общаешься ты с отцом или нет.
– Мам, я…– Вздохнув, начал Андрей и я произнесла:
– Я у тебя папу не отнимала. Я не заводила любовника и не кричала на весь дом о том, что у тебя старый отец. Ничего подобного, Андрюш. Поэтому я до сих пор не понимаю проблемы, которую ты развернул из нашего развода. Значит со мной ты его поливаешь грязью, а рядом с ним рассказываешь, какая я неправильная и ненормальная. Андрюш, так не бывает. Ты либо принимай взрослую позицию, что есть папа и есть мама и вне зависимости, какие у них отношения, ты будешь с ними обоими общаться. Либо прекрати позориться.
Глава 22
Андрей запыхтел в трубку.
– Мам, всё не так, как ты это видишь.
– Андрюш, мне не нужны твои оправдания. Пожалуйста, я не хочу, чтобы мой ребёнок, не зная, как себя правильно вести в отношении развода отца и матери, рвался и метался. Я же не говорю тебе: папа плохой.
Хотя я лгала. Мне очень хотелось сказать: “ты посмотри, какой у тебя папа плохой, ты посмотри, что он делает. Ты вот сейчас его поддерживаешь, а не понимаешь, что в случае чего у него там ещё ребёнок есть”.
Мне очень хотелось так сказать, но я придерживалась своего мнения о том, что дети ни в чем не виноваты и дети не обязаны разгребать проблемы родителей.
– Пожалуйста, общайся. Но не надо делать из этого какую-то тайну. Ты сейчас прекрасно видишь на примере своей жены, как это тяжело, когда ты мечешься между двух огней. Не надо метаться.
Было свежо в памяти, как он на поминках обещал поговорить с отцом по поводу того, что у него оказался братишка, и сейчас я могла только смеяться, вспоминая эту историю.
– Мам, я действительно считаю, что отец поступил не просто по-свински, а по-скотски. Я действительно считаю, что ваш развод мог быть абсолютно другим. Не наговори он гадостей, не сотвори он непонятно чего со своим объявлением развода, возможно, был бы другой итог. Я этого не отрицаю. Но и ты сама понимаешь, я не могу расплеваться с ним и никак не контактировать. Я его первый сын. И он не раз и не два делал на этом акцент. Я обязан быть возле него для того, чтобы понимать, что происходит с бизнесом, что происходит с капиталами, которые есть в семье.
– Андрюш, я тебя ни в чем не обвиняю. Я поддерживаю тебя. Просто не надо доводить ситуацию до абсурда.
