Сын вздохнул.
– Извини, что так вышло.
Я знала, что так будет. Я прекрасно понимала, что если Егор захочет, он найдёт абсолютно любой подход: манипуляции, шантаж, угрозы, но он будет добиваться своего. Поэтому никакой особой тайны в том, что происходило сейчас между Егором и старшим ребёнком, не было.
Просто неприятно.
– Все хорошо, Андрюш. Все хорошо. Я тебе говорю, что я все понимаю.
– Мне неловко. – Выдохнул сын.
Как-то один раз он мне признался, что мое понимание намного хуже, чем самый громкий крик. Вот если бы я кричала, когда он что-то делал плохое, он бы это воспринимал легче, чем мои печальные глаза и одну единственную фразу.
– Я все понимаю, Андрюш.
– Хорошо. Я тебя услышал, мам. И спасибо огромное. – Медленно выдохнул сын так, что у меня в трубке зазвенело, фонить стало.
– Ну вот и хорошо. Девочкам привет передавай и крепко-крепко поцелуй.
Я планировала просто тактично слиться со всей этой ситуации. Мне не нужны были скандалы. Мне не нужен был раздор в семье. Если дети хотели общаться с отцом: кто я такая, чтобы запрещать?
Меня-то никто не заставляет с ним общаться. Правильно?
И так я думала до тех пор, пока не застала в одном из главных офисов своей клиники все ту же несменяемую Лялю.
На этот раз она выглядела намного более сдержанно и солидно. Я бы сказала, облачённая в чёрное, с аккуратной тонкой шляпкой на боку, она выглядела чуть старше своего возраста.
Я, смерив её недовольным взглядом, тихо произнесла:
– Я что-то не так объяснила?
– Нет. – Ляля переступила с ноги на ногу. – Это я не с того начала. Прошу прощения, Марина. – Она вздохнула, сделала шаг от стойки ресепшена и поставила на полку здоровенную корзину с цветами и фруктами. – Это вам. Я не имела права приезжать и высказывать претензии. Но до меня слишком поздно дошло, что я не имею на это никаких прав.
– И что же тогда вас привело сюда второй раз? Явно не извинения? – Произнесла недовольно.
– Да, вы правы. Я очень хочу с вами пообщаться. Не как это звучит в устах мужчин – перенять опыт. – Ляля скривилась и поджала губы. – А немного иначе. Я прекрасно знаю, что я вам не нравлюсь. Я прекрасно знаю, что вся эта ситуация, она вам приносит сильный дискомфорт.
Я осмотрелась, желая понять, есть ли кто-то на ресепшене, кроме меня и любовницы мужа, и успокоившись на том, что администратор ушла проверять медсестёр, выдохнула:
– Ближе к телу.
– Я знаю, что вы приглашены в качестве очень важного гостя на мероприятие, которое будет в выходные. Я также знаю, что вы не хотите идти, и, наверное, вы догадываетесь, что я вас там не хочу видеть. Давайте будем предельно откровенными и честными друг с другом: вы не приходите, а я не создаю вам никаких проблем.
Я закатила глаза и фыркнула.
– Я могу устроить проблемы. И они не касаются вашего бизнеса. Они касаются нервотрёпки. Пожалуйста, давайте поможем друг другу. Давайте вступим в маленькую коалицию. Я, конечно, понимаю, что вы меня сейчас можете начать опять оскорблять по-тургеневски, но подумайте немного своей головой: ни вам не нужно это столкновение, ни мне. Зачем вам в вашей жизни нужен бывший муж с его новой семьёй? Зачем мне в моей новой жизни нужна бывшая жена моего мужчины? Давайте заключим с вами договор, пакт о ненападении, пожалуйста.
Глава 23
Я смотрела на Лялю и не понимала, чего там такого навертел Егор, что она решила прийти с извинениями, с корзиной фруктов и всего прочего.
– Я не буду ничего с вами заключать. – Медленно произнесла я. – Хватит испытывать судьбу. Я уже прошлый раз сказала, что будет, если мы с вами снова столкнёмся. Ходить держать вам с моим бывшим мужем свечку я подавно не собираюсь. И ваша просьба очень глупо выглядит. Вы же прекрасно понимаете, что если Егор чего-то хочет, то он это все равно получит. Я бы хотела сказать, что я на пушечный выстрел не приближусь к вам, но, к сожалению, я не знаю, чем вы доведёте своего любовника, что он будет ходить и стеречь меня, словно цепной пёс. Постарайтесь его просто, наверное, не доводить.
Я развернулась и, вздохнув, зашла в свой кабинет.
Вот противное положение дел. Однозначно дурное.
Ляля простояла на ресепшене ещё минут пять и позже все равно удалилась.
Чего хотела?
Договориться о том, что мы с ней не столкнёмся нигде? Чтобы мы не пересекались никак?
Ну так об этом и договариваться не надо. Неужели она считает, что я фонтанирую восторгами от того, что должна буду смотреть ей в глаза?
Глупая какая-то женщина.
Может, и прав Архип, что там “тук-тук сиди, сиди, я сам открою”.
Не знала, но мне было очень любопытно, как это так быстро Ляля переобулась, примерно после встречи с Архипом. Чего он там ей умудрился навешать на уши, оставалось только гадать.
Мама позвонила и сказала, что они сегодня приедут в город и мой свёкор хотел остаться в квартире. Я тяжело вздохнула.
– Да, хорошо. Я заеду к нему вечером. Ты предупреди, чтобы не закрывался на верхние замки.
Свёкру было сейчас тяжелее, чем всем. Я не понимала, как в этой ситуации Егор ещё собирается там какую-то свадьбу объявлять, когда у него мать только-только ушла. Что за нарциссическое поведение. Что за желание привлечь к себе внимание – для меня это было непонятным и каким-то оскорбительным, что ли.
При мыслях о свекрови и о том, что все так произошло, мне становилось неприятно и больно.
И да, вечером я приехала к свёкру. Он ходил, как тень. Смотрел на меня пустым взглядом.
– Хочешь, я что-нибудь приготовлю? Или, может быть, я не знаю, ты ко мне поедешь? – Произнесла дрожащим голосом, потому что будь я сейчас в браке с Егором, я бы однозначно эту ситуацию так не оставила.
Но будь я сейчас в браке, эта бы ситуация не наступила.
– Нет, нет, ты что! Глупости какие-то. Я маленький, что ли? Сам справлюсь. – Кряхтя, произнёс свёкор, опускаясь на диван. – Я просто уже думаю, что хватит гостить. Загостился. Пора и честь знать.
Я сдавила ему запястье и грустно улыбнулась.
– Ты это… – Свёкор смотрел на меня, как будто бы не зная, что сказать. – Ты, может быть, я не знаю, там как получится, может быть, с Любой приедь как-нибудь? Вещи надо перебрать и все разложить. И вообще…
– Я поняла тебя. – Произнесла, с трудом сдерживая дрожь в голосе.
Пусть мне хоть что угодно говорят: свёкор, свекровь – чужие люди и все в этом духе. Только эти чужие люди со мной на протяжении всей жизни. Только эти чужие люди детей моих растили. Эти чужие люди были самыми близкими. Я не представляла, каким надо быть жестоким человеком, чтобы рассуждать о том, что : "ой, что ты чужую женщину матерью называешь”. Так она мне не чужая. Почти тридцать лет в браке. Почти тридцать лет все вместе. Это не чужое. Это своё.
Я все-таки не усидела и приготовила свёкру ужин. Потушила овощи с мясом. После восьми тихонечко поехала домой.
Успела спуститься с этажа и выйти к парковке, но столкнулась с Егором, который так сосредоточенно был занят своим телефоном, что даже не заметил, что я выскочила из подъезда. И что не удивительно, он снёс меня так, что я едва не завалилась в подъездную клумбу.
– Я не понял. – Медленно произнёс Егор, поднимая глаза.
– И вам не хворать. – Медленно произнесла, одёргивая кофту.
– Ну, предположим, предположим. А чего это мы здесь по гостям ходим?
– А чего это ты здесь в дознавателя играешь? – В тон ему отозвалась я и сложила руки на груди. – Я к свёкру приехала.
А Егор так оскалился, что мне сразу стало понятно – сейчас бросит в меня какой-то гадостью.
– Ну, понятно, что ты теперь только здесь сможешь повидаться с моим отцом. Дальше-то возможности больше не будет.
Я нахмурилась и вскинула бровь.
– Вот, так сказать, еду перевозить его. Будет со мной и с Лялей жить. В конце концов, Назару ещё присмотр нужен. А ты от роли няньки и сиделки у моей будущей тёщи отказываешься. Так что не обессудь. Пойду отца забирать.
