Восьмые - Лив Ксения

Отчитывается подруге.

Напряженная тишина в салоне стала почти осязаемой. Желая хоть как-то разрядить обстановку, я глупо ляпнул:

– Могу музыку включить. Если хочешь.

Я заметил, как она неуверенно потянулась к магнитоле, но замерла, словно ожидая подвоха.

– Смелее. – Я коротко кивнул на светящуюся панель. – Вкладка «Медиа», и крути громкость.

Она поджала губы, но все же потянулась к панели дрожащей рукой. Резкий тычок в экран – и салон взорвался оглушительным грохотом басов и визгом гитар. Стекла задрожали. Я сам едва не отпустил руль от неожиданности и второпях выкрутил ползунок вниз.

– Черт, – выругался я под нос. – Прости, забыл, что в последний раз слушал на полную. Не привык, что со мной еще кто-то ездит.

Векса поежилась, бросая настороженный взгляд то на меня, то на магнитолу. Ее нога тут же пришла в движение – колено задергалось в нервном, неконтролируемом тике.

– Ничего, – выдохнула она, надавив ладонью на бедро, будто пытаясь силой унять дрожь.

Она снова потянулась к панели, на этот раз увереннее. Тонкие пальцы ловко прокрутили список треков, и из колонок полились мощные, но уже более сдержанные басы «Out of the Black». Она тут же переключила композицию, листая трек за треком, и наконец спросила:

– У тебя вся музыка такая?

Я нахмурился, не отрываясь от дороги.

– Какая?

– Такая… агрессивная. Мозги выносит напрочь.

Я невольно усмехнулся. Она, сама того не зная, попала в яблочко. Поэтому я и врубал рок – чтобы неистовый звук выбивал из головы лишний шум и всю дурь, которую в меня вколачивали дома.

– Какая есть. – Я пожал плечами, кивнув на телефон в ее руках. – Можешь включить свою, если моя не нравится.

Она нервно сглотнула, сминая край платья. И только тогда до меня дошло: идиот, я опять напугал ее своей резкостью.

– Нет…

– Прости, – выпалил я почти одновременно с ней.

Мы коротко, смущенно переглянулись. Я заставил себя отвернуться и уставился на дорогу, сжимая руль чуть сильнее.

– Прости, что перебил. Говори, что хотела.

Векса снова коснулась экрана, прибавляя громкость. Из колонок четко ударили первые аккорды «Papa Roach». Она повернулась ко мне, все еще немного скованная.

– Я хотела сказать, что не против, – проговорила она быстро, почти тараторя. – Можем послушать и твою музыку.

В салоне снова повисла тягучая тишина, которую не могла заглушить даже музыка. «Камаро» неспешно катился по пустынным улицам в сторону Мейплвуд-драйв. Чтобы разрядить обстановку, я снова нарушил молчание:

– Так тебя правда зовут Векса?

Она поджала губы, опустив голову.

– Правда. – Ее взгляд скользнул вниз. – Разве не подходит?

– Вообще нет. – Я не сдержал усмешки. – Ты совсем не раздражаешь [5]. Разве что чуть-чуть.

Я и сам не понимал, что несу. Но, судя по ее ответной улыбке, она была не против.

– Кто знает, – выдохнула она, и в голосе появились игривые нотки. – Может, я умею удивлять.

– В этом я не сомневаюсь, – отозвался я. – Так ты раньше вообще не играла в лакросс?

Векса поерзала на сиденье, стараясь найти удобное положение. Краем глаза я видел, как она меня изучает: быстро проходится по рукам, цепляется за линии татуировок из-под рукавов и на секунду замирает на моем лице.

– Нет, – наконец ответила она. – Раньше я занималась… другим спортом. А потом пришлось бросить. Когда объявили турнир, я решила попробовать.

– А почему бросила? – спросил я.

Нога Вексы снова задергалась в знакомом нервном тике. Я тут же поправился, внутренне проклиная себя за бестактность:

– Прости. Больная тема?

Разговор с ней напоминал хождение по минному полю. Никогда не знаешь, сожмется она от страха или замолчит. Я словно вел мяч, заранее зная, что его вот-вот выбьют из клюшки.

– Да, – тихо пробормотала она. – Не хочу об этом.

– Понял.

Разговор не клеился. Я оставил тщетные попытки его поддержать, надавил на газ чуть сильнее и принялся барабанить пальцами по рулю в такт басам. Но, к моему удивлению, она нарушила молчание.

– А можно вопрос? – Ее голос прозвучал негромко, но четко. Я коротко кивнул. – Давно ты играешь в лакросс?

Я невольно ухмыльнулся, понимая, чем именно продиктован ее интерес.

– С тех пор как научился держать клюшку, – ответил я.

Векса замолчала и, кажется, задумалась. Она уже видела «Акул» на поле, видела наш стиль и теперь оценивала шансы своей команды. Что ж, рано или поздно мы все равно столкнемся. Пусть знает, с кем имеет дело.

– Могу я тоже спросить? – начал я и тут же добавил, предчувствуя реакцию: – Не самый тактичный вопрос, сразу предупреждаю.

– Д-да. – Ее голос дрогнул, но она тут же придала ему твердости. – Да, конечно.

Я невольно покосился на рукав ее платья, словно надеялся сквозь ткань увидеть те самые сине-желтые пятна. Меня подмывало спросить о них еще на трибунах. Но одно дело – выпытывать, за кого она играет, и совсем другое – лезть в чужие травмы.

Векса заметила мой интерес и одернула рукав, вцепившись пальцами в ткань у запястья.

– Это не то, о чем ты подумал, – пробормотала она.

Как же. Я знал, что синяки у девчонок могут появиться от чего угодно, но эти отметины… слишком уж они походили на отпечатки пальцев. На следы чьей-то грубой хватки.

– Я ничего не думал, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче. Свернув на нужную улицу, я крепче сжал руль. – Просто… если кто-то оставляет на тебе такие «украшения», об этом стоит рассказать.

Векса шумно, почти судорожно втянула воздух и отвернулась к окну, смахивая ладонью что-то со щеки.

– Поверь, я пыталась, – вдруг выдохнула она с таким отчаянием, что у меня внутри все сжалось. – И ничего не добилась.

Пальцы впились в руль до побелевших костяшек. К горлу подкатила едкая волна гнева. Слишком уж знакомо звучали ее слова – это чувство беспомощности, когда бьешься головой о стену, пытаясь достучаться до тех, у кого больше власти.

Не решившись больше давить, я вжал педаль газа в пол, желая поскорее закончить поездку. Тело требовало выброса – адреналина, драки, чего угодно, что вышибло бы из головы мысли.

Внезапная вибрация в кармане заставила меня вздрогнуть. Я на ощупь выудил смартфон, разрываясь между темной трассой и ярким экраном, пока пытался разобрать текст:

– Что-то случилось? – тихо спросила Векса, заметив, как я нахмурился.

– Ничего серьезного. – Я бросил телефон на панель. – Тренер. Расписание матчей составили. Первая игра против какой-то новой смешанной команды.

Векса поджала губы, уставившись в темное лобовое стекло.

– Наверное, в этом сезоне полно новичков.

Я свернул на Мейплвуд-драйв, наклонившись к рулю, чтобы разглядеть номера на домах.

– Какой твой?

– Вон тот. – Она указала на скромный голубой коттедж с потрескавшейся белой отделкой.

Я сбросил скорость, плавно притормаживая у обочины. В салоне повисло неловкое молчание. Векса нервно потирала ладони, нерешительно переводя взгляд с меня на фасад, скрытый в полумраке деревьев.

– Спасибо… – наконец выдохнула она. – Ну, что подвез.

– Без проблем, – отозвался я. – Было же по пути.

Она кивнула, не уловив и намека на ложь. Я бы подвез ее, даже если бы она жила в соседнем штате, но догадывался: Векса не из тех, кто легко доверяет людям. Казалось, она скорее в одиночку переплывет океан, лишь бы не обременять кого-то своими заботами.

– Тогда пока, – отозвалась она, дернув ручку двери. – И удачи на игре.

Не успел я ответить, как она выпорхнула из машины. Я шумно выдохнул, глядя сквозь лобовое стекло на невысокую фигуру. Она почти бежала по тротуару, силуэт то появлялся, то исчезал в кругах света от уличных фонарей, пока не скрылся за воротами.

– И тебе удачи, Векс.