Официантка для Босса (СИ) - Зима Никки

Машину заносит, мы разворачиваемся на 180 градусов и стоим мордой в обратную сторону.

— Всё нормально. Ты не волнуйся. Сейчас мы их сделаем.

В его голосе читается ледяная уверенность в сказанном. Я пытаюсь убедить себя, поверить в то, что он говорит.

Он смотрит прямо перед собой, положив одну руку на руль сверху. На противоположном конце проезда появляются фары. Это остановился «Форд Мустанг».

Двигатели ревут на холостых, как разъярённые звери. Волков то нажимает педаль газа, то отпускает. Мощный двигатель «Рейндж Ровера» раскачивает кузов как лодку.

Фары преследователей бьют прямо в глаза, ослепляя. Я вижу, как Никита сжимает руль так, что костяшки пальцев белеют.

— Ничего не бойся, закрой глаза, — говорит он сквозь зубы.

Но я не в состоянии это сделать. Звуки словно исчезают. «Форд Мустанг» трогается с места.

Его фары превращаются в два ослепительных белых солнца, которые неумолимо приближаются.

Я замираю, не в силах отвести взгляд от машины наших преследователей. Время замедляется.

Я слышу, как Никита переключает передачу, и его нога давит на газ.

— Волков, что ты делаешь? — шепчу я, но он уже не слышит.

Наш «Рейндж» срывается навстречу. Меня снова вдавливает в спинку кресла.

Мои зрачки сужаются от света.

Две машины несутся друг на друга, стремительно сокращая расстояние.

Я вижу неумолимо приближающиеся фары «Мустанга».

Его злой оскал решётки радиатора.

Внутри всё обрывается. Неужели это конец?

Глава 15 Любовный треугольник

В последнюю секунду водитель «Мустанга» не выдерживает, у него сдают нервы.

Он резко выкручивает руль в сторону, и мы проносимся буквально в сантиметрах от его борта, но сзади раздаётся оглушительный звук тормозов, удар и скрежет металла.

— А если бы он не свернул? — тихо спрашивает Алина.

— Ну он же свернул, — отвечаю я ей с дурацкой улыбкой.

Я всё ещё чувствую адреналин в крови после этой погони. Плечи напряжены слегка, и я стараюсь не показывать, как расслабляю мышцы.

Алина молчит рядом, смотрит вперёд, но я вижу, как она украдкой поглядывает на меня.

Чёрт, эта девушка влетела в мою жизнь, как ураган, и теперь всё перевернулось с ног на голову.

Или я в её.

— Кто это был? — наконец интересуется моя спутница, когда мы выезжаем с территории склада на улицы города.

— Не переживай, менты.

— Менты? — её глаза лезут на лоб, — за вами следят менты? Что вы натворили?

— Нет, они на подхвате у Кирилла. Тут прошлое сошлось с будущим. Они бывшие сокурсники. Из него пытались сделать будущего министра МВД.

Я махнул рукой.

— Больше не пытаются?

— Бестолочь — он и в МВД бестолочь. Его с детства называли Шерлоком Холмсом, тешили его самолюбие, но ничего криминального, кроме фоток любовниц в телефоне отца, он отродясь не находил. Из Высшей Школы Милиции, сейчас университет МВД, его с треском выперли. Не помогли ни связи, ни деньги семьи. Вообщем, его папаня купил ему детективное агентство, которое он благополучно почти угробил.

— Это как почти?

— Вовремя спохватились и продали с большим убытком обратно, назначив Кирилла на должность почётного зам. директора.

— Вы знали с самого начала, что это его люди?

— По правде — нет. Я основных его сотрудников в лицо знаю, этих не видел раньше.

— Так почемы вы уверены, в том, что это люди Кирилла?

— Элементарно, наклейка с его рожей! Он нарцисс и требует, чтобы на машинах красовалась его физиономия. Но она сзади и сразу ее не увидел, — заулыбался я.

Алина ёжится и обнимает себя за плечи.

— Бррр. Поехали в ветеринарную клинику, — предлагает она, — надо забрать Зефирчика.

— Мерзнёшь?

— Нет. Ну и родственнички у вас…

— Добро пожаловать в семью! — заулыбался я.

Я киваю и меняю маршрут. Через пятнадцать минут мы уже стоим у дверей клиники. Перед тем как войти, Алина копается в своей огромной сумке и достаёт оттуда лекарство от аллергии.

— Вам нужно принять, — протягивает она мне его, — а то опять раздуетесь, как шарик на празднике, и придётся вас иглой протыкать.

Я смотрю на лекарство, потом на неё. На её серьёзное лицо, на упрямый подбородок.

Что-то внутри меня ёкает. Никто никогда не заботился обо мне так… просто так.

Без скрытых мотивов, без желания что-то получить. Просто потому, что.

— Спасибо, — говорю в ответ.

В клинике нас встречают улыбками. Оказывается, наш крошечный Зефирчик успел стать всеобщим любимцем.

Его переливание прошло успешно, и теперь он смотрит на мир своими огромными глазами, полными жизненной силы.

— Он такой храбрый мальчик! — умиляется ветеринар, — и какой аппетит! Съел все наши запасы печенья в клинике!

Алина берёт Зефирчика на руки, и он тут же принимается лизать ей лицо.

Я смотрю на эту сцену и чувствую, как что-то странное происходит у меня в груди. Что-то тёплое и колючее одновременно.

— Ладно, герой, поехали домой, — говорю я, поглаживая пса по голове.

Мы возвращаемся в машину. Теперь у меня дома будет зоопарк.

Целых три собаки: Эмир, Малышка и Зефирчик. Строго смотрю на нового пассажира с подозрением, но пока молчит.

Дома нас ждёт настоящий хаос. Едва мы переступаем порог, как Зефирчик, который ещё утром еле стоял на лапах, спрыгивает с рук Алины и бежит к Малышке.

Та, конечно, вся такая из себя хрупкая и нежная, сразу начинает вилять хвостом. Но тут вмешивается Эмир.

Огромный кане-корсо, который обычно флегматичен, как удав, вдруг оживает. Он встаёт между Зефирчиком и Малышкой и издаёт низкий, предупреждающий рык. Мол, отойди, малыш, это моя дама.

Зефирчик, вместо того чтобы испугаться, надувает грудь и начинает лаять на Эмира.

Представьте: чихуахуа размером с тапок лает на собаку, которая могла бы его случайно раздавить, просто повернувшись. Это одновременно смешно и героически.

— Ну вот, началось, — вздыхает Алина, снимая пальто, — по-моему, сложился любовный треугольник. Теперь у вас дома сериал «Богатые собаки тоже плачут».

Я не могу сдержать улыбку. Эмир пытается оттеснить Зефирчика носом, но тот уворачивается и снова бросается к Малышке.

Та, похоже, наслаждается вниманием и смотрит на обоих кавалеров с кокетливым интересом.

— Ну что, Волков, — подходит ко мне Алина, — кто по-вашему победит, кому она отдаст сердце? Вашу громиле или моему храбрецу?

— Ставлю на Эмира, — говорю я, — у него весовая категория другая.

— А я на Зефирчика! — она подмигивает, — у него сила духа! И потом, он явно нравится Малышке. Смотрите, как она на него смотрит!

И правда, Малышка явно благоволит к маленькому герою. Она подходит к нему и тычет его носом, а Эмир сидит в стороне с видом глубоко оскорблённого достоинства.

Вдруг Зефирчик подбегает к миске с едой, начинает поглощать корм Эмира со скоростью света. Эмир растерянно стоит и приходит в себя от такой наглости.

Довольный Зефир облизывается, а потом громко чихает в сторону Эмира.

Тот отскакивает, фыркая от неожиданности. Алина хохочет так, что хватается за живот.

Зефир аккуратно задирает верхнюю губу и молчаливо показывает свои мелкие, но острые клыки.

— Вот это да! Мой мальчик не сдаётся! — кричит она.

Эмир смотрит на Зефирчика, как на инопланетянина, и я клянусь, в его глазах мелькает уважение.

Он фыркает ещё раз, подходит к своей лежанке и ложится, как бы говоря: «Ладно, малыш, сегодня твой день».

Зефирчик гордо подходит к Малышке, и они вместе укладываются на маленьком диванчике. Победа.

— Ну что, — Алина оборачивается ко мне, — ваш пёс только что проиграл дуэль моему телохранителю. Что будем делать? Собачью свадьбу играть?

— А ничего, — улыбаюсь я в ответ, — ещё ничего не решено. Уверен, Малышка ещё передумает, в конце концов Эмир её привёл, дал кров и хлеб.

Глава 16 Нужно поговорить

— Ну что, — разводит руки Никита, оглядывая наш временный зверинец.