— Так я уже все рассказала! — смеется она. — Мы с вами так-то уже два часа тут сидим. Может, прогуляемся по набережной?
Два часа? Я даже не заметила, как пролетело время. Все это время размышляла, взвешивала варианты, а драгоценные минуты с дочкой утекали сквозь пальцы.
Мы расплачиваемся и выходим из ресторана. Воздух стал прохладнее, с моря дует легкий ветерок. Лиза идет между нами, взяв нас обоих под руки, и щебечет о планах на оставшуюся неделю.
— Представляете, завтра у нас поход в горы, потом аквапарк, потом дискотека, а в последний день будет прощальный костер! — говорит она, и в голосе слышится радостное предвкушение. — Программа просто потрясающая, столько всего интересного еще впереди!
Я слушаю ее и понимаю: какой бы вариант я сейчас ни выбрала, последствия все равно будут. Если расскажу сейчас, испорчу дочке весь оставшийся отдых, но зато она не будет считать, что я ее обманывала. Если подожду до дома, то рискую тем, что она обидится на мою «ложь во спасение».
В общем, как ни крути, единственно верного выбора в этой ситуации нет. Есть только менее травматичный.
И я выбираю дом.
— Мам, — вдруг дергает меня за рукав платья дочка, заглядывает мне в глаза с робкой улыбкой, — я потом посмотрю нашу программу на все оставшееся время, выберу дни или вечера посвободнее. Мы же еще будем встречаться все вместе?
— Конечно, — молниеносно реагирует Кирилл, явно довольный вопросом Лизы.
Она смотрит на меня, и я отвечаю:
— Конечно, солнышко. Мы обязательно еще встретимся.
Лиза довольно кивает и снова берет нас под руки.
Мы медленно идем по набережной, и я осознаю, что только что согласилась на целую неделю притворства.
Так как лагерь Лизы совсем рядом с моим отелем и они часто куда-то выбираются, мне придется быть осторожной. Что, если она увидит меня с Давидом где-то в городе?
Уж не поэтому ли муж так обрадовался вопросу дочери? Решил, что я не рискну с кем-то встречаться, чтобы не попасться ей на глаза?
Ну уж нет. Отказываться от встречи с Давидом я не стану.
Придется как-то лавировать между двумя жизнями: старой, которая уже закончилась, и новой, которая только начинается.
Глава 23. Новые горизонты
Диана
Готовясь к встрече с Давидом, я трачу на выбор наряда больше времени, чем обычно. Перебираю несколько платьев, пока не останавливаюсь на легком синем сарафане: он подчеркивает загар и делает глаза ярче. Немного пудры, туши, блеска для губ, и я готова.
По дороге в ресторан, который Давид выбрал в центре Витязево, я ловлю себя на том, что нервничаю. Странное ощущение — как будто иду на первое свидание. Хотя, по сути, так и есть. Сколько лет прошло с тех пор, как я ходила на свидания с кем-то, кроме Кирилла?
Такси тормозит у нужной точки, и я выхожу. Ресторан оказывается уютным местечком с террасой, увитой виноградными лозами. На небольшой сцене в углу музыканты настраивают инструменты. Давид уже ждет меня за столиком у окна, и когда видит меня, встает с широкой улыбкой.
— Ты выглядишь потрясающе, — говорит он, помогая мне сесть.
— Спасибо, — отвечаю я, чувствуя, как щеки предательски розовеют. — Здесь очень мило.
— Хозяин — мой старый знакомый, — поясняет Давид, наливая мне вино. — Обещал, что будет тихо и спокойно. Никаких назойливых соседей по столику.
Я понимаю намек и благодарно улыбаюсь. Он думает обо всем.
Первые полчаса мы осторожно нащупываем общие темы: вспоминаем учебу, общих знакомых, делимся впечатлениями о курорте. Постепенно я расслабляюсь. С Давидом легко говорить — он внимательно слушает, не перебивает, задает уместные вопросы.
— А ты так и остался в медицине? — интересуюсь я.
— Да, — кивает он. — Все так же в хирургии. Правда, сейчас больше занимаюсь организационными вопросами. Планирую открывать еще одну клинику после возвращения.
В его голосе слышится воодушевление. Сразу видно, он вкладывается в свое дело по полной.
— Еще одну? — Мне становится интересно. — Расскажи подробнее.
— Уже подбираю персонал, скоро запустимся, — продолжает Давид, и глаза его загораются. — Сеть «ИнтраМед», может, слышала?
Я киваю. Это название на слуху, реклама часто мелькает в интернете.
— Слышала, — говорю, и с губ будто сам собой срывается вопрос: — Тебе случайно не нужны врачи-педиатры?
— Еще как нужны! — заметно оживляется Давид. — У тебя есть кто-то на примете?
— Есть. Я, — признаюсь, и сердце начинает биться чаще.
— Серьезно? — Он наклоняется ближе, явно заинтересованный. — Ди, это же идеально! Я был бы рад видеть тебя в своей команде. Предлагаю обсудить это, как только вернемся в город.
— Я только за, — улыбаюсь.
Настроение резко поднимается, словно кто-то включил внутри яркую лампочку. Вот это повезло так повезло! Работать в этой сети муж уж точно никак не помешает.
А как он взъярится, когда узнает, на кого именно я буду работать... Впрочем, мне все равно. Пусть лучше займется своей Анечкой. Чего он вообще оставил ее одну и помчался сюда? Неужели она его отпустила? Хотя он, наверное, и спрашивать не стал.
— Кстати, как там Кирилл? — словно читая мои мысли, интересуется Давид. — Не докучает? Нужна помощь?
Я качаю головой:
— Пока нет. Сегодня даже умудрилась с ним ни разу не столкнуться. Честно говоря, это даже странно. Я боялась, что он сразу выяснит, в каком номере я живу.
— Это я попросил, — спокойно говорит Давид, — чтобы сотрудники ресепшена ни в коем случае не давали ему эту информацию.
Так вот оно что!
— Спасибо тебе, — искренне благодарю я. — Ты не представляешь, как это важно для меня. Скорее бы уж суд по разводу…
— Если нужна помощь, обращайся, — предлагает Давид. — У меня есть хорошие адвокаты.
И при этом тактично не задает никаких лишних вопросов о причинах развода, о том, что между мной и Кириллом произошло. Он всегда был таким: чувствовал границы, не лез в душу, если видел, что тема неприятна собеседнику. Умел создать атмосферу доверия, располагал к себе, не принуждая к откровенности.
В этот момент музыканты на сцене начинают играть медленную мелодию. Давид встает и протягивает мне руку:
— Потанцуем?
Я колеблюсь всего секунду. Когда в последний раз я танцевала? С Кириллом — уж точно не в последние годы нашего брака. Он считал танцы глупой тратой времени.
— Конечно, — говорю, принимая его руку.
Мы выходим на небольшой паркет перед сценой. Давид обнимает меня за талию, и я кладу руку ему на плечо. Он ведет уверенно, но деликатно, не прижимая меня слишком близко. Между нами остается приличное расстояние, но я все равно чувствую его тепло, улавливаю аромат с нотками цитрусов и пряностей. Сразу узнаю его — именно такую парфюмерную воду я хотела подарить Кириллу, но он отказался. Мол, не нравится.
— Ты прекрасно танцуешь, — улыбается Давид, отвлекает меня от мыслей.
— Ты тоже, — отвечаю я, и голос звучит чуть хрипло.
Мы двигаемся в такт музыке, и я ощущаю что-то забытое — эту легкую химию между мужчиной и женщиной. Его рука на моей спине, мое дыхание, которое становится чуть более частым, его взгляд, когда мы смотрим друг другу в глаза...
Давид наклоняется ближе, и на мгновение мне кажется, что он хочет меня поцеловать. Но нет — он просто шепчет:
— Я так рад, что мы встретились, Ди.
— Я тоже, — признаюсь.
И это правда. Я наслаждаюсь этим вечером, этой передышкой от всех проблем. Чувствую себя не преданной женщиной, а просто Дианой — той, какой была до всего этого кошмара с Кириллом.
Жаль только, что эта передышка оказывается слишком короткой.
Глава 24. Звонок
Кирилл
Я сижу на скамейке возле дельфинария и жду, когда Диана выйдет из гардероба. Лиза уже носится рядом, разглядывает плакаты с морскими животными, не может усидеть на месте от предвкушения.
— Пап, а правда, что дельфины умнее собак? — спрашивает она, подбегая ко мне.
