Ты не опоздал (СИ) - Волкова Дарья

Все уже. Она подрастет. А у Богдана подрастет ребенок. Фенита ля… Что там. На комедию ни хрена не похоже.

Да, больше это походило на… Вообще непонятно на что.

Таня потеряла ребенка. Поехала к родителям – она была, как Богдан, не местной – вернулась, и… Богдан так и не смог добиться от нее – случилось ли там что-то, или что? Может, падала? Может… Он не знал, от чего это происходит. А Таня плакала, и он ее неумело утешал. А сам малодушно думал, что, может, и к лучшему все? Ну, куда им сейчас ребенок? Им еще доучиваться надо.

И вообще, может быть, если ребенка не будет, так и брак этот тоже… Никому не нужен?

Нет, это подло. Подло. И глупо. Подло и глупо заводить разговор о разводе спустя месяц после свадьбы. Тем более, Таня говорит, что любит. А он сам… Ну не может же он ее бросить, когда она только-только потеряла ребенка!

Глава 11.

А дело все равно этим и закончилось.

Таня не хотела уезжать, уговаривала остаться. Ну как можно не понимать, что Богдан обязан? Что у него целевой набор, и он обязан отработать? Уехали. А там все повалилось.

Богдан сутками пропадал на заводе. Потому что не привык делать дело кое-как. Потому что реально интересно! И потому что хотел чего-то добиться.

А Таня… Быт ее не интересовал. Работы, по ее утверждениям, не было. Ей предложили вести детский танцевальный кружок в каком-то ДК, на окраине, она через месяц расплевалась и ушла. Богдан же с головой погрузился в работу. И слушая как-то вполуха за не очень-то вкусным, но горячим ужином жалобы Тани на то, какие тупые эти дети, он брякнул: «Ну, давай заведем своего».

Он искренне так считал. Ну, раз женился – чего уж. Таня нормальная, ей просто занятие нужно. С жильем вопрос решился, денег Богдану платят… Ну, не то, чтобы очень много, но с перспективой роста. Главное, показать себя. На заводе социалка есть, всякие меры поддержки для молодых семей с детьми. Ну а чего, в самом деле? Если с работой у Тани тут не складывается, пусть на другое переключится. Все равно же женаты уже. Может, вообще, она до сих пор про это переживает – что ребенка потеряла. Так вот и отличный со всех точек зрения выход.

Как много нового тогда Богдан о себе услышал. Такого, чего вообще не ожидал. Да что там – услышанное повергло его в шок. Получается, жену свою он совсем не знал. И все, что между ними произошло, произошло как-то совсем не так, как ему казалось. А как – он тогда не понял. Не хватило ума и жизненного опыта. Да и желания в этом копаться не было.

Не хочешь ребенка – ок. Не хочешь жить здесь – дело твое. Хочешь уехать к маме – вперед, не держу.

Развод спустя полгода после отъезда стал естественным итогом. Естественным и принесшим облегчение.

Но, оказывается, если ты с чем-то не разобрался, спустил на тормозах, решил, что рассосется само – ни хрена оно не рассосется. А выскочит на тебя в самый неподходящий момент. Когда у тебя на работе момент истины, начальство бесит, ты пытаешься все это вывезти – и вот оно, твое прошлое. Здравствуйте.

А Богдан ему обрадовался. Когда увидел Арину, первое чувство, которое перекрыло все, даже удивление – радость.

Он был рад ее видеть. Внутри стало тепло-тепло. И даже скрывать не стал, как рад. Как любуется Ариной – какая она стала. Теперь-то чего скрывать, все взрослые, все совершеннолетние. И можно любоваться, не таясь.

Изменилась, но узнаваемо. Похорошела. Из девочки превратилась в девушку с длинными ногами и шикарной гривой темных волос. Как хорошо, что не подстриглась – ее густые длинные волосы еще тогда Богдана завораживали.

И теперь можно любоваться. Фантазировать. Да какого черта фантазировать, когда можно…

Плана не было. Никакого. Богдана словно тащило куда-то – то ли в прошлое, то ли еще куда. Анализировать и разбираться – снова не было ни ресурса, ни желания. И он отдался течению событий. И это течение его вынесло в такое место…

Утро в квартире Арины отрезвило. Он не сожалел. Он кайфовал. А Арина его выставила! И этот малолетка ее, как назло, под ногами болтается. Мальчик, у тебя еще не выросло то, что надо, чтобы с таким девушками мутить. И вообще, я ее первый заметил!

В общем, думать, анализировать и прикидывать кое-какие планы все-таки пришлось. Но тут, как назло, нарисовалась Танька. Ну, вот будто без нее плохо было.

Да прекрасно без нее было. Но, видно, такой уж урок ему надо выучить – что на тормозах ничего спускать нельзя. Тогда не разобрался, не пронял, не поговорил – изволь на пересдачу.

Для пересдачи опыт житейский, и в том числе, в женском вопросе, какой-никакой прирос. И сейчас Богдану было понятно почти все. Если не в деталях, то глобально – точно. Что и залет, и свадьба были Таней срежессированы. Что потом Богдан возложенных надежд не оправдал. И то, что он принимал за чистую монету, было частью какой-то сложной игры. Существовали во всем этом какие-то белые пятна и незаполненные пробелы, но в эти детали вдаваться Богдан уже совершенно не хотел.

А пришлось. Вот чего он абсолютно не ожидал и оказался не готов – так это к «Милый, давай попробуем снова». Реально? То есть, в двадцать Богдан выступил таким дураком, что Танька решила, что с ним этот фокус два раз может выйти?!

Было бы смешно, если бы не застывшее лицо Арины. И взгляды, которые Богдан то и дело ловил в свой адрес. И Танька, как назло, не встретив энтузиазма с его стороны, решила залить это дело алкоголем. Вот вроде бы и не должно быть Богдану никакого дела до Татьяны, а все же… А все же она носит его фамилию, как-никак! Пришлось одному Тамбовскому другую Тамбовскую до такси тащить и лекцию о здоровом образе жизни читать. А потом искать Арину, ловить паничку, что она уехала, а потом…

А потом его накрыло прошлым с головой. Он же сам сказал Арине: «У нас нет никаких оправданий». Нет. И они не нужны. Ему – точно.

Второй раз, когда ничего не затмевало ни память, ни зрение – уже оглушило конкретно. Как в тот раз, когда он в первый раз в уже глубоко сознательном возрасте выбрался на море. А оно встретило Богдана неспокойно. Но когда это сибиряка на море останавливало? Полез. Оглушило волной, потащило. Еле выплыл, еле вылез на берег. Точнее, выполз.

Вот и с Ариной так получилось. Оглушило, потащило. Только ни выплывать, ни выползать не хотелось. Хотелось не выпускать ее из своих рук.

Мечтал же? Мечтал.

Вот. Сбылось.

Утро снова отрезвило.*

Утром снова позвонил этот Руслан – будь он неладен. И все испортилось в какую-то пару минут. Арина снова сбежала от него в ванную. Как под копирку! И это вместо того, чтобы обниматься и повторить.

Не их это сценарий. Как бы ни хотелось. У Богдана до конца отпуска – всего ничего. До запуска линии – всего ничего. И психанул, говоря откровенно. Его тут ведет, как мальчика, только от того, что грива ее волос расплескалась по подушке. А она со своим малолеткой отношения по телефону выясняет! А потом в ванную сбегает.

Нет, остыл, конечно. Но фактов это не отменяет. Ему необходимо уехать. Это объективно. Один экзамен он пересдал. А к другому оказался не готов.

Надо подготовиться. А тут дорога обратно, рассчитанная до часа – ну не бросать же теперь машину, раз купил. А тут запуск линии, который теперь и по личным причинам вообще некстати, но кто бы Богдана спрашивал. А тут Арина с обиженно поджатыми губами и складкой между бровей. Ладно, задачи будем решать по мере их поступления.

Богдан понимал, что им надо поговорить. Знал теперь, что такие вещи нельзя спускать на тормозах. Что само не рассосется. Выучил урок, спасибо.

И если обратная дорога прошла без сучка и задоринки, машина и погода радовали, то с запуском линии сразу все пошло через пень-колоду. Все полезло, о чем он предполагал и чего опасался. И в довесок еще то, что стало неприятным сюрпризом. Как в старые добрые годы, жил на заводе, приходя домой только спать, и то не всегда. Но про Арину не забывал. Как про нее забыть? Не получалось. Не хотел.