— Это другое.
— Нет, — качаю я головой. — Это то же самое. Для него это выглядело именно так. Его остановили. При нем меня забрали. Ты серьезно думаешь, что он должен был улыбнуться и пожелать нам хорошей дороги?
Горан молчит.
Я вижу, как у него напрягается челюсть.
— Он разозлился, — продолжаю я. — Да. Повел себя глупо? Возможно. Но это не значит, что он опасный.
Я делаю паузу.
— Это значит, что он человек. С эмоциями.
Горан долго смотрит на дорогу.
— Ты его защищаешь, — наконец говорит он.
— Да. потому что он ничего не сделал.
Он резко жмет на тормоз у светофора. Машину слегка качает.
— Мне все равно он не нравится, — говорит он наконец.
— Я поняла, — отвечаю я. — Но давай без… самосуда.
Он фыркает, но тему больше не продолжает.
Его плечи все еще напряжены, но уже не так, как минуту назад.
Я сжимаю пальцы на коленях.
Мне нужно быть внимательнее, вот и все.
— Почему ты за мной поехал? — решаю я сменить тему.
Он не отвечает сразу.
Машина мягко катится по дороге, снег уже не такой плотный, фонари мелькают чаще. Горан смотрит вперед, молчит.
Я уже думаю, что он не собирается отвечать, когда он негромко говорит:
— Я не смог не поехать, Ян.
Я сглатываю непонятно откуда взявшийся болезненный ком в горле.
— Ты меня напугала, — добавляет он тихо.
Я удивленно смотрю на него.
— Напугала? Тебя?
Он коротко кивает.
— Когда ты ушла с ним. Я подумал… — он замолкает. — Ладно. Неважно.
Но это важно.
Я это чувствую.
Я жду, что он продолжит, но он молчит. Тогда говорю я:
— Я… не понимаю. Ты ведешь себя так, словно тебе не все равно, хотя я знаю, что это не так и…
— Ничего ты не знаешь, — мягко перебивает он меня.
Я моргаю.
— В смысле? Чего я не знаю?
Машина тормозит на светофоре.
Горан поворачивается ко мне, смотрит каким-то странным взглядом, от которого внутри все обмирает.
Его лицо, с отблесками красного света, кажется мне сейчас незнакомым, будто я первый раз его вижу.
Он протягивает руку и убирает локон мне за ухо.
От этого нежного прикосновения внутри все дергается от какого-то дурацкого неуместного чувства.
— Ты меня не знаешь, Ян, — он делает паузу. — Ты никогда меня по-настоящему не знала.
Глава 49
Я хмурюсь, не понимая о чем он.
Что он хотел этим сказать? Что значит — я его не знала?
Горан отворачивается и вновь смотрит на дорогу. Свет сменяется на зеленый, и машина трогается с места.
Я закусываю губу.
А, ну в принципе, все логично. Я думала, что он меня любит, а он нашел другую и ушел, заявив, что я ему не подхожу.
Так что да, ошибалась я насчет него.
Но все же интересно, что он имел в виду.
— О чем ты… — начинаю я, но не успеваю закончить вопрос.
— Приехали, — говорит он, сворачивая с дороги.
Я удивленно смотрю в окно. Мы, оказывается, уже приехали, а я даже не заметила.
Ночной двор пустой, снег хрустит под колесами, фонари отбрасывают желтые пятна на асфальт.
Горан останавливается у подъезда, глушит двигатель, но не выходит.
— Спокойной ночи, Яна, — тихо произносит он.
— Спокойной ночи, — бурчу я и тянусь к ручке двери.
Я выхожу, холод тут же пробирается под пальто. Иду к дому.
Оборачиваюсь — Горан все еще сидит за рулем, смотрит мне вслед, пока я иду к подъезду.
Только когда я открываю дверь и захожу внутрь, слышу, как машина трогается с места.
Он уезжает лишь убедившись, что я внутри.
Почему-то от этого становится… тепло. И тревожно одновременно.
В понедельник офис живет в каком-то полусне.
Рабочий день вроде бы есть, но его как будто никто не воспринимает всерьез.
До Нового года — считанные дни, и это чувствуется во всем. На перегородки намотаны гирлянды, в воздухе витает запах мандаринов, а кофе пьется медленнее обычного.
Люди болтают, смеются, обсуждают планы, отпуска, подарки. Кто-то уже в свитере с оленями. Кто-то вообще работает из рук вон плохо и даже не пытается это скрывать.
Я вхожу в здание и иду по коридору к своему кабинету.
И почти сразу натыкаюсь на Валю.
Она стоит у окна, листает что-то в телефоне, но, заметив меня, тут же поднимает взгляд. Улыбка у нее натянутая, холодная.
У меня внутри автоматически поднимается волна неприязни.
После всего, что было, видеть ее сейчас особенно неприятно.
Но устраивать разборки не собираюсь. Просто киваю и хочу пройти мимо как ни в чем не бывало.
— Эй, — окликает она. — Ты чего это лицо кривишь?
Я останавливаюсь. Медленно оборачиваюсь.
— Я не кривлю лицо, — спокойно отвечаю я. — Просто иду на работу.
— У тебя ко мне какие-то претензии? — прищуривается Валя.
Вот ведь.
— Нет, — говорю я ровно. — Ты взрослый человек. Поступаешь как считаешь нужным.
Она явно ждала другого ответа.
— Тогда в чем проблема? — усмехается она.
Я делаю короткую паузу. Потом все же говорю:
— Проблема в том, что ты сказала мне неверное время сбора, Валя. Это, как минимум, было не слишком красиво с твоей стороны.
Ее брови взлетают вверх.
— Пффф!.. — фыркает она. — В таком деле каждый сам за себя. А уж про нечестную игру — так кто бы говорил!
— О чем ты? — холодно спрашиваю я.
Валя улыбается шире. Слишком широко.
— Да брось, Яна, — Валя делает вид, что смеется. — Ты же всегда изображала из себя такую… вне всего этого. Будто тебе вообще неинтересен начальник. А сама?
— Что сама?
— А сама все время рядом, — пожимает плечами Валя. — Так и вьешься. Где начальник — там и ты. Всем давно уже видно, что между вами что-то есть. Зачем было делать вид, что тебе все равно?
У меня внутри неприятно екает.
— Ты сейчас серьезно? — спрашиваю я. — А ты, значит, ничего не изображала?
Она поджимает губы.
— А я никогда и не отрицала, просто прикалывалась над нашими курами, — говорит она. — А ты — в белом пальто.
Мне вдруг становится не по себе.
От Вали я этого не ожидала.
От Гали — да. От кого угодно. Но не от нее. Она всегда казалась… другой. Спокойной. Уравновешенной. Без вот этой мелкой, злой зависти.
Я уже было открываю рот, и в этот момент за нашими спинами хлопает дверь бухгалтерии.
— О-о-о, — тянет знакомый голос. — А тут, я смотрю, клуб по интересам.
Мы оборачиваемся.
В холл выходят Галя и Лера. Обе с кофе, обе с выражением лица "мы сейчас все поняли".
— Так-так-так… — Галя окидывает нас оценивающим взглядом. — А мы-то думали, что у нас тут все уже распределено.
— Да, — подхватывает Лера, усмехаясь. — А оказывается, конкуренция расширяется. Одна в VIP зону за начальником идет, вторая с ним в лесу "застревает"...
— Ага, две новые претендентки, — хмыкает Галя. — Нужно уточнить, там еще Елена Викторовна в гонке не собирается участвовать?..
Лера прыскает:
— У нее ведь внуки уже!
— Ну и что? В этом деле явно возраст не помеха, — говорит Галя, косясь на Валю.
Валя делает вид, что не заметила шпильку в свой адрес.
Лера усмехается:
— Слушайте, может, очередь заведем? А то как-то неудобно получается. Один мужчина — и столько желающих.
— Остыньте, девочки, он — мой, — Валя смотрит на нас свысока.
Ее губы изогнуты в насмешливой улыбке, но глаза при этом совершенно серьезны.
Галя хлопает в ладоши.
— Вот это поворот!
— Девочки, — Лера делает глоток кофе, — я вас обожаю. Такой спектакль с утра!
Я уже собираюсь что-то сказать — и вдруг…
Дзынь.
Открываются двери лифта.
Мы все оборачиваемся одновременно.
Из лифта выходит женщина.
Красивая стройная брюнетка.
Она не торопится. Делает шаг, потом еще один. Каблуки тихо стучат по полу.
