Елочная ферма «Аромат зимы» - Гилмор Лори

– Давайте дружно успокоимся и начнем! – призывал всех к порядку расположившийся за кафедрой мужчина. На нем были очки и отвратительный рождественский галстук.

– Это мэр, он же отец Хейзел, – пояснила Джинни. – Ой, а вот и Энни!

В ряду спереди села высокая блондинка.

– Что я пропустила? – повернулась она к Джинни, как только опустилась на стул.

– Пока ничего. К слову, познакомься с моим братом. Это Беннет.

– Рад встрече, – протянул он ладонь.

Однако Энни не приняла рукопожатие.

– Бен! Приветик! Я столько о тебе слышала. – Она перевела взгляд с Джинни на Беннета, а потом обратно. – Эй, а ты не говорила, что твой брат – буквально горячая мужская версия тебя!

– Ну, знаешь, я не считаю собственного брата горячим.

Энни вновь осмотрела Беннета. Она была объективно красивой и явно роковой дамой. Однако это не имело значения, ведь ее взгляд пошел дальше, пока не остановился где-то за правым плечом мужчины. Обернувшись, Беннет увидел темноволосого парня, который пошевелил пальцами в сторону Энни в знак приветствия. Бен взглянул на девушку – та смотрела на незнакомца так, словно хотела придушить.

– Опять он здесь! – прошипела она. – Я думала, он перестал ходить на собрания!

– Это Мак, – шепнула Беннету сестра, хотя Энни явно их слышала. – Ее заклятый враг. Мы все ждем не дождемся, когда они уже переспят и тем самым завершат наши коллективные мучения.

Энни хмыкнула.

– Да как тебе не стыдно!

Джинни лишь рассмеялась и пожала плечами. Бен знал, когда лучше не лезть в разговор – и сейчас определенно стоило промолчать.

– Прошу внимания! – снова попробовал заговорить мэр.

Тут его прервал пронзительный свист. Все поморщились.

– Эм… благодарю, Минди, – кивнул мэр.

Женщина в костюме, все еще сражающаяся с менорой, кивнула с серьезным видом и заняла место в первом ряду.

– Этим вечером нам нужно многое обсудить, – продолжил он. – Скоро фестиваль гирлянд. Через две недели – детский рождественский спектакль. Вчера начался сбор игрушек на благотворительность. Так что давайте приступим.

Остаток собрания прошел в суматохе – обсуждали организационные вопросы, волонтерство, спорили и даже устроили странное голосование на тему, считается ли «Крепкий орешек» рождественским фильмом. Беннет старался поспевать за обсуждением, но это оказалось невозможным. Сдавшись, он принялся осматривать помещение и попытался сопоставить лица присутствующих с рассказами сестры за прошедший год. Участников книжного клуба Бен приметил быстро – он не раз видел и слышал их на заднем фоне, когда созванивался с Джинни. Они даже оставили у него на пороге роман, который читали в этом месяце, – как приглашение на декабрьскую встречу.

Стоило только взглянуть на обложку этой книги (под названием «Папочка в подарок»), и Беннет уже начал придумывать занятия на день собрания клуба, лишь бы не приходить. Делать ему нечего, как читать про секс, когда он сам уже много месяцев им не занимался. Ему бы подошла книга о монахах, медитации, страданиях или еще чем-то таком, а не о непотребствах с Санта-Клаусом.

И почему мысли о неприличных книгах напомнили Беннету о той владелице елочной фермы? Она так… грубо общалась с ним. И вовсе не в сексуальном смысле, просто глумилась. Ну да… Беннет без разрешения забрел на территорию, но ведь случайно! Он даже предложил ей помощь, а девушка в ответ его просто послала – она задела его за живое, до зуда под кожей. Как заноза, которую не можешь перестать колупать.

Что случилось с этой девушкой? Почему она живет на ферме совсем одна? Почему вместо обычной куртки на ней было одеяло? Она постоянно мерзла? Может, хотела, чтобы ее кто-нибудь согрел?..

Нет. Плохая идея. Бен не собирался ничего планировать с этой странной дамой. Он ничего о ней не знал и не допустит, чтобы его чрезмерное желание все чинить и исправлять помешало его праздничной поездке. Он даже не живет в этом городке!

Кира Норт просто еще одна чудаковатая обитательница местечка под названием Дрим-Харбор. И никто больше.

Надо уже перестать думать о том, как бы ее согреть.

В комнате вдруг повисла тишина. Пожалуй, Беннет слишком погрузился в свои мысли. Он даже не заметил, как тема на собрании сменилась, и он отчего-то оказался в центре внимания.

– Эм-м…

– Я просто рассказала, что вчера ты познакомился с Кирой! – отозвалась Джинни.

Она улыбнулась так, что у Беннета холодок по спине прошел. Будь ему восемь, а ей – десять, он бы опять смыл голову ее Барби в унитаз.

– Чудесно! – просиял мэр, не ведая, какую месть придумал для сестры Бен. – Нам бы пригодилась нейтральная сторона, чтобы узнать, как у нее там дела.

– Нейтральная сторона? – эхом отозвался Беннет. – Погодите. Что значит «узнать, как дела»?

– Жители города пытались поприветствовать мисс Норт, – продолжал мэр. – Однако она… упорно сопротивляется нашим стараниям. Но вы здесь лишь временно, вы не местный. Нейтральная сторона! Она не будет сомневаться в искренности ваших намерений.

В этом он явно ошибался.

– А зачем проверять, как у нее дела?

– Ну… эм…

Мэр вдруг залился краской.

– Вдруг там обнаружатся трупы? – раздался голос из дальнего угла комнаты.

– Трупы?!

Какого черта здесь вообще творилось? Сидящая рядом Джинни поморщилась.

– Все не так ужасно, как может показаться, – прошептала она.

– У нас нет никаких доказательств, что там есть тело, – прокомментировал мэр.

– И что его нет – тоже! – встрял Ноа.

В ответ Хейзел шлепнула его по бедру. Но парень лишь рассмеялся и чмокнул ее в щеку.

– Алекс лучший рассказчик. Этот человек сегодня здесь?

Мэр осмотрел толпу. Наконец поднялся человек с сиреневого цвета волосами.

– Всем привет! – махнул он рукой и сразу перешел к истории: – В общем, много поколений этой фермой владела семья Конноров. Где-то в восьмидесятых участок перешел к их младшему сыну Эдвину, который разрешил другим приходить туда и спиливать ели на Рождество. Так и появился бизнес, о котором вы все знаете. Эдвин и его жена Эллен управляли фермой вместе почти сорок лет. Детей они так и не завели. К слову, Эдвин был человеком эксцентричным и довольно… непредсказуемым.

– Ты хочешь сказать – стремным! – крикнул кто-то из присутствующих.

– У меня от него мурашки по коже шли…

– И у меня!

– Итак! – прокашлявшись, перебил их Алекс. – После смерти жены Эдвин все реже и реже появлялся на людях. Елочная ферма стала приходить в упадок. А когда старик умер несколько лет назад, в доме нашли письмо.

– И тут начинается самое интересное, – прошептал Ноа достаточно громко, чтобы все в комнате его услышали.

Алекс одобрительно ему улыбнулся.

– Верно! В письме сообщалось: Эдвин зарыл на ферме что-то важное, очень дорогое ему. Но он не сказал, что это такое и где именно оно закопано. Многие из нас хотели обыскать территорию, однако ее унаследовал какой-то дальний родственник, который запретил нам совать туда нос. Как по мне, очень подозрительно! – пожал плечами говорящий. – Поэтому тайна так и осталась нераскрытой.

Беннет покачал головой:

– И вы все думаете, что он зарыл… тело?

– Своей убитой жены! – уточнил Джейкоб.

– Что?!

– Она однажды просто исчезла! Думаю, Эдвин ее закопал.

– Быть не может! Я уверен, это было не тело, а какое-нибудь сокровище! – возразил Ноа.

– Сокровище? Ты что, в пираты заделался? – завопил какой-то старик из передних рядов.

Ноа в ответ рассмеялся.

– Это и правда могли быть деньги. У Эдвина не осталось близких родственников. Что, если он спрятал все сбережения вместо того, чтобы положить их в банк? – высказалась Каори.

– Какая-то безумная теория.

– Более безумная, чем убийство жены и закопанное тело? Я вас умоляю!

– Я считаю…

– Но как же!..

– Погодите! – Голос Беннета громом прозвучал над какофонией догадок. От изумления все примолкли. – А как это касается Киры?