— Но…
Никаких «но». Хватит.
Неделя летела стремительно, а вместе с ней восстанавливался мои интерес к жизни. Спящая красавица пришла в себя.
— Мам, как дела? — мои мальчишки всегда на связи. Традиционные вечерние созвоны — лучшее завершение дня. — Ты не скучаешь?
Я скучаю? Разве только по сыновьям и по любимому мужчине. Я живу! Сегодня вечером, возвращаясь с работы, я от души подпевала Кипелову.
Надо мною тишина,
Небо, полное дождя.
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.
Я прожила эту стадию. Выла, ревела, цеплялась за стену, чтобы не упасть, сшибала стулья, которые не замечала. Все это осталось в прошлом, а теперь…
Я свободен! Словно птица в небесах.
Я свободен! Я забыл, что значит страх.
Я свободен! С диким ветром наравне.
Я свободен! Наяву, а не во сне.
Нет голоса? Так я не претендую на большую сцену, просто от души пела гимн
Да!
— У меня все хорошо, Леш. Работаю, отдыхаю. Вас жду.
— Оу, ты улыбаешься, — любимый нападающий всегда чутко улавливал мое настроение. Юрка, чудо мое. — Мам, а ты с Маратом общаешься? Ну… после того случая, как он мне помог, вы встречаетесь или поссорились?
А вот это прозвучало неожиданно. Я помню, что Башаров обменялся с сыном номерами после травмы. Неужели…
— Нет, Юр. Марат — мой коллега и только. Мы общаемся только по работе. А почему ты спросил?
В эфире повисла тяжелая пауза. Я знала, что мальчишки никогда не соврут, а значит Юра задумался над формулировкой, а это, в свою очередь, может означать…
— Мы переписываемся, мам, — выдохнул сын. — И в последнее время Марат какой — то грустный, вот я и решил спросить…
Пока я думала, стоит ли посвящать детей в суровую реальность наших отношений с Башаровым, услышала на втором плане сердитое сопение Алешки.
— Говорил же, не нужно в это лезть! Зачем мать расстраиваешь? Вот глупый… Пусть сами разбираются.
— Юр, Марат мне соврал. И еще… — я решилась на откровение, пусть лучше они узнают правду от меня, — он — бывший муж Алины Виноградовой.
— Той самой? — одновременно охнули братья. — Да ладно! Так не бывает, — просипел Алешка. — Мам, а ты уверена?
— Своими глазами дважды видела их вместе, а потом Марат во всем признался.
— Вот черт! А мне показалось, что он хороший и у вас может что — то получиться…
Мне тоже так казалось, но недолго. Мечты разбились о ложь.
— Ничего, так бывает. Хорошо, что я вовремя об этом узнала.
Кажется, этот довод хорошо зашел парням, потому что вместо вздохов разочарования я услышала бодрое шушуканье, а потом — голос Алеши.
— Мам…
— Я тут.
— Ты это… ты только не обижайся на мой вопрос, ладно?
— Я попробую. Говори, Леш, не томи…
Такой дипломатичный подход со стороны защитника заставил меня подобраться и приготовиться к неожиданностям. И они происходят.
— А ты с Батей общаешься?
— Да…
Или в спорткомплексе взорвалась петарда, или сыновья одновременно вскочили с места, с грохотом опрокидывая стулья. Хотелось верить, что произошло второе.
— Охренеть! Я же тебе говорил, что слышал имя «Ира», когда он разговаривал по телефону, — шипел на ухо Алешке его брат, и эти слова летели в эфир, — такой довольный потом ходил, счастливый…
— Класс! Батя и мама… Офигеть!
Я тоже улыбалась, слушая эмоциональный диалог парней. Мне было хорошо.
— Мам, — вернулся в разговор Юра, когда первая волна эмоций улеглась. — Это здорово! Наш Батя — классный. И он никогда не врет!
— Я знаю, что классный. Вы только рот на замке держите, хорошо? И не подслушивайте, а то Тихонов вам уши открутит, а я добавлю!
— Он маме нравится, зуб даю, поэтому она Батю поддерживает, — опять шепнул брату Юрка. И вновь чуткий динамик сдал переговоры мальчишек. — Он лучше, чем Башаров.
Я не стала уточнять, исходя из каких критериев парни сделали вывод, просто согласилась.
— Береги зубы, Юра, — я не сдержала смеха, и мальчишки отозвались громким хохотом. — Все, парни. Рада вас слышать. Ведите себя хорошо. До завтра.
— Пока, мам. Спокойной ночи. Так классно… — оборвав эмоции на взлете, парни завершили звонок.
Интересно, как слова постороннего незнакомого человека могут изменить гашу жизнь. Кстати, мой адвокат снова проявился. Сообщил, что передал наши требования юристу мужа — я выбрала из предложенных Колесовым вариантов по разделу имущества тот, который посчитала лучшим — и что назначена дата первого заседания.
Все завертелось, закружилось, стронулось с мертвой точки.
— Ир, ты помнишь, что мы в субботу идем на квиз в клуб «Фортуна»? — Машка выскочила из — за стойки регистрации, как чертик из табакерки. — Тема — песни и мемы из любимых фильмов.
Обожаю интеллектуальные викторины, а «Фортуна» издавна ими славилась.
— Конечно, помню. Буду непременно. Слава наверняка тебя заждался, — хихикнула я, задерживаясь возле подруги. — И чего ты мужика мучаешь? Он же тебе нравится…
— Мало ли, что нравится, — покраснела Машуня, — подумаешь…
— Ты подумай, пока его какая-нибудь бойкая девица не захомутала. Славка видный, рассудительный, на тебя так проникновенно смотрит…
— Мы общаемся, переписываемся, — пряча взгляд, тихо призналась и вздохнула. — Он и правда хороший, но ты знаешь мою историю…
Грустная история, что уж. Бывший жених бросил мою подругу, едва услышал о беременности. В результате стресса Маша попала в больницу и потеряла ребенка. Страшно. Горько. Фантомные боли нового предательства преследовали ее до сих пор, хотя прошло почти пять лет.
— Знаю, но мне почему — то кажется, что Слава не относится к тем, кто предаст женщину. Однако… решать тебе. Побежала я, Машуль. Дел полно, а в субботу… Ох, поиграем! Я очень соскучилась по нашей команде!
— Беги, Ир. Хорошего дня.
В клуб на викторины я ходила уже без малого год. С того момента собралась классная компания из тринадцати человек, которую мы так и назвали «Чертова дюжина».
Тринадцать — несчастливое число, но нам почти постоянно приносило удачу. Мы выигрывали, иногда вырывая победу на самом последнем вопросе. Везет тем, кто не боится рисковать.
Если бы я знала, чем обернется эта игра для меня лично, то, может быть, осталась дома. Хотя…
Порадуйте автора звездочками и комментариями!
Не забывайте подписываться, чтобы быть в курсе новых историй!
=38=
Время летит, календарь скидывает один летний день за другим, приближая осень. В пятницу рано утром у крыльца клиники меня окликнули.
— Ира! Погоди, не спеши. Поговорить надо.
Свекровь. Волосы уложены в модную прическу, губы подкрашены, голубой шелковый костюм известного бренда изо всех сил пытается молодить хозяйку, но не справляется с поставленной задачей: швы на боках едва не расползаются из — за сильного натяжения ткани. Кто — то ошибся в выборе на пару размеров…
Каким ветром ее принесло в наши края? Что за нужда такая?
— Нина Сергеевна, доброе утро. Что случилось?
— Зачем заблокировала меня? Совсем не уважаешь старших… — ворчала пожилая женщина. — В такую даль ехать пришлось…
— Говорите, зачем приехали, или я уйду, — прервала я свекровь, делая несколько шагов в сторону. Не хочу, чтобы коллеги слышали разговор, который — абсолютно уверена — не будет приятным. — Слушаю вас.
— Ты не судись с Димой, Ира. Отпусти его…
— Не получится без суда, Нина Сергеевна. Раздел имущества и развод при наличии несовершеннолетних детей — это всегда суд. Вы что — то еще хотели сказать?
— Отпусти Диму, — мадам нервно теребила ручки сумочки, заглядывая мне в глаза. — Не нужно его мучить.
— Я его не держу и, тем более, не мучаю. Пусть подписывает все необходимые документы и будет свободен на все четыре стороны. Теперь все? — я сделала шаг в сторону крыльца и услышала за спиной шумный выдох.
