Рыжий, морда довольная.
Мурлычет так, что даже через экран слышно.
— Папочка! Это — Рыжик! Он будет у нас жить, можно?
Молчу, изучая животное.
— Откуда он?
Не с улицы, надеюсь…
— Баба Зоя привезла! У нее таких три! У нее Рыжулька окотилась!
Понятно…
Приехала, значит, жена генерала, котят раздавать. Ближе не нашлось желающих? Или они каждую семью изучают на предмет благонадежности? Зная генерала, нисколько не удивлюсь, если это так.
— А мама где?
— Мама на кухне. Патиссоны ест.
— Патиссоны? Она же их не…
Замерев от неожиданной догадки, изучаю довольное выражение лица дочери.
— Папуленька… А я чего знаю… — шепчет она мне, оглянувшись назад. Там, на фоне нашего звонка, женские веселые голоса. И мамин тоже слышу. Веселый. Они там спиртное пьют? При ребенке? — Мне мама не велела говорить, но я…
Это что тебе мама не велела говорить?
Чувствую, как у меня от напряжения поднимаются волосы дыбом. Нервная реакция.
Моя Задача… Опять неожиданность…
Что ты скрываешь?
— Мама говорит, что у нее малыш в животике… — торопливо шепчет мне Кира. Я не успеваю никак среагировать, потому что слышу голос Алены:
— Кира! Боже… Тебя на секунду оставить нельзя… Что ты?.. — она появляется в пределах видимости камеры и замолкает. Я наклоняюсь вперед чуть-чуть, внимательно изучая свою бледную, чуть напряженную женщину. — Митя?..
Алена растерянно смотрит в экран.
— Черт… Митя, я хотела…
— Кира, — говорю я, не отрывая взгляда от Алены, — иди, покорми Рыжика. Он голодный.
Кира тут же уносится.
— Сядь, — приказываю я жене.
Она послушно садится. Всегда бы так.
— То, что сказала Кира, правда?
— Ох, черт… Я не так хотела… Я сама…
Как обычно, в моменты, когда косячит, Алена принимается заикаться.
— Когда планировала мне сообщить?
— Сегодня… — вздыхает она, сдаваясь.
— А узнала когда?
— Пару дней назад.
Я молчу.
Два дня уже моя женщина знает о существовании моего ребенка. И молчит. Что я делаю не так? В чем моя ошибка?
— Блин, Мить… — конечно же, Алена не выдерживает, начинает говорить первой, — я не была уверена! Тест сделала, а сегодня только к врачу…
Тест… К врачу…
— Хотела быть уверенной, понимаешь? И хотела съездить к маме, встретиться с тетей Зоей… Ну ты бы не отпустил же, если б узнал!
— Ты. Зная, что беременная. Поехала. Одна.
Я не могу говорить связно от гнева, душащего меня.
И, одновременно, от того, насколько солнце в груди становится огромным. Сожжет сейчас.
Ребенок. Еще ребенок. Мой.
— Да не одна же! — возмущается Алена.
— Одного водителя мало! — рычу я, уже не в силах удерживать себя.
— Ой, все! — она закатывает глаза, а я даже злиться уже не могу на нее. — Ты с Кирой меня чуть что, на карантин сажал!
— Была осень. Эпидемия гриппа.
— Ага, конечно…
— Алена… — я понимаю, что не смогу сейчас больше ничего ей сказать, — бери Киру и домой. Сейчас.
— А котенка?
— Котенок будет в карантине, пока его полностью не проверят.
— Кира будет недовольна.
— Она — моя дочь. И понимает необходимость процедур безопасности.
— А я, по твоему, не понимаю? — дует губы Аленка.
Но послушно приказывает Кире собираться.
Она тоже понимает. Просто… Иногда допускает ответвления, словно трудная задача, имеющая множество решений. И каждое — со своим секретом.
Я не отключаюсь, смотрю, как она объясняет Кире про безопасность и необходимость оставить котенка пока что тут, как моя дочь спокойно и важно кивает, соглашаясь, что это важно.
И ощущаю, как мое солнце в груди становится не просто огромным.
Оно меня поглощает.
Просветляет.
И в этом просветлении я понимаю, что некоторые Задачи просто созданы для того, чтоб не иметь окончательного решения, и постоянно дробиться и развиваться.
Ведь именно в этом есть суть жизни.
… А код я все же Серому отправлю. А кто автор изменений, скажу просто.
Только надо предварительно видео включить, потому что кажется мне, что там будет, на что посмотреть.
Конец
