Желтый адмирал (ЛП) - О'Брайан Патрик

Вудбайн явно был нетрезв.

– Мы должны сделать все, что в наших силах, – мягко сказал Джек.

Но даже всех их сил оказалось недостаточно. Поздно ночью подул один из тех печально известных, коварных ветров. Он налетел на них, когда они были уже недалеко от Уэсана, и они не смогли бы идти против него, даже если бы у "Беллоны" был полный комплект штормовых парусов, неповрежденные мачты, рангоут и такелаж, а также полная сил, сытая команда. А у них не было ничего из этого. Камбуз залило во время кладбищенской вахты. Постоянно приходилось свистать всех наверх, и со вчерашнего обеда ни один матрос не ел ничего, кроме размоченных сухарей; люди были совершенно измучены, и корабль принимал больше воды, чем могли откачать насосы.

Наконец, на востоке начало светлеть, и наступило утро. Они смогли определить свое местонахождение, увидев сквозь разрывы в тучах Вегу, а потом Сатурн. Однако волны не спадали, а ветер стал еще более неблагоприятным. Джек спустился под ветер и взял курс на Косэнд-Бей.

Как он и ожидал, там уже стояли два других корабля из морской эскадры и один – на котором уцелела только одна мачта, – из прибрежной, и они заняли все свободные места.

– Мне жаль, Обри, – сказал начальник верфи, старый друг капитана. – но пока я ничем не могу помочь. Однако ремонт "Александрии" не займет много времени, всего лишь несколько шпангоутов и уродливая дыра, в которой застрял кусок скалы, – удивительно, как часто это случается, не правда ли? Начинаешь верить в ангелов-хранителей, ха-ха-ха! А когда мы с ней закончим, то сразу же вас поставим на это место. Боже мой, а "Беллоне" крепко досталось. Как и вам, Обри. Выглядите вы неважно. Поверьте, сейчас вам надо принять горячую ванну. Погрузить все тело в горячую, очень горячую ванну, и держать его там минут пять, а то и все десять. Это отлично открывает поры. В "Георге" есть ванна, и они вам очень быстро принесут несколько ведер горячей воды. А после этого плотно позавтракать и соснуть часов двенадцать.

– Конечно, сэр, – ответил Джек. – Как только я напишу необходимое письмо адмиралу. К счастью, его я могу отправить в Уэсан на своем тендере.

– Той прелестной чесапикской шхуне, которая пришла вместе с вами? Я на нее долго любовался, вся как с иголочки. Но, разумеется, как вы сказали, сначала нужно написать отчет для адмирала. И, осмелюсь сказать, черкнуть весточку дорогой миссис Обри. Передайте ей от меня сердечный привет, – Начальник верфи поцеловал пальцы и отошел, покашливая.

Джек сел за стол:

"Беллона"

Косэнд-Бей

17 ноября

Милорд,

Осмелюсь сообщить вам, что корабль Его Величества "Беллона" был серьезно поврежден во время сильного шторма прошлой ночью и сегодня утром. Бизань-мачта получила сильный удар и погнута у партнерсов и в других местах; грот-рей тоже погнут. Грот, грот-марсель, штормовые стаксели на фок- и бизань-мачтах были разорваны на куски; сорвало один из вант-путенсов на грот-руслене правого борта; судно так сильно страдало от волнения и принимало больше воды, чем могли откачать насосы, что для безопасности корабля было абсолютно необходимым отправиться в данный порт, куда я прибыл к полудню.

Имею честь приложить к письму перечень полученных судном повреждений и копию вахтенного журнала с момента получения вашего последнего сигнала.

Остаюсь вашим покорным слугой, милорд,

Журнал "Беллоны"

16 часов. Сильный бриз со значительным волнением. Легли на другой галс согласно полученному сигналу. Потеряли из виду эскадру из-за постоянных сильных шквалов. Заметили неизвестное судно, преследующее британский бриг в десяти километрах на запад-юго-запад; преследовали и захватили его, это был фрегат "Два брата" из Лорьяна, капер с 28 двенадцатифунтовыми пушками и 2 39-фунтовыми карронадами, экипаж 174 человека, капитан Дюмануа. Отправили приз в Фалмут (ценный груз, так как французы перед этим захватили два торговых судна, направлявшихся домой из Гвинеи с золотым песком и слоновой костью, и шняву, недавно вышедшую в Лиссабон с корабельными припасами). В половине одиннадцатого поднялся ураганный ветер с сильными шквалами: снесло грота-брас правого борта и шкот левого борта грот-марселя; парус разорвало в клочья; поставили штормовые грота- и фока-стаксели.

17 часов. В половине седьмого с реев сорвало штормовые бизань- и фока-стаксели; сильные порывы ветра, постоянно менявшего направление. В восемь часов пришлось затопить нижнюю палубу; судно сильно болтало, вода в трюме поднялась на пятнадцать сантиметров. В четверть девятого плотник доложил, что бизань-мачта погнулась из-за того, что не выдержали оттяжки гафеля. В половине девятого с левого борта налетел шквал, пробивший одиннадцать портов главной орудийной палубы, которую наполовину затопило, и снесший переборки кают-компании.

В восемь часов сильнейший ветер с жестокими шквалами. Сорвало вант-путенс передних грот-вант. Привелись к ветру с зарифленным марселем. Заметили линейный корабль, стоявший носом к югу, обрывки парусов развевались на реях.

Капитан Джек Обри

Джек перечитал свое письмо и понял, что две части не совсем согласованы; но он очень устал и слишком плохо соображал, чтобы разбираться еще и с этим, поэтому посыпал лист песком, сложил, надписал адрес и запечатал. Они с Хардингом уже позаботились о переходе матросов "Беллоны" на другие суда, а те немногие офицеры и мичманы, которые решили не пытаться спать в том, что осталось от их кают, нашли себе жилье. Все, что ему теперь нужно было сделать, – это отнести это письмо Риду или Кэллоу (они сменяли друг друга на борту "Рингла") и приказать, чтобы его доставили в Уэсан. Но, запечатав письмо, он хлопнул себя ладонью по лбу и снова развернул его, добавив:

"Милорд,

Я посылаю вам это письмо со своим тендером, но сейчас я так отупел после ночного шторма, что забыл попросить вас быть столь любезным и отослать его обратно, как только вы сочтете это удобным. Как известно вашей светлости, у меня назначена встреча в следующее новолуние; и если к тому времени ремонт "Беллоны" не удастся завершить, я бы хотел прибыть в назначенное место на "Рингле", ведь никакое другое судно не подошло бы лучше для этой цели".

Джек снова запечатал письмо, обжег пальцы о воск, и досада и раздражение, наконец, прорвались наружу, и он воскликнул:

– Будь оно все проклято!

– Это вы, сэр? – спросил Хардинг, заглядывая в дверь. – Я думал, вы уже давно сошли на берег и спите в "Георге".

– Нет, сначала я должен был написать адмиралу, а теперь я должен отнести письмо на "Рингл", чтобы его доставили. Но потом я буду спать, клянусь Богом, спать, как младенец, а после обеда отправлюсь на несколько дней в Вулкомб по срочным семейным делам. До понедельника верфь не начнет никаких важных работ, но даже если и начнет, вы не хуже меня знаете о том, какой ремонт нужен кораблю.

– Давайте мне письмо, сэр; я о нем позабочусь. Чем скорее вы окажетесь в постели, тем лучше, тем более что вам потом в дорогу. Нет ничего лучше хорошего сна, Бог свидетель. Я сам лягу через двадцать минут. До свиданья, сэр, выспитесь хорошенько, и вы проснетесь другим человеком.

Джек спал в ванне, спал до полудня в своей постели в "Георге", спал в почтовой карете, которая везла его в Вулкомб с такой скоростью, что это была бы самая быстрая поездка, которую он когда-либо совершал из Плимута, если бы не выскочившая чека колесной оси, из-за которой соответствующее колесо соскочило и с огромной скоростью покатилось по дороге, в то время как экипаж съехал в кювет, довольно мягко остановившись в заполненной водой канаве. Это произошло недалеко от Элтона, деревни, расположенной менее чем в десяти километрах от дома; но к тому времени, когда карета, колесо, лошадь, багаж и форейтор заняли свои места, уже стемнело, и Джек решил переночевать в "Кросс-Киз", гостинице, которую держал бывший боцман. Здесь он отлично поужинал и снова спал глубоким сном, пока его, совершенно отдохнувшего, не разбудил первый рассвет. Он действительно проснулся другим человеком, – нельзя сказать, что веселым, но на удивление жизнерадостным. Карета еще не была готова, – с колесом было работы еще на несколько часов, – но нашлась приличная лошадь, и, позавтракав пораньше, он вскочил в седло и отправился в путь, едва солнце поднялось над холмом Элтон.