Bloodborne: Песочный человек (СИ) - "Лемор"

В конце концов, благодаря мне у неё будет хорошая практика.

* * *

Увидь сейчас первого охотника кто-то со стороны, и подумал бы, что он окончательно сошёл с ума. В некотором роде это была правда, учитывая, с какой нежностью он смотрел на результаты своих трудов: неподвижно сидящая в углу мастерской кукла в человеческий рост.

Кукла. Герман не стал называть её как-то иначе. Изначально он хотел дать ей имя ученицы, но в конечном итоге решил, что не хотел так оскорблять её память. В конце концов, кукла не могла заменить собой человека, и он это понимал.

Но как же безумно желал обратного.

Она была почти как настоящая, во многом напоминая собой леди Марию: светлые волосы, аккуратное, нежное лицо, небольшая бледность, присущая настоящей аристократке…

Впрочем, были и небольшие отличия. Леди Мария большую часть времени была более холодной и серьёзной, часто отстранённой, словно пытаясь сбежать из реальности, лишь иногда проявляя истинные эмоции.

Кукла же была другой, воплощая всем своим видом всю сокрытую в леди Марии нежность и ласку. Нежность и ласку, что ужасный, отвратительный мир отобрал у неё едва ли не с самого рождения.

Герман глубоко вздохнул, после чего подошёл к шкатулке, чувствуя, насколько гнетущей стала атмосфера в мастерской. Медленно открыл её, достав нечто, что не должно было существовать в их мире.

То, что могло подарить человеку истинный шанс возвыситься, прорастить недостающие глаза и уподобиться Великим, стать одним из них. Но лишь шанс, не дающий гарантий, в случае провала обещавший судьбу намного хуже смерти.

Впрочем, Герману пуповина нужна была не для этого. А для того, чтобы использовать её для прямого… контакта.

— Присутствие луны, Флора… Я… я готов…

Пуповина мёртвого Великого, словно живая, практически сразу же отреагировала на слова первого охотника, задрожав. Существуя как в физическом мире, так и в кошмаре, она выступала идеальным проводником, позволяя ограниченному существу на время выйти за рамки сна.

Мир перед глазами Германа задрожал, он почувствовал, как нечто недостижимое, исходящее прямиком из его крови, обхватило его душу, желая… потянуть вниз. Не хватало лишь последнего штриха.

Старый охотник обернулся, увидев появившуюся прямо в полу лампу, к которой прижимались маленькие уродливые существа, словно пытаясь по этой лампе выплыть в явь.

На негнущихся ногах старый охотник подошёл к лампе, присев рядом с ней, после чего…

Прикоснулся к ней.

По пространству распространился вой и Герман сам не заметил, что был одним из тех, кто в ужасе завопил, чувствуя, как падает куда-то.

Но это стало лишь началом безумия. Герман воочию увидел то, с чем осмелился заключить сделку.

Удлинённое, гротескное тело, покрытое полупрозачной, искажающей пространство плотью. Словно застывшие в ничто куски кошмара, которым ещё лишь предстояло воплотиться.

Голова, состоящая из мерзких щупалец.

Огромный, извивающийся хвост, напоминающий змеиный.

И, самое главное, непомерных размеров красная луна, возвышающаяся за существом, воплотившая собой истинный облик неподвластного смертному уму создания.

Гротескный, наводящий ужас Песочный человек стал казаться старому охотнику воплощением человечности. Он думал, что, увидев Ибраитас, сможет выдержать ужас. Но он даже не представлял, насколько ошибался.

Оно обхватило его щупальцами, проникая в самые глубины души. Герман, хотел того или нет, брыкался, кричал, извивался, пытаясь выбраться, но…

Всё было бесполезно.

Боль, что невозможно было описать простыми словами, распространилась по всему существу старого охотника, продолжаясь так долго, будто вселенная решила наказать его за все совершенные грехи.

О, он совершил их достаточно, чтобы испытать каждую частичку наказания, но, видят мёртвые Боги, легче ему от этого не становилось!

Герман не знал, в какой момент всё закончилось. Какое-то время пытался прийти в себя после пережитого кошмара, ещё не до конца осознавая, что это было лишь началом его личного искупления.

Впрочем, первый охотник Ярнама не просто так носил своё прозвище.

— Мастерская… — пробормотал Герман, попытавшись встать.

Неудачно.

Старый охотник оказался в инвалидной коляске, чувствуя, как одну ногу заменил протез. Или… нечто похожее, имитирующее протез.

Чувство нереальности затопило Германа. Он видел перед собой мастерскую, но что-то на краю сознания кричало ему, что это была не она. Лишь копия, имитация, неотличимая от настоящего.

Но было и одно ключевое изменение. Изменение, ради которого Герман и пошёл на это. То, чем он попытался хотя бы частично заполнить пустоту утраты, прекрасно осознавая, что это не закончится ничем хорошим.

Дверь мастерской открылась. Сердце Германа болезненно сжалось, он крепко сжал кулаки, на глаза начали наворачиваться слёзы.

Словно живая, практически ничем не отличаясь от простого человека, в мастерскую плавно, тихо зашла кукла. Нет, Кукла.

Воплощение нежности леди Марии, воплощение сокрытой в ней чистоты и ласки. То, кем леди Мария, возможно, никогда и не являлась.

На Германа уставился взгляд двух спокойных, мягких, практически стеклянных, таких живых светло-серых глаз.

— Здравствуй, добрый охотник.

Герман задрожал.

Он не знал, что задумал таинственный Песочный человек. Догадывался, что он по какой-то причине был заинтересован в нём и, возможно, его решении заключить сделку с Великим. Мог лишь предполагать, что будет дальше. Возможно, ему придётся самолично стать свидетелем противостояния двух могущественных существ.

Но кое в чём он мог быть уверенным уже сейчас:

Пришло время платить за всё, что он совершил, и лишь Боги будут решать, достоин он прощения или нет.

Приближалась новая Ночь Охоты.

* * *

Джо был привычен к грязной работе: с раннего детства он занимался мелкими кражами, чуть позже стал частью небольшой банды, ещё немного позже даже смог её возглавить.

Позже банду накрыли, но ему удалось избежать ответственности и залечь на дно. К счастью, совсем без работы мужчина не остался, сохранив некоторые связи и людей.

Выбить из кого-то долг? Это он умеет.

Припугнуть кого-то? Да хоть каждый день!

Обокрасть? Зависит от цели, но тоже не проблема! Только заплати.

Более того, у Джо даже оставалась некоторая репутация, позволявшая ему находить клиентов иногда напрямую. Как, например, сейчас.

Хозяин одного местечкового паба, Роберт, оказался недоволен словно восставшим из мёртвых конкурентом. Про «Песчаную Чашу» знали, но были уверены, что семейному делу пришёл конец: пацан в одиночку, даже если бы нашёл, откуда достать кровь для пойла, просто не мог вытянуть конкуренцию.

Но в последние недели ситуация круто изменилась и практически потерявший всё паб вновь стал наполняться людьми.

Конечно, в обычном случае до обращения к Джо не дошло бы, но у Роберта одновременно возникло сразу несколько проблем, среди которых были проигранные на ставках деньги и, самое ужасное, внезапно возникшие проблемы у поставщика крови.

Впрочем, в детали Джо не вникал, да и неинтересно ему было. Намного больше его интересовала оплата и суть работы.

Задача была тривиальной: просто немного вежливо пообщаться с хозяином «Песчаной Чаши», после чего спокойно идти заниматься своими делами. Что там будет дальше, будет мальчишка обращаться к офицерам или ещё чего — Джо мало интересовало. Его дело маленькое.

— Это должно быть здесь… — прошептал Джо, подойдя к двери.

Уже думая (для начала) вежливо постучаться, мужчина удивлённо перевёл взгляд на…

Цветок?

Самый обычный белый цветок в горшке, каких тысячи. Много кто любил украшать свои дома ими.

Но этот…

Что-то привлекло внимание Джо. Возможно, то, как он шелохнулся на краю сознания. Или, может быть, его странный, отдававший железом, сладкий аромат.