Bloodborne: Песочный человек (СИ) - "Лемор"

Впрочем, речь сейчас шла совсем не про духов.

Тварь, что встала у нас на пути, отличалась. Гипнос меня разбуди, перед нами был настоящий босс.

— Я справлюсь с ним, Песочный человек, — вышла вперёд Айлин.

Я послушно отошёл, давая охотнице полную свободу, с интересом наблюдая за развитием событий.

У нас успела сформироваться довольно простая стратегия: первой шла всегда Айлин. Сперва Логариус был немного удивлён, но задумку понял быстро, осознав, что охотница на охотников совершенно не боится смерти.

Что же, вполне оправданно.

В игре некоторые сражения мне запомнились довольно долгими. В этом мире всё, как правило, происходило быстро, если не мгновенно. Ошибки редко прощались, и свидетелем этого нам и довелось стать.

Я заинтересовано нахмурился.

Лезвие пронзило охотницу, словно раскалённый нож масло. Охотница толком и сделать ничего не успела, лишь удивлённо уставившись на клинок.

Создание резко вытащило руку-лезвие, позволив захлебывающейся кровью охотнице упасть.

— Песочный человек, она…

— Тс-с-с…

Я оборвал Логариуса на полуслове, внимательно наблюдая за смертью охотницы.

Женщина успела сделать ещё один судорожных вдох, но после ослабла и…

Мир перед глазами дрогнул, открывая мне вид на то, что, казалось, мог увидеть только я: Сон Охотника, во всём своём ужасном великолепии потянувшийся к своему владельцу. Гигантские столбы, идущие в небо; ничем не примечательную мастерскую охотника, в которой всё это время отдыхал Герман с сидящей в поляне цветов Куклой.

Айлин рассыпалась на бесчисленные частички энергии, исчезнув без единой капли крови на земле, но совсем ненадолго.

— Я была слишком самоуверенной, Песочный человек…

Без каких-либо ран позади нас появилась всё та же Айлин, фактически восстав из мёртвых.

Или, правильнее сказать, она и не умирала.

— Умирает проекция, но не тело… — задумчиво пробормотал я. Джура уже успел мне показать многое, но вживую я видел этот процесс впервые. — Сон Охотника помогает тебе обойти грань и существовать так, будто ты обычное живое существо. Возможно, поэтому тебе и кажется, что ты спишь?..

Я говорил это едва слышно. Так, чтобы можно было вычленить лишь отдельные слова, толком ничего не объясняющие.

— Я не понимаю, Песочный человек…

Конечно же, не понимаешь.

Я обернулся на Айлин, хмыкнув.

— Это решаемая проблема. Логариус, ты что-то понял?

Старый охотник нахмурился, явно не поняв вопроса.

— О чём ты говоришь, добрый Песочный человек?

Айлин кашлянула в кулак.

И всё же, Присутствие Луны создало воистину пугающее создание.

Естественно, тварь не собиралась слушать наши милые беседы. Голодно зарычав, зверь бросился прямо на меня. Логариус уже хотел было принять его на себя, но я лишь отмахнулся, сделав шаг вперёд, вытянув трость.

Я мог пропитаться тьмой, в глубине моей души могла быть пустота, только вот…

У меня было право решать.

— Небось, давно не видел светлые сны, несчастная душа?..

Наконечник трости столкнулся со лбом зверя быстрее, чем он успел насадить меня на свои лезвия. Я стукнул совсем несильно, в обычном случае тварь даже не почесалась бы, но это был не тот случай.

Лезвие остановилось прямо перед моим лицом. Перекошенный гуманоидный зверь задрожал, с громким звуком падая передо мной на колени.

Я облокотился на трость, вплотную подойдя к сокрытому за старым капюшоном лицу создания, приподняв его, уставившись на воистину мерзкое, пугающее, отталкивающее, отвратительное… нет, не лицо. Морду существа, которое и человеком никогда не было.

На моё лицо вылезла мягкая улыбка, словно у любящего отца, увидевшего после долгой разлуки собственное дитя.

— Тебе больно и страшно, не так ли?.. Я чувствую твою усталость… Жаль, что я не могу предложить тебе эля, но, по крайней мере, позволь мне закончить твой кошмар.

Что-то внутри создания передо мной визгливо зарычало, попытавшись брыкнуться, но я был быстрее и, в некотором роде, безжалостнее.

Я положил руку на голову зверю, проникая своей силой в самые глубины его души, разрывая на части давно поглотившего сознание некогда разумного существа зверя, после чего, неожиданно для себя, начал погружать и без того умирающую в агонии душу в сладкий сон.

Возможно, сон, что продлится перед смертью всего мгновение, но растянется достаточно, чтобы хотя бы немного исцелить израненную, измученную голодом душу.

Взгляд зверя словно на миг прояснился. Существо не захрипело, но сделало медленный, тяжелый вдох, после которого последовал облегченный, усталый выдох. Последний выдох.

Тело упало.

— Мы идём дальше?.. — как ни в чём не бывало обернулся на своих протеже я.

Честно говоря, я был немного удивлён, ощутив от Логариуса с Айлин довольно странные эмоции.

Я был уверен, что моя демонстрация, как минимум, напугает их, но…

Полные какой-то пугающей надежды взгляды охотников словно что-то пробудили во мне.

Мне совсем не обязательно обладать светом в душе, чтобы нести его вокруг.

Уже совсем скоро мы окажемся в частях лабиринта, в которые если нога человека и ступала, то, дай Владыки Снов, со смертельным исходом. По правде сказать, это вызывало по отношению к первому викарию Церкви вполне заслуженное уважение.

Он сознательно готов был прыгнуть в самые глубины Бездны за одну лишь призрачную возможность возвыситься, и он добился своего.

Впрочем, в конечном итоге его ждало лишь медленное обращение в чудовище.

Надеюсь, королева Ярнам даст весточку как можно скорее, иначе, боюсь, мы можем застрять в этих проклятых лабиринтах ещё надолго, несмотря на все мои способности…

Глава 33

— Королева Ярнам не разочаровала… — констатировал задумчиво я, обернувшись на своих протеже. — Взаимосвязи этого мира поражают, не так ли?..

Очевидно, меня не поняли ни Логариус, ни Айлин. Но, как ни странно, то, что я говорил совсем непонятные, порой безумно странные вещи, как раз хорошо накладывалось на мой образ.

— Это так, Песочный человек, — негромко согласился бывший Палач.

Я про себя улыбнулся.

Сразу видно, что кто-то не один год пробыл как на роли руководителя, так и на роли подчинённого. Здесь важен сам факт участия и согласия, а не какой-то конструктивный разговор.

Перевёл взгляд на того, из-за кого я в принципе решил упомянуть мёртвую королеву и взаимосвязи.

Перед нами предстал человек. Либо, что вероятнее, некогда человек. Бледный как смерть, с извивающимся существом, похожим на змею, что ползало по его телу. Пушка в руке лучше всего показывала, кто перед нами был — охотник. Павший охотник.

Затерявшийся среди лабиринтов, он всё-таки смог выжить и привлечь внимание не только блуждающего сознания мёртвой королевы, но и…

Одной из проекций Ибраитас.

Бледный охотник сжал в руках огромных размеров кость, принадлежавшую моей знакомой. Гротескная, напоминающая гигантскую дубину, от неё веяло столь знакомой, жуткой силой, что я мог узнать её среди тысяч оттенков.

После моего контакта с Бесформенным Идоном проекция Великой пока не показывала себя, но, очевидно, продолжала незримо участвовать в происходящем, как-то влиять на события. Нейтральный наблюдатель с собственными целями.

Я, Песочный человек; королева Ярнам, пославшая того, кто имел связь с Великой Ибраитас; Айлин, поклоняющаяся мне, но служащая целям Присутствия Луны и даже Логариус, незримо связанный с Церковью, тем самым создавая ещё больше связей.

Мы все так или иначе были связаны друг с другом, наши интересы пересекались, мы вступали в конфликты и сотрудничали.

Всё же, наш городок был одной большой деревней. Как очаровательно.

— Выглядишь усталым, друг, — с улыбкой произнёс я.

— Моё имя Валлар, — прошептал старческий голос. — Я проведу тебя, Песочный человек…