Жрец Хаоса. Книга ХI (СИ) - Борзых М.

— Договорился, обещался вскоре разбудить нашу серебряную барышню, — буркнул Линтхаэль, которому не нравилась отведённая ему роль. Друг всё делал его руками. В случае чего и свалить всё мог тоже на него. Такая перспектива друида не радовала.

— Когда? — деловито уточнил лекарь.

— Через два дня. Может, раньше, если успеет решить все свои дела.

— Ну что ж… — Эльтрандуил облизнул пересохшие губы. — Тогда подождем.

— Подождем, — кивнул Линтхаэль. — Вот только в этот раз первый буду я. Ты попробовал — у тебя ничего не вышло. Моя очередь.

В его голосе прозвучало предупреждение. Эльтрандуилу подобные условия не нравились, как и тон, которым они ставились. Но архимаг понимал, что спорить сейчас не стоило. Но это не означало, что сам Эльтрандуил в нужный момент не воспользуется сонными чарами в адрес друга, чтобы самому закончить начатое. В книгах сказано, что первое дитя у духов самое сильное. И это дитя должно иметь кровь Эльтрандуила. Сейчас же нагнетать обстановку было бы просто глупо. Он уступил, спрятав амбиции глубоко внутри.

Глава 5

Бьерн Утгард поиздевался надо мной от души. Впереди был почти семичасовой перелёт в Стокгольм, поэтому предок меня не жалел. Элементарная магия: вихри огня, каменные иглы, воздушные кулаки, водные плети били лишь цветочками. Ягодками пошли удушье, нападение всевозможных тварей, исчезающие подо мной точки опоры. А ведь нужно было держать концентрацию, быть отстранённым, не материться, опять же, и удерживать перед собой тончайший щит хаоса. Его-то как раз я смог воспроизвести достаточно быстро. Ведь именно на его примере Бьерн Утгард когда-то показывал мне принцип построения щита для бабушки перед литургией в храме Ордена.

Сейчас же щит мне дался, пусть и не с первого раза. Правда, напитывал я его пока с избытком, не дозируя силу, так что летящие в меня конструкты частенько рассыпались прахом, не долетая к цели. А вот удерживать щит выходило далеко не всегда. Именно поэтому я и огненным шаром в лицо успел получить, и задницу мне молнией поджарили, и в яму я проваливался, благо хоть не на заострённые колья. В общем, предок издевался надо мной по-всякому. Причём я точно знал, что где-то из темноты за моей тренировкой наблюдают и мои создания.

Под конец я чувствовал себя не просто вымотанным, а как будто меня заново в комары взялись готовить. Я невольно задумался, что это за воспоминание всплыло у меня в памяти. Бег по болотам в полной выкладке, полосы препятствий, оказание помощи раненым без магии и всё это в пространстве, где совершенно не было доступа к родовым магическим силам. Носился я среди древних лесов по болотам да по горам не один, а в компании стайки молодёжи, с тактическими рюкзаками, и учился выживать даже с блокираторами магических сил на руках. Тогда нам тоже казалось, что мы скорее сдохнем, чем сможем выполнить все нормативы, установленные славными комарами. Но почему комары?

«Наверное, оттого что по болотам гоняли, — хмыкнул я. — Или оттого, что магией крови владела наша семья».

Опять же вспомнилось упоминание иномирного брата: тот-то как раз магией крови владел, в отличие от меня.

«Выходит, комары — это было что-то вроде кровососов или кровопийц. Этакое саркастическое название для магов крови», — мелькнула у меня догадка, но всё же радовало, что получение силы частично разблокировали воспоминания. Вполне возможно, что мне, благодаря хаосу, удалось частично обмануть систему. Первородный мне давал выбор: знания или сила, я выбрал силу, но по итогу бонусом получил ещё и отрывочные воспоминания из прошлого. Возможно, и что-то более серьёзное вспомнится. Пока же нужно осваивать новую силу и заодно пообщаться с тем, кто веками и тысячелетиями пользовался силой рассвета и заката. Вот уж кто меня со второй стихией примирить может и научить с ней обращаться. Где бы на это всё время найти?

В любом случае из моего собственного Ничто выдернул меня Гор. Потормошив меня и увидев, что я тяжело пришёл в сознание, мой спутник сообщил:

— Мы подлетаем к Стокгольму. Приходи в себя. А то у тебя вид такой, будто ты не отсыпался, а марш-бросок делал.

— Как-то так я себя и чувствую, — не стал я отпираться.

Даже хотел было потянуться за очередным эликсиром, но увидел, как моя химера отрицательно качает головой. Ещё не хватало подсесть на эту дрянь! В академии нам говорили, что постоянное использование подобных эликсиров не проходит даром. Руки сами потом тянутся, и маги подсаживаются на алхимию не хуже зависимых. У таких магов источник со временем будто бы атрофировал собственные способы восполнения резерва, полностью переходя на заёмные. Для любого мага подобный диагноз равносилен профнепригодности.

Сколько живу, столько и буду восхищаться прикладным аспектом магии иллюзий. Должный уровень владения овеществленными иллюзиям сильно облегчал жизнь любому магу. Как пассажир второго класса на питание я не мог рассчитывать в полёте, а вот как маг иллюзий побаловал себя свежесваренным кофе и парочкой бутербродов с красной рыбой, маслом и зеленью.

Привести себя в порядок помогли бытовые чары, которые нам на одном из общих факультативов демонстрировали наши самородки из народа. Очень удобная и практичная магия. Завершив утренний моцион, я отправился на пассажирскую палубу. Там как раз открыли бронеставни для того, чтобы пассажиры могли полюбоваться утренними видами северной столицы. С учётом того, что сам Стокгольм находится на побережье Балтийского моря, меня привлекли не городские пейзажи, а морские.

Видимо, последствия действий наших северных магов докатились и сюда. Кораблей в Стокгольме было столько, что утлой лодчонке между ними не проплыть. Дирижаблей в небе тоже кружило изрядно. Почему-то я был уверен, что подобного ажиотажа столица не видела давно.

Как ни странно, но, перейдя на магическое зрение, я заметил яркие точки на трёх кораблях и одном из дирижаблей. Магический потенциал присутствующих там магов явно превышал мощность всевозможных защитных и охранных систем. Чуть-чуть напрягая зрение, я увидел, что вообще-то эти точки находятся на кораблях, ходивших под флагом Османской империи.

— Вот тебе на, — хмыкнул я. — Это выходит, что османы, спасаясь от льда, пришли в порт Стокгольма?

Хотя, если подумать, это было разумное решение. С учётом того, что у немцев в северных землях имелись маги льда, вполне вероятно, что османы решили через немцев нанять оных для того, чтобы те слегка вмешались и пробили им коридор среди балтийских льдов для выполнения задачи по отвлекающему манёвру. Но, судя по увиденным мною цветам аур, магов со схожей с Ермолаем Морозовым аурой здесь не наблюдалось. То есть выходит, что Савельев очень даже верно рассчитал, стянув силы магов на какое-то собрание, вместо того чтобы те пытались пробивать наши тактические заграждения.

А между тем дирижабль пришвартовался к причальной мачте, а работники порта принялись споро опустошать трюмы воздушного гиганта.

Пассажиры по одному покидали пассажирскую палубу. На входе всех прибывших встречали представители воздушного порта. У каждого прибывшего уточняли цель визита, при этом поглядывая на артефакторное колечко, работавшего явно в качестве портативного анализатора лжи. При этом за опрашиваемыми находились бравые ребята с магическим потенциалом от пятёрки в качестве силовой подмоги.

Очередь дошла до меня, и я на ломаном датском ответил, что прибыл продать замороженную кровь ледяных виверн. Выражение лица опрашивающего тут же изменилось с хмурого на заискивающе-радостное. После чего мне настоятельно рекомендовали воспользоваться сопровождением короны и проследовать к ближайшему алхимическому месту скупки. Идиотом я не был, прекрасно осознавая, что сумму в порту мне предложат кратно меньшую, чем в реальности стоила кровь виверн.

Но привлекать к себе внимание не хотелось, а потому я прикинулся наивным дурачком, который согласился и действительно пошёл едва ли не под охраной двух магов-служителей порядка в ближайшую алхимическую лавку, находящуюся здесь же, на территории воздушного порта. Но далеко уйти мне не дали. Буквально метрах в трёхстах от дирижабля меня окликнули: