Глава пятая
Тишина продолжалась долго, непозволительно долго. На Высокий дом напали, а его глава и первый союзник молча смотрели друг на друга, упуская драгоценное время. После атаки Дома Тысячи Дверей мы заметно укрепили барьер, но он всё равно не мог выдержать совместного натиска двух сильнейших великих домов. Промедление могло стоить десятков жизней, оно могло стоить нам поражения и полного краха.
Нужно было что-то сказать. Разобраться, осознать, что весь этот исключительно странный и тревожащий диалог был лишь недопониманием.
— Она отошла, когда я подошёл к столу, так? — спросил я. — Постеснялась незнакомца, решила не мешать.
Асфар отрицательно качнул головой. Ладно, пожалуй, это было бы слишком просто.
— Астральная связь, — не сдавался я. — Гарра сидела у тебя на плече в виде проекции.
— Она не владеет этой техникой, — тихо отозвался он. — Я и сам впервые смог её применить с подсказки госпожи Литы. Гарра была там, Вик, мне едва удалось её протащить. Она говорила с тобой. Вспомни!
Я по-честному попытался вспомнить. Первый раз, когда я посетил бал Знающих, всё ещё будучи зелёным новичком в деле хозяйства над странным замком. Вспомнил письмо Анны, автомобиль Бенедикта, меняющие внешность маски. Церемония открытия, искажённая музыка высших сфер, кровавое безумие танца. Пронзительный глас Герольда, вальс, исчезновение Анны…
На миг мне в самом деле почудилось, что у случайно выбранного стола в самом деле стояли двое. Высокий парень, темноволосый, худой и измученный на вид, а рядом с ним — девушка, похожая на него, как две капли воды. Только маски у них были разные — у Асфара чёрно-белая, у Гарры…
Образ развеялся, исчез и стёрся, стоило хоть чуть-чуть на нём сосредоточиться. Нет, Асфар стоял за столом один, и он смертельно скучал, сгорбившись над своей тарелкой. Я никогда не замечал его в таком состоянии, когда он находился рядом со своей сестрой.
— Прости. — наконец сказал я.
Господин Высокого дома поднял на меня жёлтые глаза — и впервые за всё наше знакомство я увидел в них отблеск гнева. Асфар никогда раньше не злился, или же не показывал виду, и уж тем более его злость не была направлена на меня.
— Так, значит? — спросил он с напором. — Не помнишь? Похоже, Гримёр всё-таки повлиял на тебя. Подчистил память.
— По-твоему, я сам об этом не подумал? — хмуро сказал я. — Но тебе не кажется, что это звучит как-то странно? Допустим, мне промыли мозги, пока я пускал слюни на полу, так почему не привили любовь к Князю? Не заставили отдать Полночь? Откуда такая… специфика?
Пространство вокруг нас содрогнулось. Уже не только барьер — весь Высокий дом застонал от удара, будто пережил прямое попадание крылатой ракеты. Дом Расколотого Неба вроде не участвовал в атаке, но кто знает, у кого Бесконечный дом и Жёлтый Венец могли закупиться технологиями?
— У нас больше нет времени это обсуждать, — сказал Асфар, и от меня не ускользнула тень облегчения в его голосе. — Нас уже заждались.
Он отвернулся и зашагал вперёд — точнее, попытался зашагать, если бы я не удержал его за плечо. Неизвестно, кто из нас двоих удивился сильнее.
— Нет, — возразил я. — Нет, самое время обсудить сейчас. Мы не знаем, чем кончится атака, верно? Кто одержит верх, кто останется жив, и когда мы ещё поговорим.
— Ты обезумел? Мы должны…
— Почему на Высокий дом напали? — резко спросил я.
— Потому что весь Синклит увидел твою стычку с Гримёром, — не менее резко ответил Асфар. — Услышал его крики!
— И что, он прямо представился? Разъяснил всем желающим контекст, прежде чем исчезнуть? Но допустим, допустим всё было именно так. Почему нападение в такие сжатые сроки? Да, они могут победить, могут сравнять твой дом с землёй, но они знают, что понесут серьёзные потери. Станут уязвимы для конкурентов.
Асфар не ответил сразу, и я безжалостно продолжал.
— Ты сам говорил, что в сезонной бойне для любого нападения нужен лишь повод, а причина будет другой. И основная причина всегда одна.
Причина, ради которой магократия Риида истощала, отравляла, разрушала собственный мир на протяжении многих веков. Причина, почему власть Князя в Жёлтом считалась абсолютной, а ему молились, как божеству. Заветный приз, способный изменить всё, затмевающий рассудки и разбивающий сердца. Исполнение желаний.
Приз, на котором лежало проклятие — он принимает облик чего-то привычного, существующего годами, десятилетиями. Все, кто оказался подвержен его чарам, были готовы поклясться на крови, что помнят его всю жизнь.
Приз, способный обратиться не только предметом, но и живым существом.
— Дар не может быть здесь, — наконец сказал Асфар. — Я же говорил, я перепроверил все возможные варианты. Мы трусили, ушли в глухую оборону, мы заключили союз с Полуночью. Никто, не при каких обстоятельствах не получал дар при малейшем недовольстве Князя. Это попросту против правил.
— Это последняя бойня, — напомнил я. — Правила изменились, правил больше нет.
— Теперь ты веришь нашим врагам? Ридвану, что призвал на твою голову Князя⁈
— А ты нет? Ты слушал его вместе со мной и даже не подумал уличить во лжи.
— Мало чести дискутировать с безумцем.
— Возможно, — тихо сказал я. — Но тогда скажи мне ещё кое-что. Зачем ты пошёл на тот бал, Асфар?
— Найти новых союзников!
— В самом деле? Арифу ты говорил другое. Ещё раз — зачем ты пошёл на тот бал?
— Найти… — он ощутимо запнулся, но всё-таки закончил фразу. — Найти… новую семью.
— Зачем тебе новая семья, когда у тебя была Гарра?
Тишина вновь обрушилась на нас — болезненно-тяжкая, пока на лице моего друга гнев сменялся растерянностью, страхом, а следом — окончательным осознанием. Осознанием, с которым пришла невыносимая боль.
— Я не отдам её, — сказал он хриплым шёпотом. — Слышишь? Не отдам.
— Если вы останетесь здесь, её захватят — так или иначе.
— Мы сбежим. Я знаю места, где можно укрыться — места, где нас не найдут.
— Тогда Высокий дом падёт, — сказал я со спокойствием, которого вовсе не испытывал. — Следом падёт Риид, а за ним и Полночь. Что я смогу противопоставить Князю без тебя, друг мой?
Он хотел сказать что-то ещё, продолжить спор, хоть немного, но оттянуть момент неизбежного. Но вместо этого сзади нас раздался другой голос — чистый и твёрдый.
— Я всё слышала, — сказала Гарра. — Я слышала, и готова принять судьбу.
— Безумие, — пробормотал Асфар. — Безумие проникло в мою семью. Гарра, послушай меня…
— Мы ещё поговорим, брат мой. Я буду ждать у водоворота душ.
Асфар бросился к ней, но она уже исчезла во вспышке внутреннего телепорта. Он сделал пасс руками, затем ещё раз — быстрее и злее, а затем бросился бежать по коридору. Похоже, Гарра закрыла для брата возможность попасть в сердце Высокого дома иначе, как на ногах. Я бросился следом, всей кожей ощущая силу очередного удара по защитному барьеру.
Водоворот душ Высокого дома представлял из себя сравнительно небольшой зал с рунами, покрывающими стены и потолок, да чёрным колодцем в центре. Только плескалась там не вода, а чистейшая энергия душ, наполняющая окружающее пространство ни с чем не сравнимой аурой. Не самое приятное, чувство, надо сказать — как будто пытаешься дышать полной грудью при температуре минус сорок, и ощущаешь, как воздух чуть ли не замерзает у тебя в лёгких.
Гарра сидела на краю колодца, свесив ноги. Увидев нас, она смущённо улыбнулась.
— Простите, что заставила бежать, ещё и в такой момент. Пришлось действовать быстро, чтобы выстроить базовую защиту.
Асфар слегка побледнел, но всё-таки щёлкнул пальцами. Ничего не произошло.
— Второй раз — и я прыгаю, — спокойно сказала Гарра. — Или если попробуешь что-то ещё. У нас мало времени, и лучше потратить его на настоящие слова.
— Сестра моя… — только и выдавил из себя Асфар, примиряюще поднимая руки. Его ладони заметно тряслись.
