— Амброс нашел свою маму и стал счастливым, поэтому немножечко забыл старых друзей, – пояснила я. Эта девочка все больше мне нравилась.
— Да, леди Мэрит, я понимаю. Поэтому и не приходила – не хотела вам мешать.
— Теперь ты можешь приходить к Амбросу в любое время, правда, Эрменеджилд?
— Я ей никогда и не запрещал, – подтвердил дракон. – И не понимаю, почему она боялась говорить о Ферране.
— Вы не взяли его с собой из приюта, и я решила, что Вы не любите оборотней.
— Я сам оборотень, только несколько иного рода. В тот день мы его не нашли, хотя обыскали все. Амброс очень расстроился из-за этого. Я бы оставил Феррана, но сначала хочу понять, насколько он опасен.
— Но Вы разрешите ему пожить здесь? – с надеждой спросила Каталина. – Я буду кормить его сама, как и раньше. Он не доставит вам хлопот.
— Он уже доставил нам хлопоты, но мы подумаем, Каталина. А теперь иди спать. Спокойной ночи.
Девочка послушно присела в книксене, попрощалась и вышла.
— Ты же не думаешь всерьез о том, чтобы выгнать мальчика? – спросила я. – Однажды его уже бросили, ты не можешь его предать. И ты мог бы научить его контролю над зверем.
— А, по-моему, Мэрит, ты гораздо лучше подходишь для этой роли, хоть ты и человек. Только не забудь потом, что, если вы с Амбросом уедете, Феррану будет очень плохо.
Я промолчала, не желая продолжать этот разговор, к тому же преждевременный. Появление еще двух детей в замке совершенно выбило меня из колеи. Кажется, теперь у моего сына стало еще больше причин, чтобы остаться.
— Давай спать, Джилд, – устало сказала я. – Разберемся со всем завтра.
Дракон метнул на меня виновато-сочувственный взгляд.
— Ты права, тебе нужно отдохнуть. Пойду за постелью, а ты переодевайся и ложись.
Он вышел, а я подумала, что не смогу спать в его присутствии в ночной рубашке, и не стала разоблачаться. Просто не буду накрываться одеялом, и мне не будет жарко. Можно стерпеть любые неудобства, лишь бы не вызвать у него желание. Хотя, судя по сегодняшнему поцелую, моя хитрость не сработает. Ну и пусть, зато мне так спокойнее.
Я легла рядом с Ферраном, закрыла глаза и провалилась в сон. И не услышала, когда вернулся Эрменеджилд.
Глава 8
Утром я проснулась от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Я приоткрыла один глаз и увидела Эрменеджилда, который стоял в изножье кровати и разглядывал меня спящую.
— Доброе утро! – улыбнулась я и села на постели. – Почему ты разглядываешь меня, словно я шедевр мировой живописи?
— Доброе утро, – отозвался дракон. – Ты знаешь, Мэрит, что, когда ты спишь, подкладываешь руку под щеку? Вот так.
Он приложил ладонь к своей щеке и наклонил голову в сторону, изображая спящего. Я не выдержала и рассмеялась, так забавно это выглядело.
— А я-то думала, что раз я дочь графа, то и сплю как леди. Ты отлично меня передразнил, я оценила.
— Я всего лишь восхищался твоей непосредственностью. Ты всегда была не такой, как другие девушки твоего круга, более живой и настоящей. Не представляю, чтобы хоть одна из них взяла под свое крыло оборотня.
Я взглянула на соседнюю подушку – Ферран все еще спал, раскинув руки в стороны и хмурясь даже во сне.
— Просто мне стало его жаль, Эрменеджилд. А ты с утра расточаешь комплименты, дракон? Кстати, как тебе спалось на полу?
— Бывало и лучше, – притворно опечаленным голосом ответил он. – Я всю ночь ворочался, ведь ты была так близко.
— Ты же не юнец, который не в состоянии сдерживать желания. Что с тобой происходит, Эрменеджилд? Вчерашний поцелуй так раззадорил тебя?
Дракон оставил шутливый тон и серьезно сказал:
— Мне казалось, вчера мы выяснили, что оба не против поцелуев. Почему ты так отчаянно сопротивляешься своим чувствам?
— Чувства? Моя "бездна порока", как ты вчера выразился, не имеет никакого отношения к чувствам. Я утратила способность любить мужчин в день, когда ты меня бросил, дракон.
— Я уже говорил, что не бросал тебя. Были... обстоятельства.
— Обстоятельства? – я в волнении встала и подошла к нему, чтобы не смотреть на него снизу вверх, – разговор выходил очень занятный. – О, интересно, какие же? Ты пресытился любовью человечки? Мой отец предложил тебе деньги за твое исчезновение? Даже не знаю, что еще могло случиться.
— Драконы не берут денег, во всяком случае, честные драконы, к каким я себя причисляю. И я сам могу купить все поместья твоего отца, вместе взятые, Мэрит. Дело не в этом.
Эрменеджилд злился, и глаза его мерцали, меняя цвет с карего на желтый, а зрачок то вытягивался в тонкую линию, то снова становился круглым.
— Тогда почему? – выпалила я, тоже заражаясь его злостью и повышая тон. – Почему ты ушел и пропал на долгие годы? Понимаю, ты не хотел жениться, но можно было расстаться по-хорошему.
Эрменеджилд непонимающе глянул на меня, потом его взгляд прояснился.
— Твой отец не сказал тебе? Этого следовало ожидать. Я просил твоей руки у графа трижды, но он отказал мне. Браки между людьми и драконами ни в Ахмадоре, ни в Керимере не поощряются, хотя официально и не запрещены. Тогда я пошел к Его Величеству Эдварду I, королю Ахмадора. Я думал, он не откажет послу Керимера, и вначале он был настроен благожелательно. Пока не узнал твое имя, Мэрит, после чего понес какую-то чушь о родительских правах и невмешательстве в личную жизнь подданных. Позже я узнал, что ты должна была выйти за герцога Морельского.
— Герцога Морельского? Он дальний родственник короля, вдовец лет 50. Но я все равно не понимаю. Такой брак более выгоден моему отцу, чем герцогу.
— Не знаю, – ответил Джилд, – в любом случае в дело вмешался ребенок, и ты избежала страшной участи быть замужем за стариком.
— Ты мог сказать мне об этом прямо, честный дракон, – съязвила я.
Не знаю почему, но мне до сих пор было больно говорить о прошлом.
— Это еще не все, Мэрит, – глухо произнёс Джилд. – Ваш король отказался заключать торговый договор с Керимером, и я провалил свою миссию. А когда драконы узнали, по какой причине, я попал под домашний арест, и только через год наш правитель Элхан снял его. Но и после этого я не отказался от мысли о женитьбе на тебе. Только...
Он замолчал, отведя глаза в сторону. Я поняла, что продолжения не дождусь, и потребовала рассказать все до конца.
— Драконы были враждебно настроены к тебе, а я хотел, чтобы они приняли мою жену как равную. Конечно, мы могли бы поселиться в другой стране, где нам пришлось бы скрывать наши личности. И то и другое меня не устраивало, потому что ты не была бы счастлива ни в первом случае, ни во втором.
— Конечно, ты прав, Джилд, – признала я. – Вот только почему ты заранее решил все за меня?
— Я виноват, – помолчав, признал дракон. – Я думал, что забочусь о тебе, а на самом деле просто струсил. Но теперь ситуация изменилась: драконы примут тебя, не могут не принять.
— Почему же они должны изменить свое мнение?
— Потому что они узнают о нашем сыне. И не посмеют выгнать его мать из Керимера.
— Вот как? Я, значит, всего лишь мать твоего ребенка? И поэтому мы должны быть вместе? А мое счастье тебя уже не волнует? Даже если драконы меня примут, я все равно никогда не стану своей среди них.
— Мы должны быть вместе, потому что ты мне нужна, Мэрит. И всегда была нужна.
Я открыла рот, чтобы возразить, но тут завозился Ферран.
Я склонилась над ним, улыбнулась как можно приветливее.
— Доброе утро, Ферран! Как ты себя чувствуешь? Хорошо?
Мальчик уставился на меня и медленно кивнул.
— Замечательно! Ты, наверное, хочешь есть? Сейчас я попрошу что-нибудь принести сюда. Ты любишь мясо?
Мальчик снова кивнул и сел на постели. При свете дня его внешний вид вызывал еще больше жалости – худоба, грязь и спутанные волосы еще сильнее бросались в глаза.
— Эрменеджилд, – попросила я, – пожалуйста, распорядись, чтобы завтрак на двоих подали в мою комнату. А после завтрака, Ферран, мы тебя подстрижем и искупаем. Ты же не против?
