* * *
Если вы думаете, что это была безобидная палочка, то отнюдь. Это была метровая штука с набалдашником на одном конце, тяжелая, острая, при этом достаточно гибкая.
Госпожа Льорон ударила меня указкой по руке, и на ней тут же набух след, как от хлыста.
Какое-то время я смотрела на него, не веря своим глазам, потом подняла взгляд на женщину. Та стояла, глядя на меня с брезгливостью, в полной уверенности, что ей за это, как обычно, ничего не будет.
— Значит так, уважаемая. Если вы полагаете, что я позволю так с собой обращаться, то вы ошибаетесь. Во-первых, я отпишу графине, — начала я. Женщина вздернула подбородок и ухмыльнулась. Ясно, графиню она не боится. — И сообщу о вашей вопиющей некомпетентности. Если у вас нет других аргументов, кроме рукоприкладства, то вам не место на подобной должности. Кроме того, предупреждаю, что если вы еще раз позволите себе такую выходку, то я буду вынуждена принять меры по самозащите. А теперь покиньте, пожалуйста, мои покои.
Внутри меня плескалась ярость. Как густая черная жижа, она готова была выплеснуться наружу и затопить собой все вокруг. Но я привыкла держать эмоции под контролем и не давать им спуска. К тому же подобным проявлениям чувств не место в королевском дворце. И как бы я ни хотела сломать указку о голову дамочки, вряд ли это сойдет мне с рук.
А вот мадам так не считала:
— Да что ты себе позволяешь, нищее отродье! Здесь командую я, — она снова замахнулась указкой.
Двигаться в теле Айны мне до сих пор было нелегко, но я сумела шагнуть навстречу, перехватить и даже вывернуть женщине руку.
Она взвизгнула, когда я усилила нажим, и выронила указку. Дальше я поступила нехорошо, но у меня не было выбора. Тетка решила травить беззащитную и безответную девушку, которой я старательно прикидывалась, но я этого позволить не могла.
Поэтому я толкнула ее в спину, подставила подножку, и когда та упала, я сначала сломала об колено ее указку, а потом бросилась поднимать эту с… самоуверенную женщину.
— Помогите кто-нибудь, — закричала я. — Что же вы так неосторожно, госпожа Льорон? Посмотрите, указку свою сломали, ай-яй-яй. Вы бы очки поменяли, а то не видите совсем ничего, на ровном месте падаете. Может, у вас головокружение? Вы беременны? Может, нюхательных солей? Помогите кто-нибудь, ее надо усадить на диван.
Перед ворвавшимися на мой крик придворными я изображала встревоженную наседку.
— Ах, позовите кто-нибудь доктора! Вдруг госпожа в положении и младенчик может пострадать? — требовала я.
Тут же все принялись смотреть на нашу надзирательницу оценивающе. «Неужели она и в положении? От кого?» — явственно читался вопрос на их лицах.
Льорон попыталась обвинить меня в том, что я напала на нее. Но я не дала ей шанса.
— Да вы никак не в себе, госпожа! Все знают, что я не могу руку даже поднять, — я продемонстрировала перевязь. — Наверное, помутились рассудком от страха. Потерпите, вам сейчас помогут.
— Ты все врешь! — кричала мерзкая тетка, пытаясь вцепиться в меня ногтями. Я отошла, бормоча, что в ее положении всяко бывает, и тут подоспел доктор:
— Что вы говорите, госпожа Льорон беременна? Какое счастье, поздравляю! Срочно разойдитесь, ей нужно больше воздуха.
Он разогнал толпу, накапал рыдающей женщине капель и, когда она уснула, велел не беспокоить ее, потому что у бедняжки нервный срыв.
— Не сомневался в вас, — шепнул он мне напоследок.
Глава 8. Гном
Чтобы не беспокоить «бедняжку Льорон», пришлось собираться и идти гулять в парк. Кузина, ворвавшаяся в мои покои в числе первых, увязалась со мной.
— Айна, ты понимаешь, что тебе тут не место? — спросила она, когда мы отошли подальше от прочих разодетых курочек, устроивших променад под окнами дворца.
Наш король был вдовцом, а еще две жены он сплавил в монастырь. Но про него никто не говорил, что он проклят. И сейчас был свободен в выборе как супруги, так и фавориток. Вот девушки и старались произвести впечатление, авось и не придется никуда ехать.
— Да, понимаю, — кротко согласилась я.
Мне вообще не место в этом мире, я понятия не имею, как я тут оказалась, если меня сбила машина, и я отчетливо это помню. Наверное, это все-таки переселение душ.
— Ты должна отказаться от поездки и вернуться домой, — продолжала сестрица.
— Но кто же тогда будет участвовать от нашей семьи? — деланно удивилась я. — Я не могу подвести вас, вдруг его величество осерчает?
— Не осерчает, — сестрица подхватила меня под руку. И прошептала таинственно, но с гордостью: — Вместо тебя участвовать буду я.
— Но это же страшные варвары! — сказала с паникой в голосе, приложив руку к груди для достоверности. — Они превращают юных дев в ледяные статуи.
— Глупости все это и выдумки. Наоборот, они осыпают своих избранниц драгоценностями и золотом, выполняют все их желания, и те живут у них, ни о чем не тревожась и целыми днями слушая пение райских птиц, — с придыханием поведала мне сестрица, закатывая глаза от восторга.
Ох, сдается мне, какая-то неверная у нее информация. Но мне без разницы, откуда у нее такая чушь в голове.
— Я бы с удовольствием, но тетушка мне этого не позволит. Она строго-настрого велела делать все, как мне велят, — с притворной покорностью сказала я.
— Так я и велю тебе, дура, возвращайся домой, — вспылила сестра, топнув ногой.
— Извини, не могу.
— Ах так, ну ладно же! — Девушка сжала кулаки и убежала обратно во дворец.
Я постояла, глядя ей вслед, потом плюнула на ее закидоны и продолжила прогулку в одиночестве.
— Эй, девица! — окликнули меня из кустов.
У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела того, кто там притаился. Серьезно, гном? Прямо натуральный, с бородой и в кафтане.
— Добрый день, уважаемый, — чуть поклонилась я.
— Добрый, — немного удивленно ответствовал мужичок, ростом мне по грудь.
Некоторое время мы рассматривали с интересом друг друга, потом гном, сунув руки за пряжку ремня, спросил строго:
— Так чего, будешь книжки брать?
Книжку хотелось, но мне денег с собой выделили всего пару медных монет. Вроде как мы на содержании короны.
— У меня денег нет, — призналась я.
Гном подумал, почесал затылок.
— А заработать хочешь?
Заманчиво. Кивнула на скамейку, приглашая присесть рядом.
Гном шустро взобрался и устроился рядом.
— Короче, девица, надо книжки продать.
Он распахнул полы камзола, и там, с внутренней стороны, были пришиты резинки, а в них находились книги небольшого формата, чуть больше ладони, преимущественно с целующимися парочками на обложке.
— А про то, что варвары осыпают своих наложниц золотом, у вас есть книжка?
— Конечно! — Гном лихо извлек одну из брошюр и вручил мне. — Лучше всего ее берут.
Еще бы — там на обложке мужчина сидел у женских ног и, скорее всего, массировал ей стопы. Вздохнула. Откуда ветер дует — ясно, а вот что с этим делать — нет.
— Здорово, но у меня вряд ли купят. Вид продавца не презентабельный, — я показала на руку на перевязи.
Задумался, разглядывая меня.
— Ну да, видок у вас, барышня, так себе. А так согласилась бы?
— Отчего бы нет? — сказала я.
— Слово? — Гном смотрел на меня вполне серьезно.
— Слово!
— Таки ладно, через час тут будь, мы тебе лоску наведем, — сообщил он, спрыгивая со скамейки и указывая на нее пальцем.
Он потянул меня за руку, заставляя встать, обошел по кругу, оценивая мой вид, кивнул своим мыслям, еще раз велел быть тут через час и ушел. Даже книгу не забрал.
Ну раз так… Я открыла первую страницу.
— Госпожа, вот вы где! Боги, что у вас с рукой? — воскликнула Алика, нарушая мое уединение как раз в тот момент, когда герой истории, стоя на коленях, уговаривал героиню стать его наложницей, обещая каждый день дарить ей по изумруду или гранату.
Героиня ломалась и говорила, что она «не такая». Герой щедро добавил обещание, что есть она будет только на золоте. А сдалась или нет девушка, я так и не узнала, потому что горничная уселась рядом и принялась осматривать след от удара указкой.
