Госпожа из Арленсии. Дилогия (СИ) - Моури Эрли

– Мне плевать на твой сундук! Я тебя ненавижу! – она топнула ногой и заскрипела зубами. С минуту стояла, скрючив худые, но очень сильные пальцы и глядя ему в след. Затем прислонилась лбом к мачте и стояла так, кусая губы и долго борясь со слезами.

Когда подошел боцман и спросил, что случилось. Мольда, резко повернулась к нему и едва не схватилась за нож.

– Исчезни в бездне! Вон с глаз моих! – вскричала она.

Матросы, игравшие рядом в турго, привстали и замерли. Боцман, пожав плечами, спешно направился к юту.

– Нехорошие дела, девочка, – сообщил Корманду, пройдя между ящиками и бочками, скрепленными такелажными веревками. – Не стой там! Волны нет, но рядом Акульи рифы – место дурное из‑за сильных течений. Рулевой может дать крутой поворот. К тому же погода здесь меняется вмиг, – пирату не нравилось, что арленсийка стоит близко к фальшборту – в этой части судна низкому, устроенному так для погрузочных работ. Бывали случаи, когда некоторые падали в море, при резком маневре судна или сильной волне – уж такое Корманду знал и видел своими глазами.

– Так что там с нашими делами? – Эриса, послушав его, отошла от борта и села на циновку, которую они сюда перенесли, случайно найдя в трюме.

– Мольда очень злая на меня и, конечно, тебя. Без шуток, эта стерва очень опасна. Даже не знаю, чего ожидать дальше, – он сел рядом, поправив бандану, стягивавшую угольно‑черные волосы. – За тебя беспокоюсь. Старайся не отходить от меня далеко. Я видел ее в бою, при абордаже – она верткая и прекрасно владеет ножом и саблей.

– Лучше меня? – без особого волнения спросила стануэсса. – Правда у меня нет ножа. Можешь для меня раздобыть?

– Да, сейчас схожу к Хулду, думаю, он выделит из своего арсенала. А лучше или хуже, не в этом вопрос, – он придвинулся к арленсийки и обнял ее. – Конечно ты несравнимо быстрее, если судить по тому, что я видел в тюрьме. Но опасность Мольды в неожиданности: она может подкараулить и ударить в спину. Запомни, детка, в нашем бесчестном пиратском мире любая подлость или обман не считается преступлением. Да, есть среди нас люди слова и чести. Кто‑то их уважает, кто‑то считает дураками или ненавидит, но почему‑то они не живут долго.

– Добудь мне нож и хороший ремешок, – попросила Эриса, водя пальчиком по синим завиткам на его руке.

– Да, я сказал, схожу к Хулду. Или, лучше, сходим вместе – сама себе выберешь. Он мне должен много чего и не откажет. Но вот что еще беспокоит, – Корманду на минуту задумался, слушая беспокойные крики чаек и поглядывая на едва видный в дымке берег, – когда мы приплывем на Курбу, там для нас двоих станет все еще хуже, чем есть сейчас. Горуму начнет требовать от меня, плыть за сундуком. А тебя они, возможно, попытаются убить или будут использовать как заложницу, чтобы с меня потребовать все, что им нужно. И мне, увы, нечем ответить. Ведь за спиной Горуму почти вся команда, – капитан ненадолго замолчал, собираясь мыслями. – Я вот как думаю: сразу по прибытию на Курбу, тебе нужно исчезнуть. Причем сразу! Неожиданно так сойти на берег, мол, водички свежей попить – надоела вонючая с бочек. А там ножками, ножками подальше в город. В городе быстренько потеряться от всей команды «Дарлона». «Дарлон» станет на якорь дня на три, чтобы ребята отдохнули в кабаках, девок полапали, попили брума. Так положено – святой пиратский закон. Но я настою, чтобы мы задержались подольше. Мол после тюрьмы душа Корму требует развлечений хотя бы дней пять‑семь. Пообещаю им, мол, как вдоволь напьюсь и натрахаюсь, то сразу поплывем на острова за сундуком. А ты, скажу им, очень хотела попасть в эльнубеский Ху‑Фу и, может, караваном двинула туда. Чтоб поверили и перестали тебя искать, нужно будет за ужином побольше болтать о Ху‑Фу. Там есть на что посмотреть: Пирамиды, древние нубейские святыни и дворец.

– Ты сказал, что на Курбу будешь пьянствовать и трахаться. Со шлюхами по тавернам, да? – глаза Эрисы будто потемнели, и в душе шевельнулась обида. – Я тебе стану больше не нужна?

– Как же не нужна, детка?! Мы же договорились, что вместе добудем сундук. Или ты сердишься, что я буду девок по тавернам лапать? – Корманду убрал ноги с палящего солнца и прислонил спину к бочке.

– Да, мне это неприятно. Я не хочу быть девочкой на пару трахов, – Эриса отодвинулась от него и отвернулась к морю.

– Аленсия, дорогая, не злись. Лапать девок по тавернам – это будет сказано Горуму для отвода глаз. Чтобы он поверил, будто мы с тобой разбежались. Слышишь, Аленсия, – он обхватил ее и прижал к себе.

– Допустим так. Будешь слоняться по кабакам да тавернам, как ты выразился для отвода глаз. Потянешь ты время эти пять‑семь дней, а дальше что? – госпоже Диорич планы пирата представлялись смутными и тревожными. Одно его пожелание «потеряться в городе», чужом, полном пиратов и работорговцев как бы не казалось приятным.

– За это время я очень постараюсь тайком найти корабль и команду на него, – Корманду представлял, насколько сложна такая затея. В порту Курбу пиратское братство отлично знало его и, разумеется, Горуму. Вдобавок слухи среди этого люда распространялись стремительно и опасно, точно выстрелы хорошего арбалета. Скрыть от Горуму, что он ищет корабль с командой, чтобы тихонько отплыть с Курбу, очень быстро достигнут капитана «Дарлона». Вот тогда его, Корму, силой доставить на когг, чтобы привязать к мачте и пытать до тех пор, пока он не согласится указать путь к острову с сундуком. А если к соседней мачте привяжут Аленсию, то дела станут совсем скверны. – Есть там у меня несколько знакомых. Надеюсь, они помогут, – сказал ярсомец, по виду арленсийки, понимая, что вся эта затея не слишком ее радует. Но иного выхода просто не было. – И вот что тебе надо запомнить… – продолжил он, – в северо‑западной части порта, там, где уже доки, есть такое замечательное место: таверна «В Горле Кость» – Горуму ее очень не любит. Как и вся его команда, после серьезной драки с командой Глупого Наурбо туда ни ногой. За стойкой там стоит мой неплохой знакомый, такой невысокий эльнубеец с лысиной и желтыми, болезненными глазками. Если мы потеряемся, то можешь обратиться к нему, сказать, мол, от Корму. Он подскажет. Может я оставлю у него записку для тебя или что‑то передам на словах. Теперь, детка, ты понимаешь как все непросто? Понимаешь, как мы нужны друг другу? Ты без моей помощи на Курбу не справишься, тебя там убьют или мигом превратят в шлюху, могут вообще с аукциона продать. И я без надежного человека, такого как ты беспомощен. Да, знакомые у меня есть, но сейчас не знаешь, кому можно довериться, а кому нет. Поэтому я буду договариваться о корабле через тебя, мол не капитан Корманду ищет судно. Все теперь понимаешь?

– Понимаю… – Эриса усмехнулась. – Я нужна тебе, чтобы трахаться со мной и потом помочь с кораблем. А то, что в чужом городе, полном собратьев пиратов, которые все как один, будут хотеть поиметь меня или что‑нибудь с меня – это все ты сам только что сказал. Если сюда добавить, что у меня нет ни салема в кошельке, даже самого кошелька, то… Надо продолжать?

– Девочка, зачем о всяком плохом. Я тебе подскажу, где можно будет скрыться и переждать, пока я тебя там не найду. Есть два места, позже нацарапаю что‑то вроде карты города и укажу их, – капитан, пятясь приободрить арленсийку, подмигнул ей – в исполнении его черных глаз вышло действительно забавно. – Пойдешь туда, скажешь, что от старины Корму, эти люди помогут, если будет им по силам. Ну, улыбнись, Аленсия.

– Так? – Эриса попыталась изобразить улыбку. – Как‑то все это тревожно, неопределенно.

– Но ты же не из трусливых, верно? Я знаю какая ты, – пират действительно знал: помнил как она держалась в тюрьме, в то время как ему самому было за нее страшно, и как держалась на «Фении» все дни их непростого плаванья.