Если, конечно, не брать в расчёт ещё один фактор.
— Асфар, — негромко сказал я. — Какое желание ты загадал?
— Я… не могу объяснить в точности, — сказал он, помедлив. — Но поверь, оно ослабило Князя и помогло нашему общему делу. Те… пять минут… я не придумал желание за них. Мы обсуждали с Гаррой все возможные варианты задолго до этого. Я просто выбрал тот, у которого есть шанс на успех.
Расплывчатая формулировка. Будь передо мной человек, которому я бы не доверял, стоило бы надавить — но Асфару я доверял полностью. У него была тысяча возможностей предать меня, чтобы получить благосклонность Князя, но он раз за разом доказывал свою преданность нашему союзу и нашей дружбе. Будем считать, что Асфар не хотел сглазить. Как в детстве — если рассказать желание, оно не сбудется.
В любом случае, пришло время всем нам двигаться дальше.
— Сроки? — коротко спросил я.
— Неделя на подготовку. Этого недостаточно для того, чтобы собрать все возможные силы, но дольше у Риида не будет.
— В таком случае, я возвращаюсь в Полночь, собираю отряд и жду сигнала.
Мы оба понимали, что мне придётся выступить, даже если сигнала не последует. Даже если Асфар не справится со своей миссией, придётся предпринять попытку штурма. Другого шанса и другого времени попросту не предоставится.
— Могу я попросить тебя задержаться ещё на пару часов? — тихо спросил Асфар.
Мы похоронили Гарру в роще на тихом берегу реки, куда она часто приходила в детстве. И неважно, что на самом деле этого не происходило, и Асфар не отправлялся искать младшую сестру, успокаивать её и возвращать домой. Что они не строили вместе планы на то, как все земли Высокого дома однажды станут такими же чистыми, как этот чудом уцелевший уголок старого мира.
Неважно, что мы закопали в землю простой браслет, некогда подаренный Асфару несуществующей сестрой. Для нас четверых она осталась той, что принесла себя в жертву ради своего дома, своего мира и своего любимого брата. Если в воспоминаниях существует какая-то сила, Гарра останется жить в них очень надолго.
— С возвращением, Вик.
— Привет, Кас.
В кои-то веки я больше мог не опасаться, что в Полуночи что-то капитально разладится за время моего отсутствия. Все основные механизмы работы замка были восстановлены, поток энергии от силовой вены поступал стабильно. Большинство ключевых комнат были очищены, их работа налажена, разве что между некоторыми стоило проложить более надёжные маршруты. Для обороны обитателей от опасных теней или внешних угроз оставался Жнец, гвардия, трое рыцарей Авалона, два молодых дракона и почти все активные слуги. Даже в лаборатории Бертрама сейчас трудилась Лаахиза, возглавляющая целую когорту учёных-некромантов пополам с бывшими жителями Авалона.
Наконец, о любых крупных проблемах мне бы тут же доложила Лита. Надо бы, кстати, не забыть расцеловать её, как и обещал, но сперва…
Я не успел додумать мысль — Кас уже оказалась у меня на коленях, её руки обхватили меня за шею, её губы жадно прильнули к моим. На исходе ночи тронный зал ещё не пустовал, и в былые времена одно это заставило бы кастеляна Полуночи вести себя строго сообразно этикету. Но даже если не учитывать то, что Кас была ещё и моей первой наложницей, мы оба просто невообразимо соскучились друг по другу. Это чувство лишь усиливал тот факт, что я проведу в родном замке не дольше недели, а затем снова исчезну — на совершенно самоубийственную миссию.
Пожалуй, если бы в зале и вправду бы никого не было, Кас бы даже не дала отнести себя на руках в спальню. Трон — не самое удобное место для секса, но определённо самое быстрое.
Возможно, в другой раз мы проверим это на практике, а сейчас «обойдёмся» удобством.
У меня было достаточно чёткое понимание состава грядущего штурмового отряда. Возникала лишь пара проблем, первая из которых — прямая телепортация на Йхтилл. Проще всего туда было попасть из Риида, но при этом напрочь терялся важнейший элемент неожиданности. Армия или нет, даже я один не мог бы просто воспользоваться основным телепортом Полуночи, чтобы перенестись в знакомые места мира Князя. Все маги моего замка во главе с Литой сейчас работали над этим вопросом.
Далее, все, кого я возьму с собой на эту миссию, будут в страшной опасности. Я в их числе, поскольку в своих владениях Князь в Жёлтом обладал абсолютной монополией на захват душ убитых врагов. И неизвестно, что случится с этими душами даже в случае падения владыки Йхтилла — я не имел права рисковать большинством своих подчинённых и друзей. С другой стороны, если лишить Полночь самых могучих её защитников, можно пропустить неожиданный удар в наше отсутствие.
Но если взялся бить — бить надо наверняка.
Первые кандидаты — Мордред, Кей и Галахад. Рыцари Авалона, мои названые братья и сильнейшие союзники. Когда-то очень-очень давно, отряд рыцарей во главе с императором Артуром уничтожил вечный замок Рассвет. Не самый благородный поступок, даже с учётом того, что авалонцев обманули и запудрили мозги магией, но более чем впечатляющий. Рыцари представляли из себя великанских, почти неуязвимых живых мертвецов с устойчивостью к магии и тысячелетиями боевого опыта. Более того, рыцарский кодекс чести подразумевал сражение со злом везде, где это возможно. Поход на Князя в Жёлтом был для моих братьев сродни священной миссии.
Также, если кинуть клич в Камелоте, не исключено, что к нам решат присоединиться и другие. Особенно те, кто считал, что не искупил вину за падение Рассвета.
Нелегко это признавать, но следующими кандидатами были Янтарь и Аврора. По своей природе драконы обладали неизмеримой силой — даже столь юные, как дети Эргалис. Несмотря на возраст, они побывали во множестве серьёзных сражений, в том числе напрямую противостояли лорду Бертраму, а после своего рождения изрядно попортили жизнь Альхирету. Пламя драконов не только было способно сжечь любые преграды, оно несло смерть Знающим.
Мне всё равно не хотелось брать своих приёмных детей, своих любимых драконят, которым едва исполнился год, в сердце чудовищного мира Князя в Жёлтом. Особенно учитывая то, что тот только и мечтал, чтобы наложить на них свои загребущие лапы. Но увы, если рассуждать непредвзято, шанс уцелеть у них был даже выше, чем у меня и всех рыцарей Авалона вместе взятых. Выжить — и испепелить проклятого владыку Йхтилла навсегда.
Наконец, завершающей в списке кандидатов стояла Адель вместе со всеми автоматонами, которых она может взять с собой. Механик Полуночи по мнению многих сверхъестественных сил была лишена души, и, хотя я находил это утверждение невероятной чушью, оно работало нам на руку. Князь был попросту не заинтересован в её поглощении, а при оценке её интеллекта его ожидал потрясающе неприятный сюрприз. И это если не брать в расчёт других автоматонов вроде доработанного Танка, которые могут отправиться в Йхтилл как в переносных карманах, так и своим ходом. Механические воины невосприимчивы к ментальному урону, им глубоко начхать на невообразимые ужасы за гранью человеческого понимания.
Некогда Йхтилл поставлял для них источники энергии, но благодарностью автоматоны тоже не отличались.
В нашем крохотном воинстве не хватало магической поддержки, но, даже если бы я мог захватить с собой Литу, Анну или даже Лаахизу, то не стал бы этого делать. Либо обойдёмся имеющимися силами, либо… не обойдёмся. Хотя одна идея насчёт приглашения мага у меня имелась, сейчас она выглядела чистым сумасшествием. Посмотрим ближе к делу.
Итого, от семи до двадцати человек, если считать людьми мёртвых великанов, драконов, автоматонов и одного хозяина Полуночи, который являлся ходячей солянкой из различных монстров. Оно и к лучшему — нечего людям делать в Йхтилле, а мы, возможно, кое-как справимся.
Поскольку альтернатива означала для Полуночи вечность под жёлтым знаком, символом безумия и забвения. И то, и другое — не в мою смену.
