— По-твоему, кто-то в состоянии поверить, что произошла подобная путаница? — Долли заговорила ближе к общежитию, когда мы, крадучись, подошли достаточно близко — до этого приходилось двигаться осторожно и тихо, чтобы ненароком не наткнуться на один из патрулей.
— Ты про настоящую мантикору вместо игрушечной? — блондин не сразу понял, о чем его спрашивает Долли, словно о своей идее забыл моментально, стоило закрыться двери в столовую.
— Да!
— Так с вами уже столько путаницы произошло: одной больше — одной меньше. С вашим появлением в академии никакого порядка.
Не знаю, Лоч просто храбрый или отчаянно храбрый?
Глядя на то, как медленно разворачивается Долли, как она забирает, вернее, вырывает из рук Лоча ящик с моими питомцами и передает его мне, как холодно кивает мне на дверь в общежитие, я понимаю только одно: столько везения в мире просто не существует, чтобы на этот раз отвести от Лоча беду.
К сожалению, пришлось наступить на горло своему любопытству, оставить этих двоих на улице, а самой идти в питомник — у меня была другая задача: помочь Лане выйти из спячки. Надеюсь, утром не найду на этом месте руины…
Глава 22
Вот это мы попали…
Эдера
— Как будем входить? — спросила Долли после пятой попытки открыть дверь в общежитие.
Я простояла возле запертой двери целую вечность, озадаченно разглядывая ручку в виде соединения нескольких букв: «П», «В» и «В». От фразы: «Посторонним вход воспрещен», которая забавляла меня все время, что нас поселили здесь… Но вот точно не сегодня!
И ведь даже комендантшу не позвать, потому что блокирующий браслет лишал меня такой позорной возможности: самой практически сдаться в руки «власти», объявив, что я беспрепятственно разгуливаю по территории академии ночью. Представляю, что будет с лэс Маршелин, когда ей радостно сообщат эту новость. Но мне точно будет не до смеха, особенно с пониженными балами Кронстона — мне только и останется, что понуро стоять перед мамой и вздыхать под ее убедительную речь о целеустремленности, взрослении и моей неспособности взять за себя ответственность. А потом, судя по настрою родителей, с которым они соглашались на мой отъезд, придется знакомиться с ответственными кандидатами в мужья.
Перспектива была не радужная, особенно зная представления родителей о моем гипотетическом муже. Мне грозили скука и тоска, ведь все предыдущие претенденты на мою руку как один заявляли, что питомник — это девичьи шалости, и ему не место в семейной жизни. И почему-то родители на такие заявления всегда согласно кивали, словно сами никогда не помогали мне пристраивать или выхаживать магических животных и не знали, как они для меня важны.
Пока я грустила над своей личной жизнью, подошла Долли и попыталась открыть дверь магией, хотя обе в эту ночь выходили за пределы общежития вполне свободно. Понятно, что у подруги ничего не вышло, так что мы удивленно переглянулись и пошли к главному входу, который, удивительное дело, тоже оказался закрыт. Вот и верь после этого парням, которые уверяли, что в женском общежитии «не так смотрят за порядком, как раньше». Оказывается, смотрят, и даже наказывают, оставляя на улице, где в любой момент может открыться портал и выплюнуть перед нами доисторических монстров. Последнее, конечно, сильно мной преувеличено, потому что на нервах чего только не придумаешь.
— Ты сможешь зажечь охранную руну на двери? — я вспомнила, что вход со стороны комнаты комендантши открывается с помощью допотопного, но не менее действенного способа — секретной руны, которую меняли каждые три-пять дней.
Адепты, обычно, никогда не успевали выяснить написание руны, чтобы воспользоваться этим входом, но упорно продолжали пытаться, даже в состоянии боевой готовности, о которой объявили в тот день, когда открылись первые порталы на территории академии.
— Смогу, но что это даст?
Я не стала объяснять, потому что долго — просто провела Долли к той двери, о которой болтали местные девицы, и указала на место, где на дверном полотне виднелся выжженный след от неудачной попытки взлома…чуть ли не сотой попытки, если верить старожилам.
Долли запустила импульс магии, приложив его к ручке и, дождавшись, когда выжженный контур наполнится ярким светом, предложила проявить свои способности.
— Ну, удиви меня. Даже не знаю, какую магию нужно иметь, чтобы обхитрить этот замок. Или ты знаешь руну, которая деактивирует охрану?
Нужную руну я не знала, но надеялась, что мне это не понадобится. Я достала из ящика обмякшую Лану, понадеявшись, что дар моего мини-полоза справится с подобным «замком», и приложила змейку к двери.
Долли только фыркнула, поджав явно припухшие губы, и, сложив руки на груди, демонстративно зевнула и приготовилась ждать.
Сначала ничего не происходило. Руна сияла ярко и равномерно, окрашивая рисунок на теле полоза то в ярко-розовый, то в темно-зеленый цвет. А потом все резко потемнело, скрипнула дверь, открывая проход в общежитие, а из-за наших спин раздался жуткий рев, словно десятка два мантикор рассердились и теперь рычат на нас с Долли.
Разворачивались мы с Долли медленно, трясясь от страха, и впервые собственными глазами увидели того монстра, которым нас пугали в Кронстоне. Одного из немногих, чье описание было больше словесным и не подкреплялось картинками. По описанию мы его узнали тут же и нервно икнули.
Вот это мы попали.
Глава 23
Мидж
Эдера
— Мамочка, это же мидж! — пропищала Долли, удивив познаниями древних магических животных.
— Комар⁈ — удивилась я, разглядывая смешного крылатика с длинным тонким хоботком, светящимися в темноте полупрозрачными крыльями и светящимися красными глазами, которые смотрели на нас весьма кровожадно.
Крылатик впечатлял габаритами: без крыльев был размером с крупного упитанного кота на тонких лапах-веточках, а по размаху полупрозрачных опахал мог сравниться с гусем. Не знаю как этот экземпляр, но его дальние родственники, которые прижились в нашем мире, доводили до истерики даже самого флегматичного мага своим противным зудением. И ведь ни один магический артефакт их не брал — только специфически пахнущие зелья и пернатые спасатели-корольки.
— Он опасен? — уточнила просто на всякий случай, а сама подталкивала ногой ящик с геконом и лемуром поближе к двери и подальше от миджа — на всякий случай, а то такая махина в один момент унесет кого-нибудь из питомцев и замучает своим зудением.
— Не помню, но, кажется, нет, — Долли сама активно пятилась в открывшийся проход, опережая моих более шустрых питомцев.
Только вот всех нас ждал сюрприз: помимо секретной руны, охраняющей вход в общежитие, на дверь еще было наложено заклинание паутины: любой, кто коснулся невидимой пленки, не мог не только проникнуть внутрь, но и выбраться наружу. Наверняка в тот момент, когда мы осознали, во что влипли, наши глаза были размером с луну, озарившую место нашей будущей гибели холодным серебристым светом.
Вот теперь мы точно попали!
— Долли, прояви руну, срочно! — мой голос сорвался на неприличный визг, стоило миджу повернуть в нашу сторону хоботок и втянуть воздух.
Сразу вспомнилось путешествие с дедом на болото за вивианитом — я после той прогулки жутко чесалась от укосов мелких бестий, которые, как оказалось на практике, могут подлетать совершенно незаметно, то есть молча.
А еще вспомнились детские страшилки, которые мы рассказывали всегда почему-то ночью: миджы лакомились человеческой кровью, а особенно им нравилась кровь сильных магов со смешанными магическими направленностями.
— А если он за нами полетит? — в этот раз подруга даже не усомнилась в моих возможностях — сразу проявила руну, но ее не вовремя проснувшиеся сомнения передались магическому импульсу. Руна принялась неприятно мерцать и исчезать ровно в тот момент, как я собиралась прикладывать к ней Лану.
