Но других у нас не было.
– А с лекарством как быть? – вздохнув, поинтересовалась я.
У Тарзи с Кузей простого ответа не было, поэтому мы решили отложить этот вопрос на завтра. Благо, время пока позволяло.
День прошёл в работе. Я заставляла себя двигаться, даже когда хотелось лечь и не вставать. Разбирала кладовку, нашла мешок старой муки и несколько банок с засахарившимся мёдом. Пересчитала дрова. Прикинула, где можно залатать щели в окнах.
Это давало ощущение контроля над своей жизнью и отвлекало от проблем.
Ровно до того момента, пока связь снова не напомнила о себе.
Сначала — лёгкое давление в висках. Потом — знакомое тепло где-то под рёбрами.
Он снова был рядом.
Я замерла посреди кухни с куском ткани в руках, и закрыла глаза.
“Не сейчас”, — мысленно попросила я.
Не его.
Себя.
Я снова попыталась выстроить стену. Представила, что между нами толстый слой льда. Холодного, глухого, непроницаемого.
Давление ослабло, и я выдохнула.
Но радость не продлилась и пары часов, потому что к вечеру у меня появились проблемы посерьёзнее.
– Алина, – голос Тарзи прозвучал напряжённо. – Тебе лучше взглянуть.
Мы с пауком вышли во двор. Снег скрипел под ногами, небо было низким и серым.
И тишина… какая-то неправильная. Давящая.
Следы недалеко от дома я заметила не сразу, потому что снег постепенно заметал их, делая всё менее чёткими.
– Это не люди, – сказала я тихо.
– Нет, – подтвердил Тарзи. – И не звери из долины.
У меня внутри всё похолодело.
– Драконьи? – спросила я, хотя уже знала ответ.
– В своей настоящей ипостаси, – кивнул паук.
Кто-то был здесь. Недалеко. Но не Райнар, иначе я бы почувствовала.
Но кто-то из его мира. Из его сферы влияния.
Проверка!
Вот же гад!
– Как он оказался здесь так быстро? – прошептала я.
– Возможно, этот был где-то неподалёку, – предположил Тарзи.
– Хочешь сказать, Райнар оставил в Забытой долине своего человека, чтобы приглядывать за мной?
Это даже звучало глупо. Дракон, который с ехидным выражением лица пожелал мне “не замёрзнуть”. Дракон, который сослал к чёрту на куличики, лишь бы поразвлечься с любовницей. И проявил что-то, похожее на заботу?!
Не в жизнь не поверю!
– Драконы не отпускают далеко то, что им дорого, – загадочно проговорил Тарзи.
Ага, только “я” и “дорого” было буквально антонимами. Быть может, за мной шпионил кто-то ещё?..
Мы вернулись в дом. Я заперла дверь, хотя прекрасно понимала, что это больше для самоуспокоения.
В голове билась одна мысль.
Если это не человек Райнара… то кто?
Глава 21
Я не спала почти всю ночь.
Лежала, уставившись в потолок, и прислушивалась – к дому, к долине, к себе.
После следов во дворе тишина перестала быть просто тишиной. Она давила. Настораживала. Будто кто-то затаился и ждал, когда я сделаю неверный шаг.
Связь молчала, причём на этот раз казалось, что больше обычного. Если раньше я то и дело ощущала странную тягу к дракону, то теперь не было ничего.
Будто Райнар сам от меня закрылся.
Утром я встала с ощущением, что откладывать больше нельзя. Если я хочу выжить здесь, нужно перестать жить от приступа к приступу и начать строить что-то своё.
– Ладно, – сказала я сама себе, завязывая волосы в хвост. – Раз нас никто не собирается спасать, спасаемся сами.
Следующие два дня прошли в режиме, который я про себя назвала “меньше думать, больше делать”.
Мы с Тарзи и Кузей расчистили одну из дальних кладовых. Там я нашла ткацкий станок. Старый, но целый. И, что странно, почти не запылённый. Дерево было гладким, тёплым, будто им пользовались совсем недавно.
– Ты тоже это видишь? – обернувшись к пауку, нахмурилась я.
– Вижу, – спокойно ответил Тарзи. – Дом иногда… бережёт полезное.
Я решила не углубляться в детали. В Забытой долине и без того хватало странностей.
Потом была маленькая комната под крышей, куда мы забрели случайно. Там я нашла ящик с фурнитурой: застёжки, пряжки, металлические кольца. Всё новое, без налёта времени.
Интересно, как я могла бы это использовать?..
Идея пришла спустя пару часов сама собой.
– Тарзи, – сказала я вечером, раскладывая найденное. – Ты ведь дворцовый ткач…
– Да, – спокойно ответил он.
– И как ты смотришь на то, чтобы помочь мне кое в чём?
Я объяснила пауку свою идею чуть ли не на пальцах. Мой план заключался в том, чтобы Тарзи создал свою хвалёную магическую паутину, из которой можно было бы создать какую-нибудь одежду.
Сначала я думала, что было бы здорово сделать её для себя, но потом меня посетила мысль получше.
– Нам нужны люди, – расхаживая по комнате, поясняла я. – Без них мы здесь долго не выживем. Да, тут недалеко есть деревня, но всё же это не то. Нам нужно лекарство, да? А что, если мы это лекарство у кого-нибудь выменяем… скажем, на волшебный шарф или мантию?
Кузя, поедающий приготовленное мной вчера печенье, подал голос:
– И что ты хочешь в них вплести?
Я повернулась к Тарзи, ожидая его решения.
– Ну-у, – протянул паук. – Я мог бы вплести в паутину защитные чары. Скажем, мантия с защитой может хорошо согревать в мороз, а крепость моей паутины не даст мантии разноситься.
– Это круто, – уважительно кивнула я. – Только… привлечёт ли это людей? Станут ли они съезжаться к нам, чтобы прикупить себе такой наряд? Насколько это вообще жизнеспособная идея? Уверена, ты не единственный дворцовый ткач в мире.
– Это так, – согласился Тарзи. – Однако я не слышал о том, чтобы другие мои собратья так охотно помогали людям. Если одежду и зачаровывают, то это работа эльфов.
– И дорогая она? – тут же спросила я.
– Очень, – хмыкнул Кузя. – Когда здесь ещё кипела жизнь, старый лорд Дар’Аргос выменял себе штаны, шубу и накидку на поместье в Лазурном ущелье.
– Ого! – ошеломлённо сказала я. – Но… мы бы могли продавать такую одежду дешевле? Насколько это вообще трудозатратно?
– Не сильно, – ответил паук. – Эльфы дерут такие цены просто потому, что у них нет конкурентов.
Я довольно улыбнулась и потёрла руки.
На том и решили. Для паутины Тарзи мы выделили отдельную пустую комнату, в которой он мог порезвиться от души, Кузя убежал искать мне какой-нибудь самоучитель по ткацкому станку, а я решила поискать ножницы и иголку.
Работа затянула. По-настоящему.
Тарзи плёл паутину – тонкую, серебристую, почти невесомую. Она тянулась между его лапами ровными нитями, будто сама знала, какой должна быть. Я сидела рядом, наблюдала, задавала вопросы и вдруг ловила себя на том, что мне… хорошо.
– Я могу вплести не только защиту от холода, – сказал Тарзи на второй день, когда первый моток был готов. – Паутина может удерживать какое-нибудь ощущение. Например, чувство спокойствия.
Я замерла.
– В смысле?
– Человек надевает вещь… и перестаёт чувствовать себя одиноким, – пояснил он просто. – Такое редко делают. Слишком тонкая работа.
У меня внутри что-то дрогнуло.
Вот оно. Не защита, не понты, не магия ради магии. А то, чего всем не хватает.
– Делай, – сказала я твёрдо.
Первый шарф дался мне тяжело, хоть Кузя действительно помог мне, преподнеся пару книг не только по ткацкому мастерству, но и по кройке и шитью. Ткацкий станок скрипел, нити путались, пальцы ныли. Я пару раз хотела всё бросить, но упрямство оказалось сильнее.
Когда я наконец сняла готовое полотно и накинула его себе на плечи, у меня перехватило дыхание.
Он был тёплым. И от него вдруг стало… легче.
Будто меня кто-то молча обнял.
– Ну? – с нетерпением спросил Кузя.
– Это работает, – прошептала я.
И в тот момент я впервые за всё время по-настоящему поверила, что у меня здесь может что-то получиться.
Но радость длилась недолго.
Я стояла у окна, перебирая в руках сделанный мной и Тарзи шарф, когда внутри вдруг вспыхнуло чувство – яркое, тёплое, почти ликующее.
