В голове рождается примерный план на день.
На обед подам крем-суп из тыквы с гренками, запеченную курицу с розмарином и гарниром из картофельного пюре и тушеную рыбу с овощами и легким салатом из свежих огурцов и помидоров. Двойняшкам приготовлю фруктовый салат и, пожалуй, те самые блинчики с творогом, о которых уже второй день думаю.
А вот с ужином придется поколдовать на полную катушку, ведь ожидается какой-то особенный гость.
Нужно будет заглянуть в погреб за вином. Марта уже рассказала, что лорд Эверли предпочитает красное, терпкое. Его сестра любит белое фруктовое вино. Выбор вина — это тоже часть кулинарного искусства, важный штрих, который подчеркивает вкус блюд и создает нужное настроение. Хотя я не очень-то разбираюсь в вине, уверена, что в погребе оно все очень хорошее, и прокола не случится.
Погрузившись в приготовление, я стараюсь не думать о лорде Эверли. В конце концов, я здесь для того, чтобы работать, а не переживать за работодателя. Но образ его немного печальных темных глаз, обрамленных ресницами, то и дело всплывает в моей памяти.
Получается, все его спокойствие, сдержанность, даже улыбка — лишь тонкий слой над скорбью о потерянной супруге? Он словно носит траур — не внешне, ведь уже восемь лет прошло, а прямо в сердце. Помимо воли чувствую, как во мне зарождается сострадание, желание хоть чем-то помочь ему.
Теперь моя магия начинает лучше слушаться меня. И кажется, это как-то связано с моим желанием помочь обитателям поместья.
Каждый взмах венчика, каждое помешивание в кастрюле — это попытка привнести немного радости в этот дом, где, кажется, застыло время.
Кухонная утварь еще не слушается меня, но помощницы успевают сделать все необходимое. Зато теперь магия, свободно растекаясь по кончикам пальцев, делает блинчики особенно нежными, будто кружевными, а омлет невероятно пышным.
Наконец, все готово.
Завтрак выглядит как произведение искусства, достойное самого взыскательного гурмана. Когда столики с завтраком забирают, мое сердце бьется быстрее обычного.
Никуда не деться от мыслей о лорде Эверли и его печали.
«Так, Аня, остановись и выдохни, — говорю сама себе. — Твоя задача — готовить, а не думать о хозяевах дома».
Разобравшись с завтраком, я все же чувствую себя немного увереннее. Я еще покажу леди Эверли, что такое магия вкуса! И, возможно, даже немного растоплю ее ледяное сердце. А что касается лорда Эверли… посмотрим, как будут развиваться события.
Пробегаю взглядом список продуктов для предстоящего обеда и ужина и отмечаю про себя, над чем нужно еще поработать.
И тут мое уже вполне благостное настроение обрушивает Бетти.
Помощница возвращается с загадочным видом и с ходу сообщает:
— Леди Эверли плачет!
— Что? — сперва не понимаю, а потом слегка пугаюсь.
Я настолько переперчила, что ей не сдержать слез? Или блюдо совсем несъедобно, и леди Эверли оплакивает упущенный шанс принять в кухарки мисс Феверт?
Да что там происходит-то?!
Но тут Бетти любопытной стайкой окружают остальные помощницы. И она начинает шепотом вдаваться в подробности:
— Она преспокойно завтракала. Как обычно, сказала, что омлет слишком пышный, а чай слишком крепкий. Ну, ей же вечно все не так! А потом принялась за блинчики… И представляете, как расплачется! Ушла в гостиную вся в слезах и плачет до сих пор, а лорд ее успокаивает…
Неужели блинчики настолько не понравились ей?!
Стою, как громом пораженная, посреди кухни, окруженная перешептывающимися помощницами. Блинчики? Они вызвали слезы у леди Эверли?
Вообще ничего не понимаю!
Я ведь вложила в них всю свою магию, старалась сделать их нежными и воздушными, как воспоминания о чем-то прекрасном. С чего тут плакать?!
Тут в кухню входит Марта, вид у нее встревоженный.
— Анна, лорд Эверли просит тебя подняться в гостиную!
Волнение мгновенно захлестывает меня.
Что же там произошло? Неужели завтрак закончится полным провалом? Даже представить не могу, чего ожидать.
Но идти придется.
Нервно разглаживаю передник, поднимаясь по лестнице в гостиную.
В голове проносятся самые худшие сценарии: леди Эверли требует моей немедленной отставки, лорд Эверли разочарован моей стряпней.
Когда я вхожу в гостиную, меня встречает странный, даже трогательный, вид. Лорд Эверли сидит рядом с сестрой на диване и держит ее руку. Она все еще всхлипывает, но в ее глазах читается не столько разочарование, сколько… удивление?
— Милорд, миледи, — тихо произношу, привлекая к себе внимание.
Лорд Эверли смотрит на меня с легкой улыбкой.
— Анна, — начинает он, — моя сестра утверждает, что ваши блинчики…
Он делает паузу, и у меня начинает так колотиться сердце, что я почти не слышу его слов…
Глава 21. Воспоминание
— …Ваши блинчики напомнили ей о детстве, — говорит лорд Эверли. — Очень похожие блинчики делались в поместье много лет назад.
Стою, не зная, что сказать. Блинчики, напомнившие о детстве? Леди Эверли, растроганная до слез воспоминаниями? Это совершенно неожиданно и не вяжется с ее обычным холодным образом.
— Миледи, мне очень приятно, что мои блинчики вызвали у вас такие чувства, — вежливо отвечаю, стараясь скрыть изумление. — Я вложила в них частичку души, надеясь, что они придутся вам по вкусу.
Леди Эверли поднимает на меня заплаканные глаза:
— Они… они были восхитительны, Анна. Именно такие готовила наша старая кухарка, миссис Блеквуд, которая работала у нас двенадцать лет назад. Я уже и забыла этот вкус…
Лорд Эверли мягко улыбается, поглаживая руку сестры.
— Миссис Блеквуд была частью нашей семьи, и ее блинчики были для нас символом дома и тепла. Ваше блюдо вернуло ей эти воспоминания, Анна!
Волнение наконец-то сменяется теплом и облегчением. А я уже всего напредставляла!
Выдохнув, спускаюсь в кухню и сажусь за стол, положив на него руки. Разглядываю пальцы. Где-то тут кроется самая настоящая магия, и мне нужно понять до малейших деталей, как управлять ею.
— Ну что? — всполошенные помощницы обступают меня, как недавно обступали Бетти.
— Все хорошо. Им понравилось. Леди Эверли плакала от радости, — говорю, сама удивляясь собственным словам. — Оказывается, иногда даже самые неприступные сердца можно растопить простым блюдом!
— Есть одна тонкость, — с улыбкой добавляет Марта, смахивая крошки со стола. — Блюдо должно быть приготовлено с любовью. А этому порой приходится учиться всю жизнь…
Ее слова заставляют меня задуматься.
Любовь… Как измерить ее количество, как добавить в тесто, как убедиться, что она действительно там присутствует? Ведь я просто следовала рецепту, точно отмеряла ингредиенты и следила за температурой сковороды.
Где в этом процессе место для любви?
Неужели дело в воспоминаниях, которые воскресили мои блинчики? В тепле очага, символом которого они стали для леди Эверли? Может быть, магия не в моих руках, а в сердцах тех, кто пробует мои блюда? В их способности видеть в простых вещах нечто большее, чем просто еду?
Марта продолжает убирать, напевая себе под нос. Ее движения спокойны и уверенны, в них чувствуется опыт и знание.
Она, наверное, права. Учиться готовить с любовью — это значит учиться видеть в каждом продукте не просто ингредиент, а часть целого, часть истории, часть человеческой души.
Подхожу к окну, глядя на сад, за невысокой оградой кухонного огородика. Кажется, я начинаю понимать, что такое настоящая магия.
Это не секретный ингредиент и не волшебное заклинание. Это умение делиться теплом своего сердца через то, что ты делаешь. И, возможно, мои блинчики — это лишь первый шаг на этом долгом и увлекательном пути.
Окончательно разобравшись с меню на день, оставляю в кухне помощниц за подготовкой. И выхожу прогуляться по саду.
Мне очень нужно немного развеяться и собраться с мыслями.
Воздух здесь пропитан ароматом роз и влажной земли, а пение птиц успокаивает и настраивает на позитивный лад.
