Острова в Эмбердарке (ЛП) - Сандерсон Брэндон

Вати села на пол, обхватив голову руками, её трясло. Неужели он так сильно её напугал? Она действительно выглядела усталой, измотанной. Она обхватила себя руками, и когда посмотрела на него, в её глазах появилось то, чего раньше не было — будто она смотрела на дикого зверя.

Что было правдой.

— Что ты знаешь о Верхних? — спросила она.

— Они живут среди звёзд, — сказал Закат.

— Мы в компании встречались с ними. Как и другие компании. Мы не понимаем их обычаев. Они похожи на нас — две руки, две ноги. Носят шлемы, такие что лиц не видно, но говорят на нашем языке.

— У них есть... правила, законы, которые они не объясняют. Они отказываются продавать нам свои чудеса, но и сами, похоже, не имеют права отбирать у нас что-либо силой. Они предупреждают, что это может случиться, когда мы станем более развитыми. Или... если будем сопротивляться тому, что для нас хорошо. Будто считают нас детьми.

— А нам какое дело? — сказал Закат. — Если они оставят нас в покое, будет только лучше.

— Ты не видел, на что они способны, — тихо сказала она, и взгляд её стал отсутствующим. — Мы едва освоили пароходы. А Верхние... они сами плавают среди звёзд. — Она покачала головой, запуская руку в карман юбки. — Что мы можем им дать? Из того, что я от них слышала, есть много других миров, подобных нашему, с культурами, не умеющими плавать среди звёзд. Мы не уникальны, но Верхние возвращаются сюда снова и снова. Им что-то нужно. Это видно по тем вопросам, которые они задают...

— Что это? — спросил Закат, кивая на вещь, которую она достала из кармана. Та лежала на её ладони, как раковина моллюска, но сверху была зеркальная поверхность.

— Это механизм, — сказала она. — Как часы, только его не нужно заводить, и он... показывает вещи.

— Какие вещи?

— Ну, переводит языки. Наш на язык Верхних. А ещё... показывает местоположение авиаров.

— Что?

— Это как карта, — сказала она. — Указывает путь к авиарам.

— Так ты нашла мой лагерь.

— Да. — Она потёрла большим пальцем поверхность механизма. — У нас не должно быть этого. Один из их посланников случайно оставил это — и ещё кое-что. Они могут ошибаться, причём глупо. Позже он вернулся, искал свои механизмы, и нам скоро придётся их вернуть. Но этот прибор говорит нам, что им нужно: авиары. Верхние всегда были ими очарованы. Они хотят торговать птицами так, как позволяют их законы. Они намекают, что мы можем быть в опасности, что не все Верхние следуют законам, что нам стоит принять их защиту.

— Но почему авиары только что так отреагировали? — сказал Закат, поворачиваясь к окну. — Почему... — Почему я видел то, что видел? И до сих пор вижу, отчасти? Его трупы были повсюду, куда ни глянь. У дерева снаружи, в углу комнаты, свисал из люка на крыше. Неряшливо. Надо было закрыть люк.

Сак зарылась в его волосы, как делала, когда рядом был хищник. Даже Кокерли на своём насесте казался нервным — и молчал.

— Есть... второй механизм, — сказала Вати.

— Где? — потребовал он.

— На нашем корабле.

В ту сторону смотрели авиары.

— Второй механизм намного больше, — сказала Вати. — Этот, у меня в руке, ограниченного радиуса действия. Большой может создать огромную карту, целого острова, и перенести её на бумагу. На этой карте будет точка, отмечающая каждого авиара.

— И?

— И мы собирались включить механизм сегодня ночью, — сказала она. — Ему нужно несколько часов на подготовку — как печь, чтобы разогреться, — прежде чем он будет готов. По плану его должны были включить для разогрева сегодня сразу после заката, чтобы утром можно было пользоваться.

— Остальные, — потребовал Закат, — они используют его без тебя?

Она скривилась.

— С удовольствием. Капитан Эусто, наверное, плясал от радости, когда я не вернулась из разведки. Он боялся, что я перехвачу руководство экспедицией. Но механизм не вреден; он просто определяет местоположение авиаров.

— Он делал такое раньше? — потребовал он, махнув рукой в сторону ночи. — Когда вы использовали его в прошлый раз, он привлёк внимание всех авиаров? Напугал их?

— Ну, нет, — сказала она. — Но приступ страха уже прошёл, правда? Уверена, это ничего.

Ничего. Сак дрожала у него на плече. Закат видел смерть повсюду. В тот момент, когда они включили тот механизм, трупы стали громоздиться. Если они используют его снова, последствия будут ужасны. Закат знал это. Он чувствовал это.

— Мы остановим их, — сказал он.

— Что? — переспросила Вати. — Сегодня ночью?

— Да, — сказал Закат, закрывая люк и подходя к маленькому скрытому шкафчику в стене. Он открыл его и начал перебирать припасы внутри. Второй фонарь. Запас масла.

— Это безумие, — сказала Вати. — Никто не путешествует по островам ночью.

— Я делал это однажды. С дядей.

Дядя погиб в тот раз.

— Ты не можешь говорить серьёзно, Закат. Кошмарники вышли на охоту.

— Кошмарники идут по следу разума, — сказал Закат, запихивая припасы в рюкзак. — Они почти полностью глухи и почти слепы. Если двигаться быстро и срезать путь через центр острова, мы доберёмся до твоего лагеря к утру. Мы сможем помешать им снова использовать механизм.

— Но зачем нам это?

Он закинул рюкзак на плечо.

— Потому что иначе он уничтожит остров.

Глава одиннадцатая

Группа генералов, вождей, вершителей судеб, чиновников и сенаторов неохотно собралась на очередное совещание, чтобы всё обсудить. И ещё более неохотно они терпели присутствие Заката. У него не было официальной должности в правительстве, но именно он обнаружил то, что сейчас обсуждали. К тому же у него сложилось впечатление, что никто не хотел сейчас спорить с Вати из-за него.

Они хотели спорить с ней насчёт отправки ещё одной экспедиции во тьму.

— Я думал, мы уже решили этот вопрос, — сказал адмирал Ратту. У него был крупный авиар ярко зеленый с жёлтой грудкой; птица любила распушать перья. Она сидела у него на плече, похожая на сову — или, может, на солдата, только что получившего первую награду, гордо выпятив грудь.

— Давайте предположим, — сказала сидящая во главе длинного стола Вати, — что я хочу обсудить это снова. Тот новоприбывший, в броне, упомянул пруд. Это должно что-то значить.

Адмирал Ратту вздохнул, и его авиар чирикнул. Остальные в комнате, казалось, были не против предоставить ему слово; он встал и разместил несколько снимков на доске. На них были военный корабль, полный солдат. И странная земля с чёрным небом, без солнца. Бесконечная тьма за горизонтом.

— Мы пробовали, — сказал Ратту. — Госпожа президент, не думаю, что вы в полной мере осознаёте, каких трудов нам стоило собрать корабль по ту сторону, в том тёмном измерении. Подготовка, оснащение и спуск на воду потребовали колоссальных усилий — не в последнюю очередь потому, что нам пришлось тащить его по суше по частям, чтобы протащить через портал.

— Вы отправили экспедицию? — Закат подался вперёд. — Вы действительно пытались? И мне никто не сказал?

— Ты был в ссылке, — сказала Вати.

— В ссылке? — переспросил он с усмешкой. — Вы это так называете?

— Внутри, да, — сказала она. — Если ударишь ещё одного сенатора, ссылка станет пожизненной. — Она махнула рукой, и Ратту передал Закату несколько снимков — фотографий, сделанных по новейшей технологии, — с изображением экспедиции.

— Как? — спросил Закат. — Как этот корабль держался на плаву?

— Мы обнаружили это случайно, — сказала Вати. — Черви, Закат. Они плавают в... не-воде по ту сторону.

Черви? Те самые, о которых они с Вати рассказали?

Любопытно.

Он перевернул страницу с изображением странной тьмы. Они нашли это место — это измерение — всего два года назад. Подсказка пришла из разговора с Верхними, которые спросили — стараясь, чтобы это звучало небрежно и несущественно, — не знает ли кто на планете о странном пруде, где иногда исчезают люди. Точно так же, как спрашивало то существо в броне.