Тень бросил кость и в два гигантских прыжка оказался рядом со мной, едва не сбив с ног своей массой. Он принялся облизывать моё лицо всеми тремя языками сразу с усердием щенка.
— Фу, блохастый, — я оттолкнул его, смеясь и пытаясь увернуться от слюней. — Ты воняешь черт пойми чем и палёной шерстью.
Реккар подошёл, протягивая свою огромную ладонь для рукопожатия.
— Хорошая была охота. Жаль, ты пропустил веселье внизу. Тут такие экземпляры падали! Один даже пытался сожрать мою кувалду, представляешь?
— У меня было своё веселье, — я пожал его руку, чувствуя крепость хватки. — Наверху. И поверь, там было не до смеха.
— Тот глаз? — спросил Войд, подходя ближе и опираясь на глефу. — Ты убил его?
— Я стёр его, — поправил я. — Больше он нас не побеспокоит. Его не существует.
Аниса подбежала ко мне, оглядывая с ног до головы опытным взглядом целителя.
— Ты цел? Магический отклик был таким… я думала, мир расколется пополам! Все измерители перегорели!
— Плащ отличный, Ария, — я кивнул кузнецу, которая стояла чуть поодаль, сияя от гордости и прижимая к груди какой-то инструмент. — Выдержал удар энтропии. Надо будет выписать тебе награду. И Алане тоже.
— Я знала! — воскликнула она, подпрыгнув на месте. — Я знала, что расчёты верны!
Я посмотрел на своих людей. Они выстояли. Они отбили натиск армии Безумного Бога, пока я разбирался с самим богом. Они стали настоящей силой, с которой придётся считаться всему миру.
— Отличная работа, — сказал я громко, чтобы все слышали. — Вы защитили этот дом. Да что там, и всю империю. Я горжусь вами.
Бойцы выпрямились, расправили плечи. Похвала от меня стоила для них дороже золота и наград.
— А теперь, — я перевёл взгляд на бойцов третьей штурмовой дружины, которые стояли в стороне, опираясь на мечи. Они выглядели самыми уставшими, их одежда была порвана в лохмотья, но они были самыми довольными. Они прошли через ад и выжили. — Третья штурмовая! Ко мне!
Они подошли, хромая, но с широкими улыбками победителей.
— Мы сделали это, командир! — доложил их десятник, салютуя обломком меча. — Мы удержали ворота! Ни одна тварь не прошла!
— Вижу, — я кивнул с серьёзным видом. — Вы молодцы. Вы показали отличный результат.
Они засияли ещё ярче, предвкушая награду и отдых.
— Но, — продолжил я, и в моём голосе появились знакомые им садистские нотки, которые заставили улыбки дрогнуть, — я заметил, что на левом крыле вы пропустили один крупный отряд, и вам пришлось использовать импровизацию вместо тактики, потратив лишний запас магии. А ещё двое из вас потеряли строй во время налёта летунов, что недопустимо.
Улыбки на их лицах начали увядать, сменяясь выражением ужаса.
— Это недопустимо, — покачал я головой, изображая глубокое разочарование. — Расслабились. Почувствовали себя героями. А геройство — это первый шаг к могиле. Герои долго не живут, а мне нужны умельцы.
Я поднял руку и щёлкнул пальцами.
За спинами бойцов открылись врата в мой Домен. Оттуда пахнуло жаром пустыни и доносилось рычание химер.
— Вы ведь не закончили подготовку, когда мы уходили, верно? — я улыбнулся самой доброй и людоедской улыбкой, на которую был способен. — Там как раз народился новый уровень. «Лабиринт Тысячи Ловушек». Думаю, вам понравится. Марш во врата!
Бойцы побледнели до синевы.
— Командир! Но мы же только что сражались с армией бога! — взвыл десятник, глядя на врата как на проход в преисподнюю. — Мы устали! Мы ранены! У нас припасы кончились!
— В Домене вы исцелитесь, сила там целебная, — отмахнулся я. — А усталость — это морок, обман разума. Бегом! Кто последний — тот чистит зубы Тени!
Тень, услышав своё имя, выразительно клацнул зубами и облизнулся всеми тремя языками, плотоядно глядя на бойцов.
Угроза подействовала мгновенно. С воплями ужаса и проклятиями в адрес моего наставнического таланта третья штурмовая ломанулась во врата, толкаясь, падая и обгоняя друг друга.
— Ну вот, — удовлетворённо сказал я, закрывая проход за последним бойцом. — Дисциплина прежде всего.
Реккар захохотал, хлопая себя по коленям так, что пыль полетела столбом.
— Ты демон, Торн! Настоящий демон!
— Я хуже, — ответил я, глядя на чистое небо, где уже начинали гаснуть звёзды. — Я их командир.
Кайден подошёл ко мне, держа в руках бутылку уцелевшего выдержанного вина и два кубка.
— Ну что? Теперь-то мы можем отдохнуть? — спросил он с надеждой.
Я взял кубок, наполнил его и сделал глоток. Вино было терпким и тёплым.
— Теперь можем. Азатот мёртв. Феррус затих. Боги сидят тихо и боятся дышать. У нас есть время.
Я посмотрел на своих друзей. На этот израненный, но непобеждённый особняк. На город, который начинал просыпаться, не зная, что этой ночью он был на волосок от гибели.
— Да, — многозначительно протянул я, допивая. — Ария, закажи пиццу. Много пиццы. Я проголодался, спасая вселенную. И пусть привезут двойную порцию с перцем. Я это заслужил.
Смех разнёсся по двору, смывая остатки напряжения и страха. Мы победили. И мы были готовы ко всему, что этот безумный мир кинет в нас дальше.
Глава 6
Пир стервятников и скука богов
Утреннюю тишину моего личного Домена разорвал грохот, способный вызвать зависть у камнепада в узком ущелье. Я открыл глаза, уставившись в деревянный потолок спальни, и позволил себе долгий, глубокий вздох человека, смирившегося с неизбежным. Покой в этом доме оставался товаром дефицитным, а тишина здесь жила на правах бедной родственницы, которую выгоняют при первой же возможности.
Я вышел на веранду, потягиваясь и разминая мышцы. Источник шума обнаружился мгновенно. Тень, мой верный трехглавый пёс, пребывал в своей истинной боевой форме, занимая собой добрую половину лужайки перед домом. Когда только он успел так вымахать?..
Огромная туша, покрытая иссиня-черной шерстью, бугрилась мышцами, а три головы с оскаленными пастями клацали зубами с громкостью гидравлического пресса. Сейчас этот монстр, способный в одиночку перегрызть хребет дракону, вел себя как переросший щенок, впервые увидевший шмеля.
Роль шмеля с энтузиазмом исполнял Кебаб.
Ифрит, выпущенный из клинка для утренней разминки, носился в воздухе синим огненным росчерком. Он выписывал безумные пируэты, нарушая все мыслимые законы аэродинамики. Демон явно наслаждался процессом, пролетая в опасной близости от носов пса и опаляя ему усы.
— ДАВАЙ, ШЕРСТЯНОЙ! — вопил демон, уходя в крутое пике и едва уворачиваясь от массивной лапы. — ТЫ ДВИГАЕШЬСЯ С ГРАЦИЕЙ БЕРЕМЕННОГО БЕГЕМОТА! Я УСПЕЮ ПОДЖАРИТЬ ТЕБЕ ХВОСТ И ВЕРНУТЬСЯ ОБРАТНО В НОЖНЫ, ПОКА ТЫ РАЗВЕРНЕШЬСЯ!
Тень рявкнул всеми тремя головами. Звуковая волна ударила по ближайшим соснам, сбив с них иголки и шишки. Пес подпрыгнул, и земля под ним жалобно охнула, проседая на полметра. Челюсти сомкнулись в том месте, где секунду назад находился наглый ифрит, но Кебаб уже был в десятке метров выше, оставляя в воздухе дымный след в форме неприличного жеста.
Пес приземлился, взрыхлив когтями грунт, и тут же использовал свой коронный трюк. Пространство вокруг него свернулось в спираль, и его фигура исчезла, чтобы через мгновение возникнуть прямо над зависшим ифритом. Гравитация вступила в свои права, обрушивая живой пресс вниз.
— ОЙ-ЁЙ! — только и успел пискнуть Кебаб.
Тень приземлился сверху, впечатав огненного духа в идеально подстриженный газон. Пес придавил жертву лапами и принялся с энтузиазмом вылизывать ее центральной головой, полностью игнорируя высокую температуру пламенного тела ифрита.
Кебаб шипел, плевался искрами и ругался на древних наречиях, но выбраться из-под массивной лапы у него получалось плохо.
Я оперся о перила, с легкой улыбкой наблюдая за этой идиллией. В такие моменты я чувствовал себя владельцем самого опасного и нелепого цирка во вселенной.
— Ваш чай, господин, — раздался тихий, бархатный голос за моей спиной.
