История "не"скромной синьоры (СИ) - Зимина Юлия

— Птички поют, потому что они свили гнёзда прямо в дымоходе, — парировала я, указывая на крышу, где из трубы торчал пук соломы. — А «элитное уединение» обеспечивается тем, что сюда даже почтальон боится заходить, чтобы ноги не переломать. Крыльцо шаткое, заборную стену местами нужно перекладывать, а сколько стоит вывоз этого мусора, я даже боюсь представить.

Тильда нахмурилась, но я видела, что она дрогнула.

— Я готова снять этот дом, — продолжила я, переходя в наступление. — Но по цене на тридцать процентов ниже заявленной. И с одним условием.

— Каким ещё условием? — подозрительно прищурилась женщина.

— Мы заключаем договор аренды с правом последующего выкупа. И фиксируем цену выкупа прямо сейчас. В золоте.

Глаза Тильды округлились.

— Выкупа? Сейчас? — она нервно рассмеялась. — Дорогуша, если вы приведёте этот дом в порядок, его цена взлетит до небес! С чего бы мне фиксировать её по нынешнему, кхм, состоянию? Я не враг своему кошельку.

— А вы подумайте, госпожа Тильда, — я сделала шаг к ней, понизив голос до доверительного шёпота. — Этот дом стоит пустым два года. Два года он не приносит вам ни монеты, только убытки и головную боль. Он ветшает. Ещё одна зима без отопления и ухода — и крыша рухнет, а стены покроются плесенью. И тогда вы не продадите его даже за цену камней.

Я видела, как в её голове крутятся шестерёнки. Она посмотрела на покосившееся крыльцо, на бурьян, на мутные окна.

— Этот дом пятно на вашей репутации, — добивала я её. — Уверена, у вас не раз болела голова от мыслей, кому бы его продать, чтобы он не числился за вами. А я предлагаю вам сделку: вы избавляетесь от проблемы, получаете стабильную аренду, а через год — полную сумму продажи. Живые деньги. Гарантированные.

Она поджала губы, обдумывая мои слова. Ей явно не терпелось избавиться от этого балласта, но жадность боролась со здравым смыслом. Здравый смысл победил.

— Ладно! — махнула она пухлой рукой. — Ваша взяла. Скидка двадцать процентов, не тридцать. И цену выкупа пишем… вот такую.

Она назвала сумму. Я прикинула в уме. Это было чуть больше, чем я рассчитывала, но всё равно очень выгодно для столичной недвижимости.

— Договорились, — я протянула ей руку. — Вот теперь давайте подпишем договор.

Когда подписи были поставлены, а довольная (и немного ошарашенная моим напором) Тильда удалилась, оставив нам тяжёлую связку ключей, мы остались одни.

Конечно же присутствовало понимание — придется пахать днями и ночами, чтобы собрать требуемую сумму. Но я была готова! Впереди целый год. У нас осталось приличное количество золота, которое дал Корн. Если все же мне не удастся заработать столько, сколько нужно, своим талантом художника, тогда… Тогда я приняла решение, что попрошу недостающее у лорда Лестра. Естественно в долг. Пусть он и сказал, чтобы мы обратились в его поместье, когда золото кончится, но я не стану этого делать. Руки ноги имеются, голова на плечах — тоже. Не привыкла кого-то о чём-то просить. Привыкла сама решать свои проблемы.

— Ну что, дорогие мои? — я повернулась к детям, потряхивая ключами. — Добро пожаловать домой.

— Он наш? — с восторгом спросил Май.

— Почти. Если не будем лениться, станет нашим окончательно. А теперь перекусим и за работу! Осмотр владений!

Первым делом мы обошли сад. Теперь, когда я знала, что эта земля может стать нашей, я смотрела на неё другими глазами.

— Вот здесь, — я раздвинула заросли крапивы, — мы посадим ягодные кусты. А вдоль забора пустим вьющуюся фасоль — и красиво, и полезно. Она ведь есть в этом мире?

— Есть, — кивнула Лила, улыбаясь.

— А тут можно сделать качели! — Май уже приглядел крепкую ветку старого дуба.

— Обязательно, — кивнула я. — А вот этот пятачок перед крыльцом идеально подойдёт для клумбы. Лила, это будет твоё царство.

— Я сделаю здесь самый красивый сад в Этерии, — серьёзно пообещала девушка, уже прикидывая фронт работ.

Затем мы поднялись на крыльцо. Старые доски скрипнули, приветствуя новых жильцов. Ключ с трудом провернулся в заржавевшем замке, и тяжёлая дубовая дверь распахнулась.

В нос ударил запах застоявшейся пыли, сухих трав и старого дерева. Внутри царил полумрак — плотные шторы были задёрнуты.

Я шагнула внутрь и решительным движением раздёрнула запылённые портьеры. Столб солнечного света, в котором танцевали пылинки, ворвался в комнату, озаряя наше новое жилище.

— Ого… — выдохнул Май.

Мы стояли в просторной общей комнате. В центре возвышался камин, сложенный из дикого камня — грязный, закопчённый, но целый.

Вся мебель была укрыта серыми пыльными чехлами, похожими на привидений.

— Давайте-ка посмотрим, что под ними, — я подошла к ближайшему "привидению" и сдёрнула ткань.

Под облаком пыли обнаружилось великолепное плетёное кресло из тёмного бамбука. Оно было старым, но крепким, с высокой спинкой и широкими подлокотниками.

— Какая прелесть! — ахнула я.

Мы начали срывать чехлы один за другим. Нашёлся ещё один такой же «трон», маленький плетёный столик и небольшой диванчик.

— Эта мебель создана для веранды, — заключила я, проводя пальцем по гладкому бамбуку. — Отмоем, сошьём подушки — и будем пить чай на закате, как настоящие аристократы.

Дети радостно рассмеялись, разливая тепло в моей душе. Они, как и я, пребывали в предвкушении.

Дальше была кухня. Огромная, светлая, с большим окном, выходящим в сад. Печь занимала треть стены и выглядела внушительно. Стол из толстых досок, полки для посуды, глубокая каменная мойка — всё требовало чистки, но было добротным, сделанным на века.

Две спальни оказались небольшими, но уютными. В одной, побольше, стояла широкая кровать с резным изголовьем — видимо, бывшая хозяйская. Во второй — две кровати поменьше.

— Чур, я у окна! — крикнул Май, вбегая в детскую.

— Это мы ещё посмотрим, кто будет хорошо себя вести, — улыбнулась я.

Осмотр закончился. Дом был прекрасен. Запущенный, грязный, холодный — но прекрасный. Я чувствовала его потенциал каждой клеточкой.

— Так, — я хлопнула в ладоши, поднимая облачко пыли. — Мечтать будем вечером. А сейчас объявляется великая битва с грязью!

В угловой кладовке мы нашли настоящий клад: два ведра, метёлку и стопку старых тряпок. Видимо, кто-то когда-то начинал здесь уборку, но так и не закончил.

— Май, твоя задача — мусор перед крыльцом. Все палки, листья, обломки — в кучу у забора. Лила, набирай воду, будем отмывать окна. Им нужно увидеть солнце. А я пока займусь паутиной.

Работа закипела. Мы открыли все окна и двери, впуская в дом свежий воздух и шум столицы. Я соорудила из метелки и длинной палки орудие против пауков и безжалостно сметала серые кружева с потолка и углов. Май, пыхтя, таскал охапки старых веток. Лила, закатав рукава платья, тёрла стёкла, и с каждым движением её руки комната становилась светлее, словно дом просыпался от долгого сна.

Мы были грязные, в волосах застряла паутина, но я давно не чувствовала себя такой счастливой. Это была не просто уборка. Мы стирали следы запустения и одиночества, наполняя эти стены жизнью. Нашей новой жизнью.

20. Дыхание дома

Эля

Удача не спешила покидать нас. В огромном дубовом шкафу, который стоял в хозяйской спальне, мы обнаружили настоящее сокровище — стопки постельного белья. Ткань была старой, местами пожелтевшей от времени, но плотной и добротной.

— В хозяйстве всё пригодится, — рассудила я.

Пока дети занимались своими делами, я устроила большую стирку прямо у колодца. От ледяной воды ломило пальцы, но меня это не смущало. Никогда не была неженкой. Вскоре между старой яблоней и вековым дубом была натянута верёвка, на которой, хлопая на ветру, сушились простыни и наволочки.

Вернувшись в дом, я с удвоенной энергией принялась за уборку. К вечеру руки и спина гудели от напряжения, но результат того стоил. Гостиная и большая спальня были отмыты до скрипа. С потолка исчезла паутина, стены больше не казались серыми, а окна, избавленные от грязи, впустили внутрь мягкий закатный свет.