Король драконов. Её тайный попечитель (СИ) - Демидова Татьяна

Я не могу. Я не выдерживаю. Его имя срывается с моих губ в бессвязном рыдании, когда второе потрясение, более глубокое и всепоглощающее, чем первое, разрывает меня на части. Я бьюсь в его руках, в его губах, теряю границы собственного тела. Он держит меня, не отпуская, продлевая спазмы до грани боли и блаженства.

Только когда я окончательно рассыпаюсь на пылающие осколки, он поднимает голову. Его глаза тёмные, почти чёрные от страсти, в них читается глубокое, дикое удовлетворение.

Вейдар снова покрывает моё тело быстрыми поцелуями. Поднимается и сбрасывает с себя последние одежды.

Закидывает цепь с сапфиром за шею, чтобы камень упал ему на спину.

Подрагивая, я тоже рассматриваю его. Огромный. Рельефный. Совершенный. И пугающий в своей мужской, готовой к вторжению силе.

Его глаза встречаются с моими. Читаю в его глазах дикую страсть, удерживаемую железным усилием воли.

В этот миг, пока он смотрит на меня, в меня врывается последний обрывок разума. Тоненький, слабый, как луч света в пещере.

Это же король Вейдар. Дракон. Повелитель Римеи. Существо, чья сила согревает целое королевство, чья воля — закон, чья ярость может испепелить города.

Я видела его в истинном облике — громадного, древнего, прекрасного и ужасного. Я повредила его сапфир. Я — аномалия, которую прятали и изучали.

А сейчас… сейчас он смотрит на меня голодным взглядом, а я лежу под ним, обнажённая, раскрытая, вся ещё дрожа от ласк его языка.

Мой разум пытается схватиться за это, за этот чудовищный разрыв между тем, кто он, и тем, что происходит. Это безумие. Это невозможно. Я не могу…

Но тело. О, моё тело. Оно не слушает разум. Оно всё ещё плавится от его прикосновений, пульсирует там, внизу, влажное и готовое, жаждущее завершения.

Эта пустота внутри — она кричит, требует, чтобы её заполнили. Не просто кем-то. Им. Только им. Это желание глубже страха, древнее разума. Оно пульсирует в крови, в моей магии, в самой той тишине, что составляет мою суть.

Его взгляд становится ещё темнее, ещё более сосредоточенным.

— Ты моя, — говорит он тихо и проникновенно. — Это было решено раньше, чем ты родилась. Мы лишь завершаем предназначенное. Ты знаешь, что это правда. Я твой, а ты моя. Это не изменить. Только завершить. Знаешь же.

Вся моя суть отзывается на его слова. Да, знаю. Теперь знаю. Он прав.

— Да, — отвечаю я, глядя в его глаза. — Знаю.

Глаза Вейдара вспыхивают рубиновым огнём. Он накрывает меня всем своим весом, всей своей мощью. Его совершенное, мускулистое тело прижимает меня к шелковистой траве.

Я исчезаю под ним, и в этом исчезновении есть странное, абсолютное спокойствие. Его кожа горячая, почти обжигающая на моей. Запах его — снег, камень, дикость — пронизывает меня всю.

Он целует меня снова. Властно, глубоко, безжалостно. Этот поцелуй стирает последние клочья мыслей. Его губы заявляют права, а мои губы сдаются, открываются, отвечают с той же жадностью. Мои руки обвивают его шею, тянут его ближе. Наши дыхания сливаются воедино.

Я чувствую, как его рука скользит между наших тел. Как его ладонь ложится на внутреннюю сторону моего бедра, и сильные, уверенные пальцы мягко, но неумолимо разводят мои ноги шире. Я поддаюсь, раскрываюсь ему полностью. В этом движении нет стыда, лишь жажда и предвкушение.

И тогда я чувствую его. Твёрдый, горячий, невероятно большой, он упирается в самую мою суть. Я замираю, дыхание перехватывает.

Вейдар не даёт мне возможности испугаться. Он делает первый толчок. Сильный. Уверенный. Неотвратимый.

Острое, обжигающее ощущение пронзает меня насквозь, заставляя резко втянуть воздух. Но оно тут же, в тот же миг, растворяется, смывается волной чего-то другого. Непривычного. Потрясающего.

Наполненность. Завершённость. Та пустота, которую я носила в себе всегда — не магическая, а какая-то иная, глубинная, — вдруг заполнилась. Нашла свою форму.

Его размер, его сила, растягивающая меня изнутри, — переполняет меня ощущением правильности. Как я жила раньше без этого? Ведь именно сейчас я живу. Вот так и должно быть. Только так.

Он замирает, полностью внутри меня. Дыхание его прерывисто, мускулы на руках, держащих его надо мной, каменные от усилия. Он смотрит мне в глаза, пристально.

Я, в ответ на этот взгляд, обнимаю его спину и сама тянусь к его губам, делая бёдрами первое нетерпеливое движение.

Даже слёзы снова наворачиваются на глаза, но это слёзы облегчения. Будто я шла по лезвию ножа всю жизнь, и только сейчас с него сошла. Как будто нашла часть себя, которую даже не знала, что потеряла.

— Даника… — моё имя хриплый стон на его губах.

Он начинает двигаться. Сначала медленно, давая мне привыкнуть. Ощущение обжигающего растяжения ошеломляет, и наполняет желанием большего.

Тихонько, неуверенно, я начинаю двигаться навстречу. Поднимать бёдра, когда он входит, прижиматься, когда он отходит. В его глазах появляется удивление, а затем в них вспыхивает одобрение, гордость, ещё более дикая страсть.

— Умница, принимаешь меня, — выдыхает он, и его ритм меняется, становясь ещё увереннее, глубже, сильнее.

Приятное, тёплое давление нарастает внизу живота, с каждым движением становясь всё плотнее, всё горячее. Я чувствую, как внутри меня всё сжимается вокруг него, цепляется за него, не желая отпускать.

Он опускается ниже, чтобы захватить мои губы в ещё одном поцелуе, и проникновения становятся ещё более невыносимо-сладостными. Я стону ему в рот, мои ноги плотнее обвивают его талию.

Вейдар целует меня, заглушая мои стоны, которые становятся всё громче, всё бессвязнее. Всё вокруг исчезает, остаётся только он в моей глубине, его тело надо мной, его глаза, в которых отражается моё потерянное, искажённое удовольствием лицо.

Ритм ускоряется. Он овладевает мною властно, беспощадно, но с той же внимательной осторожностью.

Я теряюсь. Нет больше короля, нет дракона, нет бедной сироты-академистки. Есть только наши тела сплетённые воедино в древнем, совершенном танце.

Только нарастающий шторм ощущений, который сметает все границы. Я кричу, не узнавая собственный голос, царапаю ему спину, впиваюсь зубами в его плечо, когда он снова и снова проникает так глубоко, что внутри меня всё внутри вспыхивает белым огнём.

— Вейдар! — кричу я его имя.

Он рычит моё имя в ответ — низкий, дикий, драконий звук — и вгоняет в меня себя в последнем, мощном толчке. Внутри меня что-то разливается горячим потоком в тот самый миг, когда моё собственное тело разбивается на миллиарды сверкающих осколков наслаждения.

Я падаю. Но меня не отпускают. Он тяжело дышит, его вес давит на меня, и это прекрасно. Он остаётся во мне, зарываясь лицом в мои волосы.

Тишина. Только наше дыхание, смешивающееся в такт. И пульсация там, внизу, где мы ещё соединены. Где он всё ещё мой, а я — его.

Медленно, очень медленно, реальность начинает возвращаться. Холодный воздух на разгорячённой коже. Мягкая трава под спиной. И осознание. Того, что только что произошло. Того, кто он. Того, кем, оказывается, могу быть я.

Глава 19. Защита

Моя рука скользит по его спине, по рельефу мощных мышц. Ищу опору в этом новом ошеломляющем мире.

Пальцы натыкаются на холодное звено цепи и гладкую твёрдую поверхность сапфира, что лежит на его спине, между лопаток.

Я машинально провожу по нему пальцами, ощущая привычную огранку…

И замираю.

Что-то не так. Не та форма.

Я приподнимаюсь на локте, с трудом выныривая из-под его тяжести — король поддаётся, смотрит пристально. Я хватаю цепь, тяну камень в сторону, чтобы разглядеть в серебристом свете расщелины.

И леденею.

На противоположной от первого скола стороне сияющего сапфира зияет новый, свежий излом.

Ещё один осколок… Чистый, только что отбитый!

— Нет, — вырывается у меня шёпот.

Паника, острая и безжалостная, сжимает горло.

— Нет, нет, нет… — сдавленно выдыхаю я. — Ещё один? Когда?.. Как?..