Глава 8
В поместье я прибыла со значительным опозданием. Компанию, помимо Грошика, мне составил Вилфред, с которым мы по дороге наметили план по восстановлению таверны. Первым делом я отправилась к графу, чтобы предупредить о мастеровом и предстоящих ремонтных работах.
— Занимайтесь! — Лион, казалось, даже не заметил моего отсутствия. — Меня не беспокоить, — добавил вдогонку.
Что ж, пришлось вместе с рабочим обговаривать предварительную смету, а за советами бегать к Тариссе. Она и подсказала, в какие часы лучше всего проводить ремонт, чтобы поменьше досаждать господину. Да и в ценах служанка неплохо ориентировалась. Они с мастером давно сотрудничали, так что мы быстро пришли к взаимопониманию. Для меня тоже все складывалось удачно. Поскольку граф терпеть не мог шум в утренние часы, то ремонт следовало производить после обеда. А для меня никакой разницы не было в том, когда рабочие перестелют полы, залатают дыры в крыше и выполнят перепланировку обеденного зала. Я выдала под расписку золото, предназначавшееся для закупки строительного материала, и проводила Вилфреда со спокойной совестью. Денег хватало впритык с учетом моих трат и того, что еще предстояло выложить за ремонт и бракоразводный процесс. Главное — дело сдвинулось с мертвой точки, и у меня получилось заработать на первые вложения. Значит, и дальше все непременно получится.
Воодушевленная грядущими переменами, я вскипятила воды, поставила вариться будущий обед, а сама прихватила перевязочный материал и направилась к графу. Учитывая, что к наготовленному с вечера ужину и завтраку практически никто не притронулся, сварила свежего кофе, а к нему добавила вчерашние блинчики, которые начинила творогом и полила клубничным вареньем.
Запах кофе отвлек Лиона от работы и, видимо, напомнил о том, как сильно он проголодался. Его желудок радостно заурчал при виде еды. Но сначала хозяину пришлось выдержать перевязку. После вчерашнего происшествия затянувшиеся раны вскрылись и кровоточили. Рукам требовался покой, но граф даже не рассматривал вариант, при котором он отлежался бы пару дней и не нагружался работой.
Кофе и блинчики исчезли минут за пять, пока я относила на кухню тазик для полосканий и грязные бинты. По возвращении обнаружила пустые чашки и тарелки. Даже варенье из вазочки исчезло без следа.
— Обед будет готов через два часа. Я сообщу, — забрав пустой поднос, предупредила господина Эстариана.
— Идите, Верлиана! Я занят. — Немного утолив голод, граф с удвоенной энергией принялся за работу. — С обедом не торопитесь. Это подождет. М-м-м, до ужина.
— Как прикажете, граф. — Я вздохнула и покачала головой. — Вы себя совсем не жалеете.
Вернувшись на кухню, я перемыла посуду и занялась готовкой. Так увлеклась, что не сразу сообразила, откуда доносится стук. Выглянув в окно, выходящее во двор, увидела роскошную карету с фамильным гербом, а на пороге дома — высокую статную женщину в элегантном и дорогом платье. Слишком яркая и эффектная для простой горожанки, она всем своим видом выражала нетерпение и недовольство тем, что ее заставили ждать.
Я поспешила открыть двери, чтобы узнать, кто там пожаловал и зачем.
— Ну, наконец-то! — воскликнула женщина, когда я открыла. — Что так долго? Доложи графу о моем визите! И поторопись! Не привыкла ждать на пороге, как какая-то нищенка! — Окинула меня презрительным взглядом, словно я была предметом мебели, мешающим пройти. — Неужели Лион избавился от старой грымзы? В кои-то веки прислушался к моему совету.
Я почувствовала, как внутри меня закипает возмущение. «Старая грымза» — это она о Тариссе? О женщине, которая столько лет преданно служила графу, не жалея себя? Я уже набрала в рот воздуха, чтобы ответить нахалке. Но захлопнула его, вспомнив о собственном положении. Мне не следовало перечить гостям Лиона. Коротко кивнув, отступила в сторону, предлагая даме войти, а сама направилась в кабинет, чтобы доложить о незваной гостье. Что-то мне подсказывало, этот визит не был запланирован.
— Ваша светлость, — вынужденно оторвала хозяина от работы. — Там прибыла незнакомая леди и потребовала немедленно доложить о визите.
Лион оторвался от записей и посмотрел на меня раздраженным уставшим взглядом, как будто я была в том виновата, что кто-то нарушил его покой. Он явно не хотел никого видеть. Особенно после бессонной ночи и недавних событий.
— Передай, что я никого не принимаю! — буркнул граф. — Пусть уезжает. Мне не до визитов.
Я спустилась в холл, который нервно измеряла шагами аристократка. Ее лицо выражало крайнее нетерпение, а каблучки туфель отбивали звонкую дробь по каменным плитам. Грошик спрятался за моими ногами, словно чувствовал исходящую от дамы недобрую ауру. Малыш тихонько хрюкнул, прижимаясь ко мне маленьким тельцем в поисках защиты.
— Граф Эстариан просил передать, что никого не принимает, — сообщила нейтральным тоном, тщательно скрывая радостные эмоции, что этой нахалке дали от ворот поворот. — Он занят.
Женщину перекосило от ярости. Она шагнула ко мне, сокращая расстояние. Не ожидая этого, я невольно отступила. Глаза дамочки сузились до узких ледяных щелок. От нее исходила такая волна негодования, что по спине невольно пробежал холодок. Даже воздух вокруг нас уплотнился и стал тяжелее. Отказов дамочка не понимала и непонятно было, чего от нее ожидать.
— Что?! — прошипела она опасным низким голосом. — Занят? Кем он себя возомнил? Ты, ничтожная служанка, как смеешь мне такое говорить? Я — леди Тесса Векран. Неужели Лион забыл, кто я? Немедленно веди меня к нему! Ты что, глухая? — Попыталась оттолкнуть меня, чтобы подняться наверх.
Грош пронзительно взвизгнул, выражая крайнее недовольство наглым поведением. Затем мой маленький защитник воинственно зарычал на гостью.
— Фу! — не менее громко заверещала дамочка. — Убери это мерзкое чудовище! Как граф может терпеть такое в собственном доме? Это отвратительно!
Противные крики эхом разносились по дому. Лион наверняка их услышал. Не мог не услышать. Интересно, как отреагирует? На удивление, Его светлость показался на лестнице через мгновение. На бледном лице холодным огнем горели глаза. Пусть граф и выглядел уставшим, но в то же время смотрелся грозным и решительным. Он спустился к нам с явным намерением пресечь разгорающийся скандал.
— Тесса, я же сказал, что не принимаю. Что тебе здесь понадобилось? — произнес ледяным тоном.
Дамочка вздрогнула, расслышав его голос. На ее лице отразилась растерянность, которая мгновенно сменилась обидой. Пухлые губы дрогнули, и леди заговорила, будто заранее продумала слова. В голосе проскальзывали драматические нотки, вызывающие жалость и в то же время обвиняющие во всех грехах.
— Лион! Как ты можешь быть так холоден со мной? После всего, что было… Я приехала, как только узнала о несчастье в поместье. Беспокоилась. А ты так груб и невежлив. Заперся здесь, довольствуешься обществом какой-то… Деревенщины. Игнорируешь мои письма. Что с тобой стало, Лион?
В ответ мужчина угрюмо покачал головой, в его чертах сквозила жесткость, с которой я столкнулась в первую встречу. Странные отношения связывали этих двоих. Очевидно, что они давно знакомы, и их отношения выходили за рамки дружеских. В словах Тессы чувствовалась давняя боль и упрек, фальшивая забота, а в ответе графа — раздражение и желание покончить с этим разговором побыстрее.
— Мои дела тебя больше не касаются, — грубо припечатал Лион. — Ты давно сделала свой выбор. Уезжай! У меня нет времени на пустые разговоры.
— Пустые? — Тесса сорвалась на визг. — Как смеешь так говорить, после того, что… Нет! Я не уеду. Знаю, ты нарочно прячешься от меня и боишься признать, что не можешь без меня жить. — Дамочка шагнула навстречу мужчине, мазнув по мне злобным ревнивым взглядом.
Так уж получилось, что я стояла у нее на пути. Тесса явно не хотела, чтобы я стала свидетелем разговора. Но Лион не счел нужным меня отослать. Да и зачем? Можно подумать, с кухни их разговора не было бы слышно.
