Рензор закатывает глаза и цокает языком.
Поджимаю губы и направляюсь к выходу. Надо признаться, к разговору с Рензором о нашей Истинности я не готова пока.
– Я докажу тебе, Брамс, что это был не я, – цедит О'Шарх мне в спину.
Ага, докажет он. Десять лет прошло!
26/3
Выскочив в раздевалку, скидываю полотенце и рассерженно распахиваю шкафчик. Только в зеркале вижу отражение Рензора у дверей.
– Эсти, поговорим?
– Боги! Выйди, ящер! – возмущаюсь я, прикрываясь полотенцем.
– Я только что видел тебя в купальнике, не глупи, Брамс, – закатывает глаза О'Шарх. – Насчёт Истинности...
– Нет!
– Я хочу...
– Расторгнуть ее, – перебиваю его, с облегчением понимая, что мы на одной волне.
О'Шарх дёргает бровями и ошарашивает меня:
– Вообще-то нет, Брамс. Я намерен сделать нечто особенное и занимательное, – оскаливается он как-то уж очень хищно. Делает несколько мягких шагов в мою сторону, вынуждая мое сердце ускорить темп.
Как завороженная наблюдаю за его приближением и ощущаю, как во рту пересыхает от странного волнения. Чего это я вообще волнуюсь в его присутствии вдруг?!
– Чего? – выпаливаю тут же, приговаривая с ответом.
Рензор останавливается напротив меня, оставляя между нами жалкие сантиметры, так что я чувствую его обжигающе и приятное мятное дыхание на своем лице.
– Намерен жениться на тебе, Эстерия Брамс, – зловеще произносит Рензор.
Моргаю. Трижды.
– То, что ты кинул меня в бассейн, ещё не означает, что теперь ты обязан на мне жениться, – возмущаюсь я.
– Я не шучу.
Прикладываю ладонь к его лбу, и Рензор даже не отстраняется в бешенстве и не скалится брезгливо.
– У тебя драконья чахотка? – предполагаю я. – Хотя она сопровождается не только бредом, но и лихорадкой.
– Я даже готов простить тебе клевету в мой адрес.
Убираю ладонь и прикидываю в голове, не приложился ли О'Шарх головой по пути в женскую раздевалку.
– Перед глазами мушки не пляшут? – уточняю на всякий случай. – Голова не кружится?
– Думай как хочешь, Брамс, но расторжения Истинности ты не получишь, – спокойно произносит Рензор.
– И зачем это тебе?
– Резиденция в горах от деда, а может, и целый парящий остров, – пожимает плечами, – место в Сером Совете, уникальность и чужое восхищение на грани с завистью. При этом моя Истинная не только сногсшибательно красива, но и умна и... – Он прищуривается и издевательски дополняет, словно провоцируя. – Напомни, какие у тебя ещё выдающиеся качества?
– Мстительность и желание убивать тебя, – подсказываю честно.
Он склоняется к моему лицу и на выдохе произносит низким голосом:
– А знаешь, ты мне даже начинаешь нравиться, Эсти.
– Прекрасно, а теперь выйди, – бормочу я, ощущая странное разочарование от его слов.
Неужели им правда движет только расчет?
Глава 27
У меня меньше недели, чтобы заставить его убедиться, что Истинность со мной – это беда. Есть ведь только один способ разорвать Истинность – его добровольное согласие. Ну вроде как других вариантов нет. Без поцелуя метка погаснет.
После инцидента в бассейне прошло четыре дня. За это время мы с О'Шархом почти не пересекались. Он даже в столовой не смотрел в мою сторону. Ходит мрачный. Конечно, не мечтал он об Истинности со мной. И я не мечтала об истинности с этим своенравным ящером.
Поэтому ритуал расторжения Истинности по соглашению сторон идеален. Не будет последствий. Мы сможем зажить свободной жизнью и не бояться, что не удастся завести семью с кем-то другим. А резиденцию, я уверена, он получит от деда и без Истинности.
Вроде прекрасная идея, но не приносит мне радости.
Я всё ещё не могу простить ему содеянное. Конечно, он будет пытаться оправдать себя, но я точно знаю: кроме Рензора, в той стороне никого не было. Я специально проходила опушку леса под таким углом, когда было всё видно. Никого там быть не могло! Ну не могло же проклятье идти зигзагом! Или должен там был стоять кто-то очень сильный, с магией огня или на крайний случай с нейтральной магией. Чтобы отзеркалить проклятье и видоизменить его.
А может, не стоит противиться Истинности?
Нет, вероятно, Рензор пожалел о содеянном. Возможно, даже не очень расстроился из-за нашей связи. Значит, пришло время двигаться дальше, забыть о случившемся, все равно уже ничего не изменить.
Но я ведь не хочу быть просто аксессуаром!
Зажмуриваюсь, не зная, какое решение принять. Мне так хочется уже перестать враждовать с этим ящером, что даже факт Истинности воспринимается как к "лучшему".
«Если бы не его слова»,– язвит голос разума.
Прячусь в библиотеке за фолиантами. Изучаю способ создать ритуал по Соглашению, не прибегая к инструкциям. На всякий случай. Все-таки отказываться от этой идеи я тоже не буду. Может, всё не так плохо?
Где-то там слышу знакомый голос. И сердце учащает свой ритм.
Подскакиваю на стуле и, отправив виток воздуха, подслушиваю, о чем Рензор говорит.
– ...и что делать с этой убогой теперь, – недовольно роняет О'Шарх, шелестя страницами.
– Как-то быстро ты получил ее признание, узнал такой секрет. Я думал, она будет отрицать, оправдываться, а она возьми да с лёгкостью восприми то, что ты узнал вот в такой ситуации, – отвечает Арсалан. – Но всё равно, мужик, не завидую я тебе.
– Я предлагаю от нее избавиться, – весёлый голос Винсента. – Может, проклянем? Чтоб уж наверняка. Или поджарим.
– Я не стану втягивать в это моего дракона, – отрезает Рензор. – Конечно, все мои проблемы оказались из-за нее, но поджарить мы всегда успеем эту бестолочь.
– Ренз, да если бы не дело случая, она бы не призналась. К тому же она знает, что организатор подпольных игр ты. Кстати, что тебе дядя Нокс сказал?
– Сказал, что не отчислит меня только из уважения к родителям. Наш с ним маленький секрет. А с этой убогой... Я разберусь, – голос Рензора звучит зловеще.
А у меня холодок бежит по коже. Это они меня обсуждают?! Это я убогая бестолочь? Меня поджарить?! Разобраться он решил со мной?!
Ах ты, ящерица подлая. Я пригрела на груди ящерицу!
Неужели он собирается принять Истинность только потому, что я знаю, что он организатор игр? Вернее, я не знала этого, но теперь знаю. Ах ты, хитрая ящерица!
– Ренз, так как ты намерен добиться ее признания для общественности? Ты знаешь ее главную тайну.
– Просто сделаю так, что она проболтается мне об этом снова во всех красках. Мне ведь нужны доказательства того, что она выдает себя не за ту, кем является. А пишущий артефакт передам ректору и отцу. Нам на хрен не нужны такие родственные связи в будущем, поэтому будем избавляться, – холодно отвечает О'Шарх.
И сердце сжимается от тех слов, которые я слышу от О'Шарха. Нет, раньше я бы фыркнула и даже не придала значения, но сейчас…
Яростно листаю страницы со всевозможными общепринятыми ритуалами по магическому ГОСТу.
Тяжёлые шаги ящера вынуждают отвлечься.
– Привет, Эсти, – как-то подозрительно мягко произносит О'Шарх над моей головой.
– Чего тебе? – бормочу я рассерженно, впиваясь взглядом в его глаза. К сожалению, в них не отражается даже привычного раздражения и пренебрежения.
Вот и как мне теперь угадывать, что это злое создание задумало?!
Его дружки, видимо, тактично оставили нас наедине в библиотеке.
– Пятнадцатое июня, – торжественно заявляет Рензор. – Как тебе дата?
Опешив, пытаюсь сообразить, что в эту дату происходило в истории. Но ничего не приходит в голову.
– В истории она не фигурирует нигде, – хмурюсь я, ожидая подвоха.
– Разумеется. Специально подобрал свободную от прошлых событий дату. Но она войдёт в историю как свадьба этого века.
– И кто эти счастливчики со свадьбой века? – вяло интересуюсь
Рензор хмыкает и загадочно улыбается. Подмигнув мне, он уходит.
