Тайная страсть снежного лорда (СИ) - Счастная Елена

Скорее я даже уверена, что не стану этого делать.

И должен ли знать лорд Сугроб? Жена обманывает его, это наверняка скверно сказывается на защите гарнизона… Но, кажется, я не имела никакого права лезть в их союз. Это меня совсем не касается. Не должно касаться!

Но на душе всё равно стало как-то мерзко. Будто горло облили прогорклой жижей, и теперь этот привкус отравлял всё внутри меня. На счастье, мне не пришлось слишком долго задерживаться в архиве. Скоро и правда пришёл смотритель, помог мне найти затерявшиеся на полках журналы, и я наконец смогла уйти.

Прижав их к груди, понеслась обратно в приёмную. Работа и так встала на полдня, нужно было наверстать. Открыв дверь, я проскочила внутрь, и тут же едва не столкнулась с лордом Холдгейдом, который собирался уходить.

От почти случившегося столкновения, я даже выронила папки, но Дэриан успел поймать последнюю в полёте и вернул мне. Мы оба взялись за неё и так замерли, глядя друг на друга.

— Всё в порядке, леди Блэкторн? — уточнил он, хмурясь. — Вы какая-то взволнованная.

— Просто… торопилась, — ответила я, страдая от чувства несправедливости и невозможности рассказать.

Он ничего не знает, но может, сейчас это и хорошо? Так гарнизон сохраняет хоть какой-то щит.

— Вы задержались, я хотел уже идти вам помогать, — внезапно сообщил мне лорд.

— Н-не стоит, я справилась, — я выдернула папку из его руки.

— Отлично, — его тон слова заледенел. — Тогда продолжайте работу, — он наклонился, собрал все павшие на пол папки и сложил их на стол. А затем добавил: — Кстати, с Роаном Скорном мы всё решили. Шутники, которые отправили вас в купальню, будут наказаны.

— Спасибо, лорд Холдгейд, — ещё тише ответила я.

Он и правда разобрался, как и говорила Вайла. Что мне теперь с этим делать? Нужно ли как-то благодарить, кроме слов? Но ничего больше делать мне не пришлось. Дэриан отвернулся и скрылся в своём кабинете.

Я выдохнула.

Дэриан

Отправив отряд всадников на обычный вечерний облёт, я решил спуститься в подземелье замка, чтобы проверить, как ведёт себя Ядро. Это сложное переплетение заклинаний, завязанных на нашей с Габриэль брачной связи, должно было надёжно защищать не только гарнизон, но и всё пространство вокруг него от приближения падших. Более того, именно оно должно было сдержать силу Раскола в безопасных рамках, если вдруг произойдёт вспышка.

Они случались время от времени — когда раз в сотню лет, а порой и чаще. Последнюю зафиксировали во время службы предыдущего лорда-Хранителя, и теперь я собирался изучить все данные наблюдений за поведением падших и их активностью непосредственно перед тем, как это случилось.

Мучили меня подозрения, что Раскол вновь решил припугнуть людей, рискнувших подобраться к нему слишком близко. Активность падших явно возросла, но критично ли — это мне ещё предстояло выяснить.

Мне и леди Блэкторн, разумеется. Уверен, она уже начала анализировать то, что узнала, — это, судя по всему, происходило само собой. Она просто так привыкла. Всё-таки обучение — хоть и не законченное — в Всеобщей Академии Четырёх Расколов давало свои плоды. Она научилась мыслить именно так, как мне было нужно.

И я впервые за время службы в Драконьей Скале чувствовал искреннюю поддержку той, кто мне помогал. И даже больше — её активную заинтересованность. Не во мне, конечно, а в том, что ей давало вынужденное пребывание в гарнизоне.

Подземелье под Тронным залом, как и всегда, встретило меня студёной прохладой и плотной наэлектризованностью воздуха. От соприкосновения с ним по всему телу будто бы поднимались даже самые мелкие волоски. Кожа становилась особо чувствительной, и её начинала раздражать даже одежда. Растирая руки поверх рукавов, чтобы слегка унять это весьма неприятное ощущение, я подошёл к двери, за которой находилось Ядро, и прислушался. Не только к звукам, которые оно издавало, но и к своим внутренним ощущениям.

Надо было бы спуститься сюда с Габриэль, но я решил сначала проверить сам.

Что-то меня тревожило. Какая-то нестабильность.

Ядро всегда билось подобно сердцу, но теперь это сердце словно бы заболело. Вскрыв магический замок, я прошёл внутрь зала, посреди которого висел голубовато-золотой сгусток плотной магической энергии. От него в стороны расходились силовые каналы, тонули в полу и внутри земли, под слоями снега они распространялись вокруг. Самая толстая кишка тянулась вплоть до самого Раскола, и оттуда Ядро покрывало его невидимым куполом.

И оно неровно мерцало — почти как брачная метка на моём запястье. Раньше оно испускало бесперебойный свет, сияло, как солнце, а теперь мигало, словно готовый погаснуть фонарь. И если это увидит инспекция, у них возникнет ко мне очень много вопросов.

Я остановился на безопасном расстоянии от Ядра — даже несмотря на то, что состояло оно большей частью из моей ледяной магии, при чрезмерном приближении могло обжечь. Не только кожу, но и ауру.

Я вытянул руку вперёд, едва касаясь ровной границы фона.

Всё очень плохо. Если я не выровняю наши с Габриэль отношения прямо сейчас, завтра всё может стать ещё хуже, а Ядро не доживёт до приезда комиссии из столицы.

На самом деле ответ, как можно вернуть теплоту в наш брак, был довольно прост, но мысль об этом вызывала у меня странные внутренние реакции. Это было очень похоже на отторжение. Я не хотел. Ни Габриэль, ни тем более какой-то близости с ней, и уж подавно в ближайшее время.

Сложная смесь мыслей захлестнула голову, и Ядро, уловив моё смятенное состояние, замигало ещё интенсивнее. Если не верну себе самообладание, пожалуй, уничтожу его прямо сейчас. Ну а чего мучиться, в самом-то деле, верно?

Брак с женщиной, условно мне подходящей, был утопичной идеей с самого начала. Будь пять лет назад хоть ещё одна подходящая кандидатура на место Хранителя Ледяного Раскола, кроме меня, без призванной меня никто не подпустил бы к охране гарнизона. И отбор невест даже не стали бы устраивать. Но, без ложной скромности, лишь я был достаточно силён, чтобы совладать с ним. Поэтому император разрешил — ему просто некуда было деваться.

Но всему настаёт свой предел.

Правда, я не готов был с этим мириться.

Что ж, поднимусь в Тронный зал, залью Ядро магией так полно, как смогу. Что же до Габриэль — похоже, придётся вернуться к супружескому долгу прямо сегодня.

В ответ на это решение всё внутри сразу взбунтовалось. Но я задавил этот бунт резким усилием воли.

Это необходимость. Даже если всё существо требует иного.

С тяжёлым сердцем я вернулся наверх. Габриэль не оказалось в её комнате — и я оставил для неё записку: приду сегодня, дождись. Затем вернулся в кабинет и остановился посреди приёмной — леди Блэкторн уже ушла, закончив работу на сегодня. Ей осталось обработать не так уж много папок — пожалуй, за пару дней точно справится.

А что потом?

Потом я отправлю её к деду — в первый же ясный, подходящий для перелётов день. Так будет лучше.

— Командор! — окликнул меня со спины звонкий женский голос.

Мейд Рокфист — больше некому.

Я повернулся к ней и натянул на губы дежурно вежливую улыбку.

— Как облёт? — махнул рукой в сторону кабинета, предлагая войти.

Девушка последовала за мной. Удивительно толковая и активная — что неудивительно для тех условий, в которых она оказалась. Одна наездница среди мужчин. Вайла заставила себя уважать, и я подумывал о том, чтобы в скором времени дать ей повышение. Почему нет?

Габриэль взбесится. Да и плевать.

— Всё спокойно, лорд Холдгейд, — доложила всадница. — Видели несколько падших в горах, но в пределах нормы. Не стали пока тратить болты и заклинания. Всё изложу в отчёте. Но… Я не поэтому пришла.

Я сел не за стол — в кресло, краем глаза наблюдая за тем, как догорают дрова в камине. Вайла остановилась напротив.

— Тогда в чём дело?

— Я насчёт леди Блэкторн, — чуть понизила голос девушка. — Дело в том, что сегодня она при встрече посоветовала мне проверить мой резонар. Мол, с ним что-то не так. Я проверила незадолго до облёта, но не успела рассказать вам. Мастер Вескотт и правда обнаружил в нём мелкую трещину. Совсем крошечную — невооружённым глазом не разглядишь. Но во время напряжения нашей связи с драконом, как он сказал, резонар мог бы расколоться. Ну, и тогда… пиши пропало, в общем.